Будучи заядлым соникофаном, с появлением интернета дома, я тут же помчался по просторам интернета в поисках любой информации о своих любимых персонажах и не так давно наткнулся на тему о проклятии Тейлс-Долла. Тема оказалась жутковатой, однако еще более она оказалась интересной. Надо сказать, что я из тех людей, которые очень любят развеивать мифы и посему решил непременно провернуть сей зловещий обряд и доказать всем, что это всего лишь чья-то первоапрельская шутка или просто дурацкая байка.
Ну, думаю, все — миф развеян, но немного пораскинув мозгами все же решил что схалтурил и писать победный отчет над мифом все же рано. Внутри боролись страх и любопытство. Любопытство пересилило и на этот раз для эксперимента была выбрана обратная версия Can You Feel The Sunshine.
Вновь выключив монитор, я уселся ждать результата. Кое-как, полностью психологически подавленный я дослушал эту композицию до конца. Уже подходя к компу, чтобы вновь включить монитор, я краем глаза вдруг заметил, как за окном что-то замелькало красным. Испуганно повернувшись, я успокоился, поняв, что это были лишь сигнальные огни самолета, пролетающего за окном, но дотянуться до кнопки включения монитора мне так сразу и не удалось — зазвонил мобильник, лежащий на столе, издавая жутко неприятный звук вибрации. Я очень сильно испугался, однако разглядел номер звонящего — это был мой друг Андрей, живущий двумя домами дальше, признаться уже не помню о чем он хотел мне сказать, но на его взволнованные реплики я не нашелся чего умнее, грубо заявить ему о том, что сейчас я занят и мне не до него. На этом я выключил трубу.
Стоило было мне положить трубу на стол и немного отдышаться от всех этих небольших потрясений, как телефон вновь зазвонил. Я, полагая что это Андрей, вновь пытается мне перезвонить, не глядя поднял трубку, недовольно произнеся «Алё?» — в ответ в трубке начало что-то шипеть, после чего в трубке зазвучал совсем детский хриплый голос, который стонами, без малейшего намека на акцент спросил«Can you feel the sunshine?», затем почти сразу послышались короткие гудки.
Я стоял, полностью ошарашенный этим звонком, и просто не мог пошевелиться от ужаса. В конце концов, для себя решив, что это была очередная чья-то глупая шутка, я решил взглянуть на номер звонящего — он был неопределенным.
Наконец я решил, что немного света все же мне бы сейчас не помешало и направился к выключателю. Щелкнув им, свет ненадолго включился, после чего все три лампочки на люстре по очереди взорвались (надо сказать, что явление для меня не новое, но в этот раз уж больно некстати случившееся). В итоге у меня оставался последний шанс хоть как-то осветить комнату — включить монитор.
Только я нажал на кнопку включения, как из колонок стал доноситься отвратительный хриплый детский смех. На мониторе плавно возникло изображение Тейлс Долла, а винда принялась заполонять все рабочее пространство окошками с фразой «Can you feel the sunshine?».
Я сел на пол заткнув уши руками и зажмурив глаза. Звук смеха был настолько громким и резким, что даже с заткнутыми ушами я его слышал и единственное, чем я догадался это прекратить — нажатием на ресет. И тут я понял, что тем самым сделал самую страшную свою ошибку — при этом я остался без какого-либо света, учитывая то, что комп, вместо того, чтобы уйти на перезагрузку по непонятной причине вырубился совсем. Тишина установилась еще более ужасающая, чем тот отвратительный смех.
За окном вдруг что-то сверкнуло (такое обычно бывает когда свет падающий от фонарей отражается от стекол проезжающих автомобилей и попадает в окна домов, именно этим я стал себя успокаивать, чтобы не сойти с ума). И ведь черт меня дернул пойти к этому окну.
Отодвинув штору, я увидел, что за ней сидит плюшевая игрушка (при этом стоит сказать о том, что несмотря на мое соникофанство, никаких игрушек, тем более плюшевых, тем более Тейлс-Доллов я у себя никогда не держал), вся с ног до головы залитая кровью с характерным свисающим на проволоке красным кристалликом, имеющим слабое, тусклое свечение.
Я с отчаянием взял куклу и сдавил её что было сил, но похоже в ней был запрограммированный динамик и вместо того, чтобы принимать спокойно свою участь, долл начал смеяться, все тем же гадким детским хриплым голосом. Тогда я оторвал ему голову, но это сделало смех только еще громче и наконец и просто открыл окно и выкинул обе части на улицу, где они еще довольно долго издавали тот мерзкий смех.
До самого рассвета я не мог заснуть. Больше пока я этой куклы не видел.