Проклятие дома Вернон

Пять журналов, выглядящих точно так же, как и все остальные — старыми, но не потрепанными, как будто прямо из типографии, даже ни разу не перелистав, отправили на этот чердак. Пять журналов, на обложках которых позировали: Ричард в смокинге, кружащийся в вальсе, Жерар, упоенно целующийся с демонами, Анри, кокетливо играющая розой, Бертран, задумчиво изучающий какой-то план, и Ксавье, с ухмылочкой смотрящий на читателя. Два комикса были полностью напечатаны, три — наполовину пустые.

— Это ведь мы, да? — Анри чем дальше, тем меньше верила в происходящее. — Это же все невзаправду?

Ксавье покосился на подругу и вдруг сильно ущипнул ее. Девушка взвизгнула:

— Ты что делаешь?!

— Знаешь, как говорят: если ущипнуть себя во сне, то не больно. Тебе больно, это не сон, смирись.

— Ну ладно, мистер умник, это не сон, это — мы, — Анри обличающе ткнула пальцем в журналы. — И что нам с этим знанием делать?

— Дожить до утра, — как само собой разумеющееся отозвался Бертран. — Пока наши журналы не дорисованы — мы живы.

— И? — вопросила настойчиво Анри. — Будем сидеть здесь и ждать утра.

— Боюсь, не получится, — покачал головой Бертран. — Не думаю, что хозяева этого дома потерпят подобное с нашей стороны. Кстати, Ксавье, а кто хозяева-то? Дом на вашей земле стоит.

— Если не ошибаюсь, моя двоюродная бабка, — медленно ответил юноша, мучительно пытаясь вспомнить хоть что-нибудь из семейных преданий. — Вроде она сошла с ума. Толи ее семью убили, то ли она сама всех порешила, а потом что-то про демонов, ад и прочее болтала. Вот ее в психушку и определили.

— Да уж… — отозвался Бертран. — Похоже, нас тоже определят. Если выживаем, конечно.

Анри нервно рассмеялась:

— Ты же у нас гений, придумывай дальше.

— Давайте хоть окно здесь попробуем разбить, — с изрядной иронией предложил Ксавье, сам не веря в то, что получится что-то путное.

Разбить не получилось.

— Следовало ожидать, — Бертран бросил задумчивый взгляд за окно и вернулся к комиксам. — Вот что — давайте-ка обменяемся ими. Ксавье, держи журнал Анри, Анри, бери мой, а я возьму Ксавье. Если что-то вдруг случится, и один исчезнет, оставшиеся смогут проверить, где он и что происходит.

— Бертран, миленький, не пугай, — дрогнувшим голосом попросила Анри.

Тот лишь пожал плечами:

— Это рационально. Лучше предусмотреть все, что можно.

— Хорошо, мы поняли, — Ксавье свернул полученный комикс и засунул его во внутренний карман пиджака. — Но Анри задала правильный вопрос — что будем делать? Пока, похоже, это место — самое безопасное. Еще лестница — она кажется нормальной. Остальное же… — юноша покачал головой.

— Здесь нельзя оставаться, — Бертран еще раз глянул наружу. — Я не знаю, сколько мы здесь находимся, но луна так и не сдвинулась с места. У меня хороший глазомер, да еще во время учебы натренировался. Так что придется выйти — или умрем тут от обезвоживания.

— Вот зачем ты сказал? — с тоской протянула Анри. — Теперь еще и пить захотелось.

Ксавье молча уткнулся лицом в ладони — чтобы не сорваться и не наорать. Дышать. Считать. Раз. Два. Три. Он все понимает. Четыре. Девушка в истерике. Пять. Шесть…

Самоуспокоение помогло — до какой-то степени.

— Я понял, — голос Бертрана прозвучал слишком внезапно. — Сколько здесь этажей?

Ксавье недоуменно глянул на друга.

— Три.

— Всегда было три? — продолжил тот задавать дурацкие вопросы.

— Да. Всегда, — удивление Ксавье все росло. — Три этажа и чердак.

— Отлично. Теперь финальный вопрос — сколько рядов окно видно снаружи?

— Вроде бы… — Ксавье нахмурился. — Нет, не помню.

Странно, но память концентрировалась на стенах, мхе, черных ветках, треснувших окнах. Хоть убей, не мог он вспомнить, как выглядит дом целиком.

— Я тоже не помню, — покачала головой Генриетта. — Темно было. Да и вообще…

— Все были пьяные, — подхватил Бертран иронически. — Я помню. Так вот — этот дом двухэтажный. Это я вам как архитектор говорю.

Ксавье с Анри растерянно переглянулись.

— Не буду утомлять вас подробностями, но — снаружи этот дом выглядит как двухэтажный. Два ряда окон и оконца на чердаке. Изнутри, если сложить высоту всех этажей, он получается выше, чем должен. Кроме этого — из окон первого этажа виден лес. Второй этаж — тоже виден лес. Ксавье, из окон третьего этажа лес виден?

Ксавье недоуменно покачал головой:

— Я не знаю. Я был только в одной из комнат. Кажется, это была комната для прислуги…

— С утюгом? — шепотом уточнила Анри.

— Я не помню. Помню гладильную доску. И помню, что мне не понравилось там. Поэтому я по-быстрому ушел.

— Наша задача — исследовать комнаты третьего этажа, — воодушевившийся Бертран с лекторским видом расхаживал взад-вперед, — скорее всего причина всей этой аномалии находится на третьем этаже. Устраним ее — и все закончится.

Ксавье так и хотелось добавить: «Если нас не устранят», но это было бы крайне некстати. И так нервы у всех на пределе.

— Ну что ж, пошли.

— Только давайте начнем не с комнаты с утюгом, — жалобно попросила Анри.

Шаг пятый