Фандом: Миры Хаяо Миядзаки и студии GHIBLI, Ходячий замок. С детства зная о своей исключительности, она все же не предполагала, что сумеет достичь самой высокой ступени успеха, о какой только могла мечтать. Но принесет ли ей этот успех настоящее счастье?
90 мин, 36 сек 12220
Верно говорят: «Хочешь рассмешить бога — расскажи ему о своих планах». Сивилла не подозревала, что дуэль, к которой она чувствовала такую пламенную готовность, состоится гораздо раньше, чем она предполагала. Но зрителей при этом окажется минимальное число. А ставкой в поединке будет не пост главы комитета, а ее собственная жизнь…
Посетителей у нее сегодня не было. В любой другой день Сивиллу такое положение дел, наверное, огорчило бы и даже отчасти оскорбило. Но сейчас молодая волшебница, напротив, сочла отсутствие посетителей добрым знаком — ведь она торопилась поскорее уйти к себе, и судьба не чинила к этому никаких препятствий. Все складывалось как нельзя более удачно!
Заперев кабинет, она торопливо устремилась к лестнице, еле сдерживаясь, чтобы не перейти на бег. Завернув за угол, Сивилла тут же мысленно похвалила себя за осторожность: ей навстречу шел распорядитель. То-то было бы неприлично, если бы он увидел ее, одну из старших членов комитета, бегущей по коридору вприпрыжку!
Но в следующее мгновение Сивилле стало не до размышлений о приличиях. Она вдруг вспомнила, что за спиной у нее — короткий тупиковый отрезок коридора, в который не выходит никаких других дверей, кроме двери ее кабинета. Получается, распорядитель шел к ней? Но это значит… Она растерянно остановилась. И тут же, словно в подтверждение ее слов, распорядитель, подойдя к ней и тоже остановившись, негромко, но торжественно произнес:
— Мадам Бошер желает видеть вас у себя. Прямо сейчас.
И, развернувшись, величественно двинулся впереди нее. Как будто Сивилла не смогла бы самостоятельно отыскать кабинет главы комитета! Всем работающим тут было прекрасно известно, где находятся рабочие апартаменты мадам Бошер. Молодая волшебница почувствовала себя верблюдом в караване, но деваться было некуда. Пришлось невыносимо медленно и важно пройти по бесконечным коридорам и лестницам чуть ли не след в след с распорядителем, этим высокомерным сухарем, от которого никто никогда не слышал ни единого слова, помимо деловых фраз.
Наконец-то верхний этаж! Вот и высокие двустворчатые двери кабинета мадам Бошер. Распорядитель постучал, и эти огромные двери, кажущиеся такими тяжелыми, с легкостью распахнулись перед Сивиллой. Поскольку никаких слуг за ними видно не было, оставалось думать, что мадам Бошер сама, с помощью магии, впустила посетительницу. Точнее, посетителей — распорядитель вошел вместе с Сивиллой.
Молодая волшебница была немного удивлена всем этим — и тем, что на ее аудиенции будет присутствовать распорядитель, и тем, что глава комитета не держит в кабинете ни слуг, ни секретарей. А особенно — тем, что приемная мадам Бошер, этот традиционный для всех кабинетов «предбанник», менее всего напоминала место ожидания. Скорее это было похоже на большой будуар, лишенный мебели, или же на бальную залу в миниатюре.
Между резными панелями из красного дерева кое-где были проемы от пола до потолка, задернутые бордовыми портьерами. Они скрывали, видимо, двери, а не окна: света оттуда не пробивалось. Комната была освещена только высокими напольными канделябрами со множеством свечей. По стенам висели огромные портреты членов королевской династии в массивных золоченых рамах. Пол был украшен изумительной по красоте мозаикой: японский дракон прихотливо изгибал чешуйчатую спину. Дракон был вписан в круг, а круг, в свою очередь — в квадрат.
«Тут бы вальсы танцевать! — восхищенно подумала Сивилла. — Жаль только, места маловато — на две-три пары, не больше»… В задумчивости она уставилась на дракона так пристально, что ей даже показалось, будто он слегка пошевелился. Очнулась она только тогда, когда распорядитель молча прошагал прямо по крыльям дракона к двери в противоположной стене — единственному проему, не задрапированному портьерами (не считая той двери, в которую они вошли). Сивилла подалась было вперед, чтобы идти за ним, но сообразила, что ей ничего не сказали и даже не сделали никакого приглашающего знака. И осталась на том же месте, у входа.
Очень скоро распорядитель вновь показался в приемной, а за ним следовала мадам Бошер собственной персоной. Вся в черном, как обычно. На шее — длинная тонкая нитка гранатовых бус, в ушах — серьги-капельки, тоже гранатовые.
