Просто дьявольский поцелуй

Да что это я? Чушь какая-то. Ну, пошутил кто-то над моим бедолагой, нарисовал дьявольский знак на его выдающейся головушке. А я уж и в панику сразу. Ящик надо меньше смотреть. Показывают чертовщину всякую, а потом у душевно тонких, впечатлительных людей крыша едет. А я, ох, какая нежная душою… Как-то незаметно я впала в забытье и проснулась от острого чувства одиночества. Мать честная, время-то! Тоже мне, муж называется. Сам подскочил, а меня разбудить не надо. Только-только собраться и бежать. А у меня еще материал не закончен. Статья сырая, огонька мало. Какой идиот делал эти колготки! Руки пооборвать. Не прикоснуться — стрелка поползет. Ладно, мы не гордые, сверху джинсики напялим. Порядок. Веня, черт тебя возьми, где-где-где мои листочки? Ищет бедная старушка на подушке, под подушкой. Остается кухня. Холодильник, конечно, подходящее место для моих творений. О-па, когда же это я дописала? Да как складненько, замечательно, давно так славно не получалось. Ну ладно, пора, пора. Последний штрих. Веничка, отойди от зеркала. Что тебе там причесывать, золото мое, дай губки накрасить. А у самой какой-то мороз по коже. Пристроилась за муженьком у зеркала. Хороша, хороша, мешочки под глазами и те к лицу… и застыла с помадой у губ. Кто это? Там, в зеркале? На меня глядела, кривя тонкие губы в омерзительной ухмылке, такая рожа! Глаза кинжалами пронзали меня насквозь, я физически ощущала боль порезов, из носа потекла кровь. Мгновенно вспомнила ночной кошмар, показавшийся сном. Теперь я точно опоздаю на работу. Веня, Веничка, Вениамин Сидорович! Пощади, это же я — жена твоя любимая, прости за все (интеллигент паршивый, дай только за порог выскочить), не надо мне ничего, только прости. Но глазам в зеркале не надо было ни слов, ни слез моих. Требовалась жертва. Я. Это мне совсем не нравится. Существо передо мной медленно поворачивалось лицом. Последней надеждой мелькнуло ожидание нормального, родного взгляда. Нет! В глубоких колодцах глаз вспыхивали малиновые искры. Уже становится страшно. Никто не хочет попробовать? Не советую. Я и сама не пошла бы на это по собственной воле. Но меня никто не спросил, хочешь, лапочка, постонать от боли и одуреть от ужаса? Бескровные губы приоткрылись и потянулись ко мне. Как странно — я успокаивалась! Наверное, я всегда была скрытой мазохисткой. Да какая разница. Жена обязана повиноваться мужу. Я покорно подставила губы и ждала боли. Я вся здесь, мой Господин, раба твоя, возьми меня, истязай, ешь. Все приму под твоим замораживающим взглядом. Но боли не было. Молча выпивал он из меня силы, чувства, жизнь. Не так все страшно. Просто дьявольский поцелуй.

Звук. Тревожащий звук. Телефон. Супружеская спальня. И супруг мерно сопит под боком. Все еще ошалевшая беру трубку дрожащей рукой. Знакомый гнусавый голос ласково сообщает:

— Шабаш намечен на ближайшую субботу. На Лысой горе сейчас не бархатный сезон. Заменили Гималаями. Транспорт будет подан, почтеннейшая. Что бы вы предпочли — метла швабра, ступа с помелом, что-то другое? Вам предоставляется право выбора.

Пожелав метлу (оно привычнее), нежно положила трубку и грудью повалилась на кровать. По телу разливалось блаженство. Как я могла забыть!

Возбужденная, сорвалась с кровати и кинулась к зеркалу. Хороша! В глубине ярко-зеленых глаз метались черти, вечное косоглазие проявилось сильнее обычного. Я с грохотом смела с трюмо баночки с кремом и коробочки с косметикой. Это мне больше не понадобится. Иная природа стряхнула с моего тела шелуху годов, разгладив следы забот и невзгод. Я готова была взорваться от нетерпения.

Я долго ждала, почти забыла о своем предназначении. Забыла, что я — великая обольстительница и повелительница сердец, что мне подвластны людские души. Как коварны проблемы человеческой жизни: они затягивают, высасывают веру и внутренние силы, превращают безо всякого колдовства королеву в замарашку, независимую амазонку в жалкую рабу семейных обстоятельств. Даже меня, опытную ведьму, чуть не поглотил омут повседневности. Рассказать кому на шабаше — не поверят. Хотя, впрочем, не так давно встретила на улице одну знакомую ведьмочку: от ее жизнерадостности не осталось и следа — нагруженная авоськами с макаронами, она тащилась, проклиная тот день, когда согласилась на испытание. Каждая ведьма мечтает быть женщиной Господина. Пусть на одну ночь. Она пролетает как один миг. Но длится вечно. И ради этого мы, молодые ведьмы, подвергаемся испытаниям на жизнестойкость и выносливость, отправляясь в человеческий мир. Не многие выдерживают людской жизни женщины. Сколько моих коллег спились, опустились на самое дно, не пройдя даже первого круга испытаний. Но хватит о грустном. Для меня самое страшное позади. Я с честью выдержала экзамен. По календарю — великий праздник. И этот сон. Я должна была догадаться. Я избрана. Конец земным мытарствам. Отныне все блага мира лягут к моим ногам. И, видит Господин, я заслужила это…