Фандом: Ориджиналы. История, произошедшая с маленьким Хосе — обычным испанским мальчиком с большим добрым сердцем и зорким взглядом.
13 мин, 56 сек 13906
Двор был в его власти. Любой другой проказник начал бы дергать за веревки, те самые, на которые хозяйки вешали выстиранное белье, опробовал бы метлу дворника — предмет, который тот тщательно оберегал, посидел бы, в конце концов, на мешке с углем, что стоял у стены. Но Хосе точно знал, что ему нужно в этот раз. Может, потом он еще совершит вылазку утром в пустынный двор и проделает все то, чем так хвалились старшие мальчики, но не сейчас. Сегодня он видел только кучу щебня, этот своеобразный Эверест их двора.
Маленький испанец подошел к подножию горы и радостно хлопнул в ладоши и цокнул языком: в пыли валялся осколок зеленого стекла. Ладно, если бы это был просто осколок. Но это был Осколок — величиной с его ладошку, гладкий, как ленты из кассет, блестящий — всем осколкам осколок. Надо же — первый раз выбрался сюда, и сразу такая удача! Но больше он, сколько ни смотрел на землю, сколько ни ворошил палочкой мусор, не нашел ничего стоящего. Надо было приступать к выполнению основной части его гениального плана — начинать штурм самой вершины горы. Хосе слышал, что ни один великий путешественник никогда не ограничивался низовьями, — а он мечтал стать великим. И не важно — певцом ли, музыкантом ли, писателем ли, доктором ли — просто великим, войти в историю.
И он начал карабкаться вверх, цепляясь за почти незаметные выступы, чудом находя опору. Не раз он рисковал сорваться с двухметровой высоты на строй-материалы и очень больно ушибиться, а может, и сломать себе что-нибудь, но кто-то словно поддерживал его огромной и сильной рукой, позволяя замечать шаткие участки. Да, это было настоящее восхождение! Хосе представлялось, что рядом с ним прыгают серны, горные козлы, что воздух разрежен настолько, что трудно дышать, но на него надета кислородная маска, и он без проблем пользуется той малой частью кислорода, что есть здесь.
И он взобрался-таки на «Эверест»! Шестилетний мальчик, отважившийся на поступок, о котором ходили легенды, стоял на вершине кучи щебня, раскинув руки. Часть его мечты сбылась. Но, к сожалению, он не мог расхохотаться во все горло, иначе он рисковал перебудить весь дом. Но смех — это не так уж и важно в такую торжественную минуту. Он может испортить момент. И Хосе стоял на вершине молча, только иногда по его губам пробегала торжествующая улыбка, и тогда он тихо хлопал в ладоши, выражая этим свою радость.
Прошло около десяти минут, а ему все еще не надоело стоять здесь. Отсюда он видел все, что происходило в квартирах первого-второго этажей. Все окна были еще темными — никто еще не встал. Ничто не нарушало тишину двора. Только за горой шумел сток, переполненный бурлящей водой.
Но вдруг к этому звуку прибавился еще один — какое-то то ли скуление, то ли хрипение. И шел он именно от того самого стока. Хосе осторожно подошел к краю небольшой площадки и взглянул вниз. Действительно, в тоще темной воды барахталось что-то светлое, маленькое и — живое. Существо било лапками по воде, стараясь выбраться на сушу, но течение неумолимо несло его вперед, оно погружалось в воду с головой, но каждый раз чудом выныривало.
Мальчик заметил пологий спуск к стоку — возможности им воспользоваться раньше у него не было: он просто не знал о его существовании. Если сюда он карабкался минут пять, то сбежать с горы получилось быстро. Но возник вопрос: как выловить это существо, оказавшееся кутенком, чтобы не свалиться в глубокий водосток? Он-то плавать точно не умеет. Но тут на глаза ему попались две скобы — одна ниже другой, — и он понял, что сегодня удачный для планов день. И немедленно приступил к выполнению своего нового плана.
Хосе не был скалолазом, — восхождение на домашний Монблан не считается, — и ему пришлось хорошо потрудиться, прежде чем он завис над стоком, уцепившись за те скобы. Его положение было отличным — скорее рано, чем поздно, под ним проплывет щенок, и тогда он схватит его за шкирку и вытащит. Однако мальчик не учел, что сам он еле-еле удерживает себя над водой. Если к нему прибавится еще и собака, его рука может разжаться. А о том, что перепуганное создание будет неосознанно сопротивляться помощи, он и вовсе не думал.
Пальцы ухватили щенка за шкирку, и тот испуганно дернулся, пытаясь высвободиться из неожиданно появившихся тисков. Хосе сильнее сжал его шкурку и приподнял над водой. Архимедова сила тотчас же перестала действовать, и новоиспеченный спасатель сразу почувствовал истинный вес утопленника.
Нет, щенок не был толстым. Беспризорникам не из чего вырабатывать калории — часто еды нет вовсе. Но все же килограмм в воде отличается от килограмма в воздухе, и эта разница была довольно значительной для ручонок шестилетнего ребенка. Хуже всего было то, что он не мог подхватить щенка двумя руками — иначе он рисковал бы свалиться.
