Фандом: Ориджиналы. Кого только не встретишь, прогуливаясь ночью. Интересно, жутко и притягательно, вот только вернетесь ли вы с этой прогулки?
6 мин, 55 сек 16307
Эдвардс попытался повернуть парня к себе спиной, но у него ничего не вышло. Тот все так же стоял и смотрел вверх.
— Повернись, черт тебя дери, — буркнул он.
— И не подумаю, — ответствовал парень. — Я не совершил ничего противозаконного.
— А проникать на запретную территорию — не противозаконно?
— А я и не проникал, — пожал плечами парень.
— Так, все. Твое имя! — гаркнул Эдвардс.
— Шейн. Шейн Гаррисон.
— А-а-а, — протянул сторож. — Так ты сын Гаррисонов. Пришел на могилу брата, значит?
— Нет. Я пришел посмотреть на луну.
Эдвардс предпочел пропустить ответ мимо ушей.
— Ну если ты хотел брата навестить, зачем же ночью это делать?
— Потому что днем нет луны.
— Да что ты заладил — луна да луна… Хочешь, не хочешь, а в полицию я тебя отведу — родители должны знать, чем ты по ночам занимаешься.
Он снова попытался заломить руки Шейна за спину, но тот, зарычав, толкнул его. Эдвардс не удержался на ногах и рухнул в раскопанную могилу. Лодыжку пронзила ужасающая боль — падая, он угодил ей в трещину в гробу.
Громкий вопль раздался над кладбищем. Вороны, ютившиеся где попало, от деревьев до надгробий, с отвратительными криками взмыли в воздух.
— Я же сказал. Я просто хочу посмотреть на луну, — процедил сквозь зубы Шейн. — Не надо мне мешать.
— Ну ты совсем оборзел, паренек! — Эдвардс барахтался на дне ямы, встать ему мешать разбитый гроб и сломанная лодыжка. — Вот дети пошли! А ну, помоги мне! Сейчас же! Я ногу сломал, между прочим!
Но Шейн отвернулся и снова уставился на луну.
— Ты… — Эдвардс задыхался от возмущения и боли. — Я… Я доберусь до тебя, сосунок! Дай мне только подняться…
Взгляд скользнул по надгробию, и Эдвардс в ужасе замер. Недавно выбитые в мраморе буквы четко выделялись на сером фоне. Прочесть их не составило труда.
«Шейн Гаррисон. Любимый сын и брат. 20 сентября 1989 — 15 мая 2011».
Ужас сковал горло, и Эдвардс не сразу понял, что не может кричать. Это спасло его от паники, которая была готова захлестнуть разум.
«Он же просто пошутил! Представиться именем своего мертвого брата — отличная шутка! Тем более, они близнецы! Ну я и дурак! Так попасться»….
— Слушай, — хрипло выдохнул он. — Чарли. Помоги мне выбраться отсюда. Обещаю, я не поведу тебя в полицию, а просто отпущу домой, договорились?
— Меня зовут не Чарли, — сказал парень, не оборачиваясь. — Меня зовут Шейн. Чарли мой брат.
— Да-да, конечно, — Эдвардс решил не спорить. Кто же знал, что у второго сына Гаррисонов поедет крыша из-за смерти брата? — Шейн. Помоги мне.
— Скоро луна уйдет, — ровным голосом произнес парень. — И я уйду. Если хотите, мы уйдем вместе.
— Да! Разумеется! — Эдвардс радостно приветствовал забрезживший на горизонте лучик надежды. — Только помоги мне выбраться отсюда…
— Зачем? — все тот же механический голос. — Вы там, где должны быть.
Эдвардс пораженно замер. Что собирается делать этот малец? Похоронить его заживо?
Бред. Полный бред. У этого мальчишки сил не хватит закопать его. Ему придется махать лопатой до самого рассвета, чтобы зарыть такую гигантскую яму…
Страшная мысль пронзила сторожа. Он задрал голову, насколько смог, и оглядел края могилы.
Ни единого комка земли. Ни единого камушка. Ничего. Край был абсолютно чист, словно кто-то просто вырезал прямоугольник земли и перенес его в другое место.
Эту могилу не раскапывали. Остались бы следы.
Паника захлестнула сознание Эдвардса. Он завопил, пытаясь выдернуть ногу из пустого гроба, однако острые обломанные края зацепились за штанину и не желали отпускать добычу.
— Луна уходит, — печально произнес парень, оборачиваясь. — Пора и мне.
— Нет! — орал Эдвардс, пытаясь освободиться. Острая боль не останавливала его, скорее, наоборот, подхлестывала, заставляя дергать сильней. — Не смей! Не смей, ты… монстр! Не смей!
Парень спрыгнул в могилу. Крик Эдвардса оборвался. Он сорвал голос, но не понял этого, продолжая сипеть с открытым ртом.
Шейн Гаррисон подошел к нему. Глаза его были все так же печальны.
— Вы не понимаете, как прекрасна луна, — произнес он. — Но скоро поймете. В следующий раз я возьму вас с собой на прогулку.
