Призыв удался или Как вызвать Крипипасту и не умереть?

Как некстати вспомнился рацион Безглазого, заставляя ко всему прочему бороться и с тошнотой. Отстранёно, как задний фон, я услышала удаляющиеся шаги и, подождав ещё с секунду, я всеми силами оттолкнула монстра от себя. Тот оскалился, всё-таки отпрянув, и с удовольствием облизал свои губы, полностью измазанные в моей крови. Осторожно, я тоже облизнула свои губы, стоически пытаясь не морщиться от болезненного ощущения, чем и привлекла заинтересованный взгляд пустых глазниц.

Солёный привкус крови немного отрезвил затуманенный отчаянием разум, и я подавлено вздохнула, затравлено кидая взгляд своих зеленых глаз в убийцу. Убьёт? Или сначала поиграет?

Натянув его маску себе на лицо, я совсем не думая, глухо заревела. Сипло, едва слышно, с глухими подвываниями. За маской не было видно моего искаженного страхом лица, которое я никак не могла показать монстру. Нельзя. Показывать. Свой. Страх! Ни за что!

Быстро взяв свои эмоции под контроль, я решительно стянула маску с лица, чтоб с удивлением обнаружить… да, собственно, никого и не обнаружить!

— … и все равно я думаю, что здесь кто-то был помимо крыс, — донеслось до моего затуманенного болью сознания, и я мысленно прокляла это идиота. Монстр вышел на охоту…

Глава 29. О последнем убийстве

Долго в истерике я не просидела. Буквально уже через пять минут я громко ругалась и всеми силами отплёвывалась. Удушливый вкус гнили всё ещё стоял во рту. Губы, которые я яростно тёрла рукой, уже изрядно распухли. Воображение услужливо подкидывало во рту у Джека множество гадости, вплоть до простых и небезызвестных опарышей. От этого я сотрясалась ещё больше, продолжая с неимоверной яростью тереть истерзанные губы и сплёвывать кровь. Бывало, меня просто выворачивало на изнанку, но мне всё равно казалось, что это мерзость всё ещё внутри.

За мужчин я как-то даже и не боялась, эгоистично забив на них и предоставив их целиком и полностью монстру. Гадко, знаю, но уж лучше они, чем я. В конце-концов, чем я смогу им помочь? Жалкая и слабая? Противно, одним словом.

Смахнула рукой вновь подступившие слёзы. Нужно было душить все свои угрызения совести на корню. Но, как ни странно, я не могла этого сделать. Ну вот совершенно. Упрямо поджала губы, при этом морщась от неприятного покалывания. Да чёрт с ним! С этими двумя тоже! Боже, как хочется жить! Я-я… я просто не смогу существовать с мыслью… А в чём собственно я виновата? В том, что они забрели так далеко? Прям в лапы к монстрам?!

Остановила себя на пол шаге к двери. Ч-что со мной происходит? В кого я превращаюсь?

«МОНСТР!» — грубо кричит мне что-то внутри, заставляя содрогнутся. Если бы я заглянула в свою душу, то увидела бы лишь израненную и сломанную девочку. Этого ли я хотела, призывая их?! Ну уж нет! Хрен Вам, сволочи поганые, а не морковка (Что? хд — прим. Беты)!

Дверь распахнулась, и всё мое воодушевление спало в бездну. Я внимательно уставилась на Безглазого Джека, который, страшно оскалившись, держал за ногу часть чьего-то тела. Кишки волочились вслед за тазом неизвестного мужчины. Подозреваю, это один из тех двух.

Кинув мне эту дрянь прямо в ноги, Джек исчез, оставив меня беспомощно глядеть на то, что было когда-то человеком. Вновь упала на коленки, закрывая ладошкой рот. Но даже так я не заметила, как желчь подкатила к горлу и полилась сквозь сомкнутые пальцы. Казалось, я не замечала ничего, кроме этих ошметков.

Края раны рваные и до жути выглядят болезненными. Похоже, бедолага ещё жив… частично…

— Помогите, — хрипит кто-то в темноте, издавая жуткое бульканье. Я шарахнулась в сторону, хаотично подгребая ноги под себя. Судя по голосу, это был всё тот же человек. Сумев кое-как собрать разбегающиеся от страха глаза в одном месте и сфокусировать зрение, я заметила голову и две руки. Нет, не по отдельности. Видимо, таз этого мужчины я сейчас и видела…

Он полз ко мне, страшно хрипя и отхаркиваясь кровью. Полз целенаправленно, забивая меня в угол и пытаясь попросить помощи. Я молчала, в немом крике раскрыв рот. Молчала и тогда, когда полу-живой мужчина дополз ко мне и приподнял голову, смотря на меня пустыми глазницами. Вслед за ним волочились ошметки и куски плоти, оставляя за собой кровавый и дурно пахнущий след.

Меня опять стошнило.

— Мне так больно. Вызовите скорую, пожалуйста, — молили меня, цепляясь за ступню ноги. Я взбрыкнула, заехав ногой ему по лбу, тем самым откидывая в сторону. Мужчина отлетел в сторону и затих, издавая лишь какие-то непонятные полу-стоны, срывающиеся на жуткий предсмертный хрип. Я слышала, как тяжело ему дышится и с каким трудом ему удается цепляться за жизнь. Я слышала всё, и даже успела уловить его последние слова.

— Будь оно… — а затем он и вовсе затих, странно обмякнув и прекратив дышать. Последнее что я помню, так это то, как на онемевших руках я сама подползала к нему, и ревела уже над ещё не остывшим трупом.