Прохладный утренний ветер разгонял по пустым обочинам мусор. Машина бежала легко. Мерно гудела печка, пытаясь осушить запотевшие в длинной дороге окна. Пассажиры тихо похрапывали, а Леха отчаянно боролся с желанием остановиться и тоже немного поспать. Когда вечером они двинулись в путь, термос с кофе был полон и, казалось, его хватит надолго. Но напиток кончился очень быстро, не дав нужного эффекта и только прибавив количество зеленых стоянок.
Сеня внимательно следил за диалогом товарищей, глядя то на одного, то на другого. Последняя фраза не хорошо подействовала на него, он подошел к Диме и с силой зарядил мощным кулаком приятелю в грудь, от чего тот, выпучив красные глаза, рухнул на асфальт.
Валерыч встал между ними и развел руки в стороны.
— Значит так, если ты обоссался, то беги в ментовку и расскажи там обо всем, — проговорил он, — а мы, — показав на себя и Сеню, — пойдем посмотрим, что там происходит.
Ошарашенный Дима только кивнул, не споря с обидным высказыванием в свой адрес, вскочил на ноги и побежал в ту сторону, откуда они ещё недавно возвращались. Он уже не мог видеть того, что люди в черных балахонах, остановившиеся у заброшенного здания, умело и быстро скрутили его товарищей, которые едва появились из-за поворота, посадив их в свои странные машины.
Страх придал парню сил, и он довольно быстро добрался до злосчастного отделения. Обшарпанная дверь, повидавшая виды была закрыта. Димастый в истерике начал барабанить по ней до тех пор, пока с другой стороны не послышался звук отодвигающегося засова. Дверь открылась, и на улицу высунулось широкое, встревоженное лицо дежурного.
— Чего надо?! — вместо приветствия поинтересовалось оно.
— Там, какие-то отморозки с оружием… Из обрезов стреляют… На машинах они… — начал сбивчиво объяснять Дима, — нам машину повредили… колеса… топором…
Не особо вслушиваясь в произносимое, милиционер встревожено оглянулся вокруг, потом с неудовольствием посмотрел на парня, и кивков пригласил его внутрь. Расположив пришедшего за столом, он протянул ему бланк заявления.
— Заполняйте по форме, потом дознавателя позову.
— Чего? Да какое заявление! Там сейчас друзей моих перебьют, а вы тут с заявлениями лезете! Срочно надо кого-нибудь с оружием туда направлять!
— Поподробней, — буркнул недовольный сотрудник.
— Да говорю же я вам, куча уродов каких-то в балахонах, в масках, на машинах и мотоциклах, с обрезами колеса на нашей машине порезали! Хозяин побежал к ним, а они давай палить по нам!
— Где произошло?
— Да прямо на площади на центральной, недалеко от стадиона!
— А вы, простите, откуда сами?
— Да какая разница, ну не местный я, приехали с друзьями футбол посмотреть!
— Ага, значит не местный. А друзья, тоже не местные?
— Тоже, да что вы вопросы какие задаете ненужные, быстрее действовать надо!
— Разберемся.
Дежурный отошел в сторону и вытащил из нагрудного кармана сотовый телефон и, набрав номер, приглушенно заговорил:
— На площади стреляют. Поедь, разберись, чтоб все тихо было. Один здесь. Да, не местный, остальные тоже не местные. Сколько вас?
— Четверо вместе со мной.
— Трое там осталось, думаю, далеко уйти не смогли, где-то в том районе кружатся. Давай.
Милиционер закончил разговор и подошел к Диме.
— Ну что?
— Вы не волнуйтесь, разберемся во всем. Вы пока пройдите вон в ту комнату, протокол все равно надо составить, а люди на место выехали уже, все нормально будет.
Толстый дежурный пропустил парня вперед. Димастый подумал о том, что состоявшийся, почему-то по мобильному, а не по рации или стационарному, служебному телефону, разговор выглядел несколько странно, будто доблестных сотрудников больше интересовали не те балахоны, которые спокойно палят из ружей в центре города в не позднее ещё время, а приезжие бедолаги, попавшиеся под руки местной шпане. Мысль была правильной, но развиться в нужном направлении не успела, так как не дойдя до указанного дежурным места парень получил сильный удар по затылку тяжелой резиновой дубинкой, отчего его сознание вылетело вон, а тело распласталось посередине помещения. Двое ребят в форме с сержантскими погонами бойко схватили бесчувственного Диму и поволокли вглубь отделения.