Глава 9. Зеркало в комитете придворных магов: тени
Заходящее солнце щедро окрасило багрянцем дубовые панели, которыми был обшит кабинет Сивиллы. Рабочий день подходил к концу. Еще раз с гордостью полюбовавшись королевским амулетом, который ей удалось восстановить, волшебница осторожно спрятала его за корсаж. Ей хотелось обрадовать короля потрясающей новостью прямо сейчас — пусть он убедится, сколь возросла ее магическая сила. И тогда она, Сивилла, займет подобающее ей положение при дворе. Не одна из полусотни придворных магов, а глава всего комитета — вот чего она достойна!Посетителей у нее сегодня не было. В любой другой день Сивиллу такое положение дел, наверное, огорчило бы и даже отчасти оскорбило. Но сейчас молодая волшебница, напротив, сочла отсутствие посетителей добрым знаком — ведь она торопилась поскорее уйти к себе, и судьба не чинила к этому никаких препятствий. Все складывалось как нельзя более удачно!
Заперев кабинет, она торопливо устремилась к лестнице, еле сдерживаясь, чтобы не перейти на бег. Завернув за угол, Сивилла тут же мысленно похвалила себя за осторожность: ей навстречу шел распорядитель. То-то было бы неприлично, если бы он увидел ее, одну из старших членов комитета, бегущей по коридору вприпрыжку!
Но в следующее мгновение Сивилле стало не до размышлений о приличиях. Она вдруг вспомнила, что за спиной у нее — короткий тупиковый отрезок коридора, в который не выходит никаких других дверей, кроме двери ее кабинета. Получается, распорядитель шел к ней? Но это значит… Она растерянно остановилась. И тут же, словно в подтверждение ее слов, распорядитель, подойдя к ней и тоже остановившись, негромко, но торжественно произнес:
— Мадам Бошер желает видеть вас у себя. Прямо сейчас.
И, развернувшись, величественно двинулся впереди нее. Как будто Сивилла не смогла бы самостоятельно отыскать кабинет главы комитета! Всем работающим тут было прекрасно известно, где находятся рабочие апартаменты мадам Бошер. Молодая волшебница почувствовала себя верблюдом в караване, но деваться было некуда. Пришлось невыносимо медленно и важно пройти по бесконечным коридорам и лестницам чуть ли не след в след с распорядителем, этим высокомерным сухарем, от которого никто никогда не слышал ни единого слова, помимо деловых фраз.
Наконец-то верхний этаж! Вот и высокие двустворчатые двери кабинета мадам Бошер. Распорядитель постучал, и эти огромные двери, кажущиеся такими тяжелыми, с легкостью распахнулись перед Сивиллой. Поскольку никаких слуг за ними видно не было, оставалось думать, что мадам Бошер сама, с помощью магии, впустила посетительницу. Точнее, посетителей — распорядитель вошел вместе с Сивиллой.
Молодая волшебница была немного удивлена всем этим — и тем, что на ее аудиенции будет присутствовать распорядитель, и тем, что глава комитета не держит в кабинете ни слуг, ни секретарей. А особенно — тем, что приемная мадам Бошер, этот традиционный для всех кабинетов «предбанник», менее всего напоминала место ожидания. Скорее это было похоже на большой будуар, лишенный мебели, или же на бальную залу в миниатюре.
Между резными панелями из красного дерева кое-где были проемы от пола до потолка, задернутые бордовыми портьерами. Они скрывали, видимо, двери, а не окна: света оттуда не пробивалось. Комната была освещена только высокими напольными канделябрами со множеством свечей. По стенам висели огромные портреты членов королевской династии в массивных золоченых рамах. Пол был украшен изумительной по красоте мозаикой: японский дракон прихотливо изгибал чешуйчатую спину. Дракон был вписан в круг, а круг, в свою очередь — в квадрат.
«Тут бы вальсы танцевать! — восхищенно подумала Сивилла. — Жаль только, места маловато — на две-три пары, не больше»… В задумчивости она уставилась на дракона так пристально, что ей даже показалось, будто он слегка пошевелился. Очнулась она только тогда, когда распорядитель молча прошагал прямо по крыльям дракона к двери в противоположной стене — единственному проему, не задрапированному портьерами (не считая той двери, в которую они вошли). Сивилла подалась было вперед, чтобы идти за ним, но сообразила, что ей ничего не сказали и даже не сделали никакого приглашающего знака. И осталась на том же месте, у входа.
Очень скоро распорядитель вновь показался в приемной, а за ним следовала мадам Бошер собственной персоной. Вся в черном, как обычно. На шее — длинная тонкая нитка гранатовых бус, в ушах — серьги-капельки, тоже гранатовые.
Страница 16 из 26
