Проклятое дитя

— А оргия — дело добровольное, — залихватски тряхнув головой, поставил точку Прапор. — Мадам, мы к вашим услугам! Защищайтесь, три тысячи чертей!

Ветреная, взвизгнув, бросилась в распахнутые объятья, и Фобос ощутил недетский укус ревности.

Чем, чем же можно привлечь внимание этих умудрённых опытом женщин и одного не столь умного, но весьма предприимчивого мужчины?

Фобос порывисто поднялся, откашлялся и постучал вилкой по бокалу, привлекая внимание не участвующих в безобразии сподвижников.

— Команда всё растёт, — высокопарно начал он. — Нас будет много, очень много. Лучшие юзеры сайта начнут умолять меня принять их к себе. Скоро мы организуем подполье, составим безупречный план и захватим сей сайт. Не больше и не меньше — мы будем самой влиятельной группировкой, и ни одно дело без нас решаться не будет. Ну не смейтесь вы так. Ладно, не совсем скоро, — Творец наморщил лоб: — О чём это я? А. Предлагаю переименоваться в Орден Избранных.

— Избранных кем? — ехидно поинтересовалась Селена.

— Моей нескромной персоной, разумеется! — расправил плечи Фобос. В этот момент он сам себе казался несказанно прекрасным и мудрым. Перед туманным взором проплывали картины всеобщей любви и поклонения.

— Наглое дитя, — других слов у Куратора просто не нашлось. И она, ворча, стала потихоньку убирать со стола, демонстративно не замечая, как синхронно новоявленные Избранные цапнули оставшиеся бутылки.

— Орден так Орден, — возражений у присутствующих лиц не было. Как и сил.

Вагончик с трогательной надписью «Почти семья», постукивая на стыках, уверенно катился в реальном времени по рельсам упороса и беспредела в светлое будущее.

Вагончик тронется — перрон останется

Следующий за эпичным знакомством день был единогласно объявлен выходным, ибо все участники спонтанного, но, несомненно, запомнившегося надолго застолья были абсолютно неработоспособны. К слову, запомнилось-то оно в большей степени соседям, чем непосредственным участникам, но для её величества Истории это несущественно, правда?

Команда праздношатающихся балбесов потихоньку приходила в себя, лениво копаясь в глубинах безнадёжно повреждённой памяти. Общими усилиями картина, представлявшая всю глубину падения нравов, была окончательно проявлена и отпечатана — как в мозгах, так и на скверной фотобумаге. Да-да, компромат был зафиксирован документально, что привело в состояние шока обитателей «нехорошей квартиры». Пёс Здоровяк даром хлеб не ела, и её отчёт для вышестоящего начальства был прекрасен и ужасен одновременно. Расшалившийся давеча Прапор мог смело начинать малевать себе мишень на лбу.

После короткой беготни, сопровождающейся бессвязными возгласами, потрясанием кулачками и робких попыток изъять и уничтожить фотографии Орден успокоился, похмелился… и радостно перевернул страницу своей бурной жизни.

До вечера спевшиеся (и спившиеся, разумеется) орденцы гоняли чаи, обсуждая светские новости. Наглым образом лишили Фобоса любимых игрушек, «прихватизировав» компьютер — для просмотра комедий.

Выходной получился отличный, а кто в этом сомневался, пусть первый бросит… всякую надежду получить назад компьютер.

Лишь на третий день Творец создал сушу и море… То есть соизволил предоставить фронт работ новым орденцам:

— У тебя, Эрато, наравне с Ветреной и Сорвиголовой будет самая грязная работа: приводить в божеский вид другой мой фанфик, который я притащил с фикбука, — вещал он, хмуря жиденькие бровки.

— Вечно ты всякую заразу в дом тащишь! — страдальчески поморщилась Куратор, памятуя о предыдущем шедевре Фобоса — в изначальном виде.

— И ничего не заразу! — забухтел уязвлённый Творец. — Если вы хотите знать, там море информации, заслуживающей абсолютного доверия. Уж я-то точно знаю — консультировался кое-где.

— Коммуниздил в Вики, очевидно, — пробормотала себе под нос Селена.

— Мы собрались для тестирования Гугла? — Ветреная откровенно зевала.

— Ах да, кстати! Я вам сейчас дам доступ к моему творчеству, чур, особо не пугаться! — царственно махнул рукой Творец.

Новоиспечённые беты смиренно собрались на работу — как на праздник, не нюхавшие ещё любимого стиля Фобоса: «высоко сижу, далеко гляжу, а в чём дело, вам и не скажу».

Вагонетка с работницами плавно скрылась в темноте забоя, и лишь красные огоньки традиционных сигарет ещё долго отмечали её путь.

Творец, не изменяя себе, потёр ручки и танцующим шагом направился к любимому компьютеру. Но его блаженство было вскоре прервано самым грубым образом.

Первой из шахты вернулась Селена.

— Фобос, что это? Ты что за косноязычный кошмар понаписал? Сам-то хоть это читал? Три, лишь три абзаца — и я уже матерюсь! — лужёная, ровно как у портовых грузчиков, глотка беты исторгала звук такой силы, что на кухне зазвенела посуда.

Опешивший Фобос понял, что его сейчас будут бить. Больно. Поэтому он предпочёл тихонько скрыться под столом. Через пару минут из-под скатерти показалась подрагивающая ручонка — и выключила комп.

— Меня разбудил твой ор! — влетела в гостиную Сорвиголова. — Теперь-то всё тихо?