Пальцы медленно скользили по мокрой шкуре, а щенок вертелся во все стороны, пронзительно повизгивая. Хосе давно понял, что его план провести все тихо стремительно разваливается на части. Слишком громким был визг спасенного.
Маленький испанец подошел к подножию горы и радостно хлопнул в ладоши и цокнул языком: в пыли валялся осколок зеленого стекла. Ладно, если бы это был просто осколок. Но это был Осколок — величиной с его ладошку, гладкий, как ленты из кассет, блестящий — всем осколкам осколок. Надо же — первый раз выбрался сюда, и сразу такая удача! Но больше он, сколько ни смотрел на землю, сколько ни ворошил палочкой мусор, не нашел ничего стоящего. Надо было приступать к выполнению основной части его гениального плана — начинать штурм самой вершины горы. Хосе слышал, что ни один великий путешественник никогда не ограничивался низовьями, — а он мечтал стать великим. И не важно — певцом ли, музыкантом ли, писателем ли, доктором ли — просто великим, войти в историю.
И он начал карабкаться вверх, цепляясь за почти незаметные выступы, чудом находя опору. Не раз он рисковал сорваться с двухметровой высоты на строй-материалы и очень больно ушибиться, а может, и сломать себе что-нибудь, но кто-то словно поддерживал его огромной и сильной рукой, позволяя замечать шаткие участки. Да, это было настоящее восхождение! Хосе представлялось, что рядом с ним прыгают серны, горные козлы, что воздух разрежен настолько, что трудно дышать, но на него надета кислородная маска, и он без проблем пользуется той малой частью кислорода, что есть здесь.
И он взобрался-таки на «Эверест»! Шестилетний мальчик, отважившийся на поступок, о котором ходили легенды, стоял на вершине кучи щебня, раскинув руки. Часть его мечты сбылась. Но, к сожалению, он не мог расхохотаться во все горло, иначе он рисковал перебудить весь дом. Но смех — это не так уж и важно в такую торжественную минуту. Он может испортить момент. И Хосе стоял на вершине молча, только иногда по его губам пробегала торжествующая улыбка, и тогда он тихо хлопал в ладоши, выражая этим свою радость.
Прошло около десяти минут, а ему все еще не надоело стоять здесь. Отсюда он видел все, что происходило в квартирах первого-второго этажей. Все окна были еще темными — никто еще не встал. Ничто не нарушало тишину двора. Только за горой шумел сток, переполненный бурлящей водой.
Но вдруг к этому звуку прибавился еще один — какое-то то ли скуление, то ли хрипение. И шел он именно от того самого стока. Хосе осторожно подошел к краю небольшой площадки и взглянул вниз. Действительно, в тоще темной воды барахталось что-то светлое, маленькое и — живое. Существо било лапками по воде, стараясь выбраться на сушу, но течение неумолимо несло его вперед, оно погружалось в воду с головой, но каждый раз чудом выныривало.
Мальчик заметил пологий спуск к стоку — возможности им воспользоваться раньше у него не было: он просто не знал о его существовании. Если сюда он карабкался минут пять, то сбежать с горы получилось быстро. Но возник вопрос: как выловить это существо, оказавшееся кутенком, чтобы не свалиться в глубокий водосток? Он-то плавать точно не умеет. Но тут на глаза ему попались две скобы — одна ниже другой, — и он понял, что сегодня удачный для планов день. И немедленно приступил к выполнению своего нового плана.
Хосе не был скалолазом, — восхождение на домашний Монблан не считается, — и ему пришлось хорошо потрудиться, прежде чем он завис над стоком, уцепившись за те скобы. Его положение было отличным — скорее рано, чем поздно, под ним проплывет щенок, и тогда он схватит его за шкирку и вытащит. Однако мальчик не учел, что сам он еле-еле удерживает себя над водой. Если к нему прибавится еще и собака, его рука может разжаться. А о том, что перепуганное создание будет неосознанно сопротивляться помощи, он и вовсе не думал.
Пальцы ухватили щенка за шкирку, и тот испуганно дернулся, пытаясь высвободиться из неожиданно появившихся тисков. Хосе сильнее сжал его шкурку и приподнял над водой. Архимедова сила тотчас же перестала действовать, и новоиспеченный спасатель сразу почувствовал истинный вес утопленника.
Нет, щенок не был толстым. Беспризорникам не из чего вырабатывать калории — часто еды нет вовсе. Но все же килограмм в воде отличается от килограмма в воздухе, и эта разница была довольно значительной для ручонок шестилетнего ребенка. Хуже всего было то, что он не мог подхватить щенка двумя руками — иначе он рисковал бы свалиться.
Пальцы медленно скользили по мокрой шкуре, а щенок вертелся во все стороны, пронзительно повизгивая. Хосе давно понял, что его план провести все тихо стремительно разваливается на части. Слишком громким был визг спасенного.
Страница 3 из 4
