Путь домой

«Суд инквизиции!»

Блад откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. В эту минуту он не задавался вопросом, способен ли дон Мигель осуществить свою угрозу, ему было достаточно того, что его жена находится в руках жестокого человека, обезумевшего от жажды мести. На его висках выступил холодный пот. Блад думал о жуткой тюрьме в Севилье, из которой ему чудом удалось вырваться. Сама мысль о том, что Арабелле грозит опасность оказаться в подобном месте, была невыносима.

— Что сеньор говернаторе изволит ответить?

— Да, — резко бросил Блад.

Кривая усмешка исчезла с губ посланца дона Мигеля, когда он встретился взглядом с яростными синими глазами Блада. Матерый хищник безошибочно распознал в сидящем за столом человека зверя, не менее опасного, чем был он сам.

— Ты испанец? Как твое имя?

— Sono genovese …. У меня нет имени, моя мать не утруждала себя такими мелочами. Если вам угодно, зовите меня Тень.

— Путь будет Тень. Что тебе велено передать мне на словах?

— К востоку от Эспаньолы лежит Исла-де-Мона. По прошествии месяца дон Мигель де Эспиноса будет ждать там сеньора говернаторе. — Тень подошел к столу и, взяв перо, набросал очертания острова прямо на письме адмирала, затем указал координаты и ткнул пером в рисунок, отмечая нужное место. — Ваш корабль должен бросить якорь вот в этой бухте. Но на берег сойдете только вы. Ваши люди останутся в шлюпке и после обмена доставят женщину на ваш корабль. Это все.

— Ты видел мою жену?

— Да. На нее не надели кандалы и не бросили в трюм. Пока. И вот еще что — не пытайтесь препятствовать моему уходу. Дон Мигель ждет меня еще две недели. Если я не вернусь, он исполнит свою угрозу.

— А если ты споткнешься и разобьешь голову о камни? Корабль, на котором ты отправишься к нему, утонет или попадет в штиль? 

— Тогда все закончится очень печально… для вашей жены. Постарайтесь точно следовать условиям дона Мигеля. Не стоит играть с ним. Помните о своей женщине. Ее жизнь может оборваться в любой момент, все зависит от вашего благоразумия.

— Я учту твои советы, Тень. Постарайся и ты… беречь себя. — Блад продолжал в упор смотреть на Тень, и тот отвел глаза, вдруг усомнившись, что все пройдет гладко, и почти сожалея, что ввязался в это дело.

… (ит) Я генуэзец.

4. Откровенность дона Мигеля

Если у дона Мигеля де Эспиноса были какие-либо цели и планы до того, как он обнаружил Арабеллу на потерпевшем крушение бриге, то они явно перестали занимать его. Уже три дня «Санто-Доминго» стоял на рейде Ла Романы и не было похоже, чтобы дон Мигель спешил вновь пуститься в путь.

После того как галеон бросил якорь, де Эспиноса велел спустить шлюпку и отправился в город. Он вернулся лишь накануне вечером в сопровождении невысокого гибкого человека с холодными глазами убийцы. Тем же вечером Арабелла написала мужу. 

Она не последовала советам сеньора Рамиро и опять вызвала гнев дона Мигеля, споря с каждой фразой, которую тот ей диктовал, и не соглашаясь подписаться ни как «Ваша преданная»…, ни тем более как «Ваша любящая жена». Дон Мигель, устав спорить, задумался, затем сказал:

— Упрямиться совершенно бессмысленно, но будь по-вашему. Есть ли у вас какая-либо вещь, по которой муж может узнать вас? Я подумал, что почерк мог измениться после травмы, и у вашего мужа возникнут сомнения, даже если вы и напишете то, что я требую.

— Все мои вещи остались на том корабле, — ответила Арабелла.

— А это? — дон Мигель дотронулся до цепочки, поблескивающей у нее на шее.

Арабелла отпрянула и прижала руки к груди, защищая свою единственную ценность.

— Это портрет моей матери, я не могу отдать его. Этот медальон — все, что связывает меня с моим прошлым.

— Ну же, мисс Бишоп, — де Эспиноса иногда обращался к ней так, то ли в шутку, то ли желая поддразнить. — Вернувшись домой, вы окажетесь в окружении множества вещей из вашего прошлого. И конечно, среди них будет медальон. Так не будем терять время на глупые споры!

Поколебавшись, Арабелла отдала медальон дону Мигелю, а теперь сожалела об этом. Возможно, было бы лучше сразу согласиться на текст письма, предложенный де Эспиносой, но Арабелла не могла перебороть себя и писать о любви человеку, которого не помнила. Она вздохнула и подошла к перилам, ограждающим ют. Погода портилась, первые капли дождя упали на ее лицо, и Арабелле показалось, что дождь плачет вместо нее. 

— А, мисс Бишоп! Почему бы вам не присоединиться ко мне и моим офицерам и не пообедать в кают-компании? — На ют поднимался дон Мигель.

Отправив Тень к Питеру Бладу, де Эспиноса пришел в хорошее расположение духа. Пока все складывалось, как он и задумал. Скоро Блад будет в его руках. Он уже написал Эстебану, приглашая присутствовать при «свершении акта возмездия».

— Пообедать? — Молодая женщина с безмерным удивлением посмотрела на него.

— Что вас удивляет?