Вороны возвращались на насиженные места. Ветер утих. Снова начался дождь. Он бил по надгробию и ровной, как стол, земле перед ним.
— Повернись, черт тебя дери, — буркнул он.
— И не подумаю, — ответствовал парень. — Я не совершил ничего противозаконного.
— А проникать на запретную территорию — не противозаконно?
— А я и не проникал, — пожал плечами парень.
— Так, все. Твое имя! — гаркнул Эдвардс.
— Шейн. Шейн Гаррисон.
— А-а-а, — протянул сторож. — Так ты сын Гаррисонов. Пришел на могилу брата, значит?
— Нет. Я пришел посмотреть на луну.
Эдвардс предпочел пропустить ответ мимо ушей.
— Ну если ты хотел брата навестить, зачем же ночью это делать?
— Потому что днем нет луны.
— Да что ты заладил — луна да луна… Хочешь, не хочешь, а в полицию я тебя отведу — родители должны знать, чем ты по ночам занимаешься.
Он снова попытался заломить руки Шейна за спину, но тот, зарычав, толкнул его. Эдвардс не удержался на ногах и рухнул в раскопанную могилу. Лодыжку пронзила ужасающая боль — падая, он угодил ей в трещину в гробу.
Громкий вопль раздался над кладбищем. Вороны, ютившиеся где попало, от деревьев до надгробий, с отвратительными криками взмыли в воздух.
— Я же сказал. Я просто хочу посмотреть на луну, — процедил сквозь зубы Шейн. — Не надо мне мешать.
— Ну ты совсем оборзел, паренек! — Эдвардс барахтался на дне ямы, встать ему мешать разбитый гроб и сломанная лодыжка. — Вот дети пошли! А ну, помоги мне! Сейчас же! Я ногу сломал, между прочим!
Но Шейн отвернулся и снова уставился на луну.
— Ты… — Эдвардс задыхался от возмущения и боли. — Я… Я доберусь до тебя, сосунок! Дай мне только подняться…
Взгляд скользнул по надгробию, и Эдвардс в ужасе замер. Недавно выбитые в мраморе буквы четко выделялись на сером фоне. Прочесть их не составило труда.
«Шейн Гаррисон. Любимый сын и брат. 20 сентября 1989 — 15 мая 2011».
Ужас сковал горло, и Эдвардс не сразу понял, что не может кричать. Это спасло его от паники, которая была готова захлестнуть разум.
«Он же просто пошутил! Представиться именем своего мертвого брата — отличная шутка! Тем более, они близнецы! Ну я и дурак! Так попасться»….
— Слушай, — хрипло выдохнул он. — Чарли. Помоги мне выбраться отсюда. Обещаю, я не поведу тебя в полицию, а просто отпущу домой, договорились?
— Меня зовут не Чарли, — сказал парень, не оборачиваясь. — Меня зовут Шейн. Чарли мой брат.
— Да-да, конечно, — Эдвардс решил не спорить. Кто же знал, что у второго сына Гаррисонов поедет крыша из-за смерти брата? — Шейн. Помоги мне.
— Скоро луна уйдет, — ровным голосом произнес парень. — И я уйду. Если хотите, мы уйдем вместе.
— Да! Разумеется! — Эдвардс радостно приветствовал забрезживший на горизонте лучик надежды. — Только помоги мне выбраться отсюда…
— Зачем? — все тот же механический голос. — Вы там, где должны быть.
Эдвардс пораженно замер. Что собирается делать этот малец? Похоронить его заживо?
Бред. Полный бред. У этого мальчишки сил не хватит закопать его. Ему придется махать лопатой до самого рассвета, чтобы зарыть такую гигантскую яму…
Страшная мысль пронзила сторожа. Он задрал голову, насколько смог, и оглядел края могилы.
Ни единого комка земли. Ни единого камушка. Ничего. Край был абсолютно чист, словно кто-то просто вырезал прямоугольник земли и перенес его в другое место.
Эту могилу не раскапывали. Остались бы следы.
Паника захлестнула сознание Эдвардса. Он завопил, пытаясь выдернуть ногу из пустого гроба, однако острые обломанные края зацепились за штанину и не желали отпускать добычу.
— Луна уходит, — печально произнес парень, оборачиваясь. — Пора и мне.
— Нет! — орал Эдвардс, пытаясь освободиться. Острая боль не останавливала его, скорее, наоборот, подхлестывала, заставляя дергать сильней. — Не смей! Не смей, ты… монстр! Не смей!
Парень спрыгнул в могилу. Крик Эдвардса оборвался. Он сорвал голос, но не понял этого, продолжая сипеть с открытым ртом.
Шейн Гаррисон подошел к нему. Глаза его были все так же печальны.
— Вы не понимаете, как прекрасна луна, — произнес он. — Но скоро поймете. В следующий раз я возьму вас с собой на прогулку.
Вороны возвращались на насиженные места. Ветер утих. Снова начался дождь. Он бил по надгробию и ровной, как стол, земле перед ним.
Страница 2 из 2
