Самое страшное, что одна из кровавых дорожек вела к подоконнику. Я подошла к окну, открыла его и посмотрела вниз, тротуар хорошо освещался и на асфальте ничего страшного я не обнаружила. Уже собралась закрыть его и тут заметила, что кровавый след продолжатся и на подоконнике с наружной стороны окна.
2 мин, 6 сек 7939
Опять оцепенение. Опять паника. Что делать, что же делать? Когда же утро? В комнату было идти страшно, оставаться здесь тоже страшно. «Пусти» — послышалось из окна. Я тут же отпрыгнула от него. Моя психика не выдержала и я начала кричать«Прости, прости меня, пожалуйста, прости». Не знаю, сколько я кричала, но вдруг я поймала себя на мысли, что уже и не страшно. Я подняла голову и посмотрела на часы, они показывали 00:17. Этого не может быть! Когда меня заперли в квартире, была полночь, с того момента прошло ну точно не менее 2-х часов. Меня трясло, я уже не понимала, страшно мне, или нет, казалось, что это чей-то страшный эксперимент над женской психикой. Уже который раз за вечер я села, закрыла руками лицо и заплакала, плакала долго, жалея себя и захлебываясь слезами. Я почувствовала, что Чайка снова лижет мне лицо, у меня даже получилось до неё дотронуться. Я стала обнимать её и гладить, не переставая плакать. Разум потихоньку стал ко мне возвращаться, и я поняла, что щенок бы не достал так легко до моего лица, ему пришлось бы встать на задние лапы, а передними опереться на меня, но лап я не ощущала, более того, у моего щенка была не такая вытянутая и крупная морда, а еще, куда-то делся свет, но момента, когда он исчез, я не помню. Я перестала плакать, подняла лицо и стала вглядываться в морду животного. Без сомнения, это был доберман. Наверно, собака почувствовала мой страх и оскалилась. Мы смотрели на друг друга, нос перед носом, он скалилась, рычала, изо рта капала слюна. Моя реакция была молниеносной. Не знаю, как мне это удалось, но я одним прыжком умудрилась оказаться за окном…
Я живу на третьем этаже. Во время полета исчезло чувство времени, исчезло чувство страха, осталось смирение.
Это странно, но после падения я осталась в сознании. Тело разрывала невыносимая боль, казалось, что тысячи кусков арматуры пронизывают меня. Я не могла пошевелить ни руками, ни ногами, а задней частью головы чувствовала какаю-то липкую массу. Я мечтала умереть, или, хотя бы, потерять сознание. Но мне было суждено увидеть то, что случиться дальше. Я увидела огонь в окнах своей квартиры. И потом пустота. Добрые неадекватные сны про веселые цветные кружочки, детская музыка — все это мне виделось, пока я была без сознания. А без сознания я была 17 дней. Когда очнулась, мама рассказала мне, что в моей квартире начался пожар, ориентировочно в 00:20 и я спаслась от него прыжком из окна. В квартире был найден обгоревший труп моего щенка. Доберманов ни в квартире, ни под окнами обнаружено не было.
Я живу на третьем этаже. Во время полета исчезло чувство времени, исчезло чувство страха, осталось смирение.
Это странно, но после падения я осталась в сознании. Тело разрывала невыносимая боль, казалось, что тысячи кусков арматуры пронизывают меня. Я не могла пошевелить ни руками, ни ногами, а задней частью головы чувствовала какаю-то липкую массу. Я мечтала умереть, или, хотя бы, потерять сознание. Но мне было суждено увидеть то, что случиться дальше. Я увидела огонь в окнах своей квартиры. И потом пустота. Добрые неадекватные сны про веселые цветные кружочки, детская музыка — все это мне виделось, пока я была без сознания. А без сознания я была 17 дней. Когда очнулась, мама рассказала мне, что в моей квартире начался пожар, ориентировочно в 00:20 и я спаслась от него прыжком из окна. В квартире был найден обгоревший труп моего щенка. Доберманов ни в квартире, ни под окнами обнаружено не было.
