Проклятая

— Иди сам буди его, — она пропустила его в темноту коридора. — Он уже нахрюкался где-то под вечер. Ей-богу, не знала бы тебя, не запустила бы. Хватит уже.

Он уже не слушал ее причитаний, а просто шел вперед по памяти. Женщина еле поспевала за ним, держа лампу над головой. В спальне стоял тяжелый запах перегара. Ветеринар лежал на спине с раскрытым ртом и храпел так, что дрожали дверцы шкафа. Разбудить его оказалось задачей не из легких. Сергей сначала дергал его за плечо, потом дал пару хороших оплеух, а потом уже и вовсе посадил его в кровати. Пьяница возмущенно бубнил себе под нос трехэтажные проклятия, но вскоре его взгляд сфокусировался на глазах Сергея и обрел ясность.

— Что? Что такое?

— Поехали. У меня дома проблемы.

— Какие проблемы?

— По дороге объясню.

— Давай утром?

Он зевнул и собирался было уже вновь лечь, но Сергей удержал его:

— Если это могло подождать до утра, то я бы пришел утром. Вставай.

Через несколько минут они сидели в видавшей виды оранжевой «копейке» ветеринара. Хозяин машины сел на пассажирское сидение. Это был худощавый высокий мужчина сорока лет. Голову доктора украшала плешь, словно натертая воском. Он не стал«заморачиваться» и натянул фуфайку на голый торс и трико вытянутое в коленках. На ноги натянул галоши. Завернувшись в полы фуфайки, он обиженно наблюдал за дорогой.

— Что у тебя там случилось? — наконец выдавил он из себя.

— Илья, я понятия не имею. Они будто с ума все сошли. Сейчас сам все увидишь.

Они зашли на задний двор. Собака лаяла непрерывно. Сергей сунул руку в будку, вытянул пса и несколько раз ударил по морде. Жалобно заскулив, Шарик ретировался и вроде как успокоился. Корова потеряла голос, но продолжала хрипеть. Обе свиньи бегали по двору, как угорелые. От зрелища ветеринар окончательно протрезвел. Он стоял в дверном проеме сарая и чесал затылок в недоумении.

— Серег… — он виновато посмотрел на Сергея. — Я не знаю, как помочь тебе сейчас. Нужно днем тут осмотреться. Давай я утром зайду.

— Илья, только давай точно. Ты ведь понимаешь, что будет, если они сейчас передохнут.

— Они напуганы, я думаю. Волки не выли ночью? Или, может, пес?

— Волков не слышал. Пес лаял. Но не в первый раз ведь.

— Куриц не душат?

— Нет. А что, в поселке тишина? Или только у меня такая канитель?

— Ну, мне пока еще никто не жаловался. Но кто его знает? Лес рядом. Всякая тварь забежать может. Лиса, ласка, хорек, волк. Они тоже могут бояться. Корова взбесилась, а за ней и все остальные. Животное чует страх.

Дождь прекратился. Пока ветеринар брал кровь коровы на анализ, Сергей перемахнул через забор с ружьем в руках. Из леса не доносилось не единого звука. Посветил лучом между деревьев, но ничего необычного не увидел. Когда вернулся, ветеринар уже ждал его у машины. Прикурив, он выпустил струю дыма в небо.

— Пока иди спать. Что толку тут стоять? Забор крепкий? Выдержит, если лупить начнут? — он указал на свинью, замершую у стены дома.

— Да хрен его знает. Я-то думал, что и доски в сарае выдержат.

— Вроде, спокойней стали. Глядишь и обойдется.

— Дай Бог.

— Ты молоко пока не пей. И кур не ешь. Кто его знает, что тут творится.

Сергей так не смог заснуть, время от времени выходя во двор. К утру свинья расшибла себе голову о рельсу торчащую из земли у сеновала. Она лежала в луже крови и изредка подергивала ногами. Корова замолчала, но вторая свинья все еще беспокойно рыла носом землю. Проклиная себя за близорукость, Сергей накинул на рельс фуфайку и обмотал строительной клейкой лентой. Затем достал со стеллажа в гараже самодельный обоюдоострый нож с деревянной ручкой и глубоким кровотоком. Свинья нисколько не сопротивлялась, пока он резал горло. Дернулась несколько раз, но даже не взвизгнула.

Рассвет Сергей встретил совершенно разбитым. Во дворе уже царила тишина. Измученная корова спала в загоне, как и собака, и вторая свинья. Он так и не смог поднять корову, чтобы выгнать на пастбище. Он вышел на встречу стаду коров и двум пастухам. Объяснился и вернулся домой. Вооружившись паяльной лампой, Сергей занялся разделкой, молясь про себя, чтобы животное не оказалось зараженным и ветеринар принес добрые вести. С постоянным отключением света мясо не сохранишь летом, а палить дизель на то, чтобы включить холодильник — дело хлопотное. Да и туша никак не влезет в морозильную камеру, хоть перемоли ее в фарш. Выход один: продать. Продать же, не дождавшись результатов, не позволяла совесть.

Разделавшись со свиньей и избавившись от кишок, он зашел в дом. Нужно позвонить на работу, отпроситься. Начальник у Сергея был мужик понимающий. Он не станет сильно возмущаться. Не посмеет, помня о задержке зарплаты.