Proxy

Я подошла к нужному месту, и попыталась залезть на фундамент, что у меня получилось. Было не очень приятно заниматься этим с босыми ногами. Вот, моя нога ступает на некоторые выступы, и я осторожно наступаю другой ногой на подоконник, что на первом этаже. Благо, на втором этаже, где были покои, и где лежала моя маска, открыто окно. Я ухватилась другой рукой за следующий подоконник, и наступила на еще один выступивший кирпич. Но тут моя нога съезжает с кирпича, я больно поцарапала ногу. Ничего, зато удержалась и не сломала себе ничего. Повторила попытку. Получилось стать на тот выступ. Еще спустя пару выступов, и я залезла на подоконник, а оттуда и в коридор, через окно. Спустившись, я посмотрела на больную ногу, и махнув на нее рукой, медленно потопала в комнату. Никого нет. Ну и ладно.

Я прошла в покои, и сразу же увидела свою маску, лежащую на тумбочке. Надев ее, чтобы она еще куда-нибудь не делась, я стала шарить по шкафам, вспомнив, в каком я виде. Наконец нашла постиранные, выглаженные вещи, аккуратно лежащие на полочке. Ну и спасибо. Я быстро переоделась, правда долго не могла найти свои кеды. Куда же они запропастились…?

В тот момент, когда я шарила под кроватью в поисках своих кед, в комнату послышались шаги. «Черт. — выругалась я в мыслях, и плюнув на кеды, подбежала к окну и залезла на подоконник. Все в голове закружилось. Я немного пошатнулась, и поняла, что слезть вряд ли смогу. Черт. Придется прыгать… второй этаж… если повезет, и я не сломаю ногу, то… все будет нормально, и я смогу убежать.»

В тот момент, когда в дверь постучались, я выдохнула, и встав в полный рост на подоконник, лишь немного согнувшись, выпрыгнула из окна, и, как назло, стала в полете махать руками, и поэтому приземлилась на одну из них, и…

— Бляяяять! — завыла я от боли.

Кто-то подошел к окну, но деваться было некуда, и я просто побежала по тропинке. Я видела через рукав, что моя рука сломана. Ибо она была колесом. Черт подери, угораздило же сломать эту кость.

Хотя, я не столько переживала тогда за свою руку, сколько переживала за Брайана. Он был на первом этаже, когда произошел взрыв. Вот, что меня напрягало больше всего. Наверное, я не переживу его смерти. Просто умру. Может быть, это и есть то, о чем он говорил? Любовь… не знаю. Не могу смириться со всем тем, что происходило со мной в последние несколько дней. Но знаю точно: расцелую его еврейскую рожу, если он останется жив. Кстати говоря… я даже и не знаю, почему стала говорить, что его рожа — еврейская. Довольно странно.

Я пробежала еще немного, и решила передохнуть. Присев под деревом, я закатила рукав правой руки и попыталась дотронуться до поломанной, как я поняла, руки. Очень болит. Зря я спрыгнула из окна… но… оно того стоит.

Я подняла голову, и посмотрела на полную луну. Она завораживала своей… красотой? Что значит красота? Быть может… это не общепризнанная «норма» красоты… а красота, которая в сердце? Та красота, которую чувствуешь. Брайан знал, что я красивая, не видя моего лица. Он это чувствовал… а я… а я бесчувственная дура. Серьезно. Он открылся мне, а я… сказала, что мне нужно подумать,… я… я вышвырнула его из комнаты, когда он хотел сделать это. Я отвергла его. Это непростительно… однако, он меня простил.

Нужно перед ним извиниться, ведь я… я так и не сделала этого.

— Кейти, иди кушать! — Послышалось из кухни. Это был мамин голос.

Я медленно поднялась со своей привычной кровати, и осмотрелась. Квартира ни капли не изменилась с тех времен… подождите, это еще с каких времен?…

Я вышла из своей комнаты, и направилась на кухню. То, что я увидела, привело меня в глубочайший шок: за столом сидел Брайан, красивенький такой. А мама рядом бегала и ставила тарелки на стол. Я медленно прошла на кухню, опустилась на стул и посмотрела на Брайана. Тот сидел и улыбался как дурак. Мама стала что-то говорить беспрерывно.

— Кейти, я тут в журнале смотрела свадебные платья, кажется, что некоторые из них тебе подойдут, если конечно они тебе понравятся.

Я отшатнулась и выбежала из кухни, меня Брайан и мама проводили странным взглядом. И тут я врезалась в Карла. Тот стоял с совершенно пустым взглядом, и говорил:

— А я тут тебе букет на свадьбу заказал. — Сухо сказал тот, смотря куда-то сквозь меня. А потом он схватил меня за правую руку, и та ужасно заболела.

Я заорала, как резанная, и тут же почувствовала, что просыпаюсь. Я открыла глаза. Я все также сидела на земле под деревом, с поломанной рукой и в полном одиночестве. И че это было? Что за свадьба? Что за Брайан? Что за херня?! Я хотела провести рукой по лицу, но оказалась в маске. Да ладно. Я медленно поднялась, стараясь не трогать руку, и пошла быстрым шагом по тропинке.

Небо сменилось. Оно оказалось теперь багрово-красным, с отливами в фиолетовый, и плавно переходящий в голубой. Утро. Что?! УТРО?! В темном лесу?! Этого не может быть! В лесу, где стоит поместье Кабадатха, никогда не встает солнце! Что за хрень?