Рандеву с жизнью

Акт тридцать четвертый

Когда же мы прибыли домой, Слендер сообщил, что Тоби должен отправиться на несколько дней в другую часть города, чтобы что-то ему достать, а меня отправил в свою комнату. Когда я зашла туда, то, не раздеваясь, в крови завалилась на кровать и просто смотрела в потолок. Я не сожалела, не плакала, не смеялась и даже не грустила, в моей душе творилось абсолютно ничего. Маска была запятнана кровью той девочки, а она мне ничего плохого не сделала. Она была мне сестрой по крови, если её мать не нагуляла её, и больше у меня никого не осталось в этом мире, кроме Слендера, Тикки Тоби и самой себя. Кулон, который был на моей шее, уже не воспринимался как ошейник, да и такой важности, как раньше, не представлял — просто напоминание о бабушке… Слендер говорил, да и продолжает говорить, что я — избранная, рожденная тьмой, но я не чувствую себя психом, меня не тянет убивать каждого, кто попадётся, меня не интересует даже любовь. Да, я начала встречаться с Тоби, но только для того, чтобы не потерять его. Кто-то бы сейчас меня назвал эгоисткой, потому что сейчас я забочусь только о себе, но что бы они сделали на моем месте? Я помню, как называла Слендермена монстром, а теперь понимаю, что я начинаю превращаться в такого же монстра… Я убивала уже несколько раз, из-за меня умерла та девушка, что сразилась с Джеффом; смешно, но я даже не помню её имени, а она могла вылечиться и жить себе спокойно, может быть, имела бы семью, но появилась я, и теперь она лежит и разлагается под землёй. Да и Тикки Тоби, я понимаю, что я не смогу подарить ему свою любовь… Раньше бы, когда я была ещё совсем наивной, и он бы был обычным парнем, то мы бы уже давно встречались и планировали свадьбу, утопая в сладких мечтах, но теперь, когда я видела столько крови, столько неведомых моему сознанию монстров, я не хочу строить отношения. Я просто буду плыть по этому грёбанному течению, потому что, как не греби, тебе не выбраться, только зря силы потратишь. Поняв это, мне стало легче, я поднялась с кровати, переоделась в чистую одежду и очистила маску от крови. Постелив на кровать новое постельное бельё, я отдала старое одной из горничных теней, и только легла, как ко мне постучались.

— Входите, — в комнату зашёл Слендер. Кто бы сомневался, с какой-то пачкой в руках.

— Я тебе принёс вот это, — тонкий человек подошёл ко мне и протянул пачку со сверкающими звёздочками и светящейся краской. — Я заметил, что ты спишь со светом, так что это будет тебе что-то вроде ночника.

— Это… Спасибо, но тут нет дневного света, а они заряжаются только от него.

— В нашем мире они светятся всегда.

— Спасибо, — взяв в руки эту пачку, я улыбнулась и почувствовала, как меня гладит по голове тонкая и большая рука.

— Ты мне как дочь, так что не за что.

— А почему вы с бабушкой не вместе? Вы же любили друг друга.

— Ну-у-у, это долгая история: когда мы влюбились, то она уже была замужем и давно, да и ты скоро должна была родиться, она не хотела портить тебе психику с самого детства, да и изменить не могла своему мужу, так вот, — мы ещё долго говорили. Потом я легла спать, оставив маленький ремонт на завтра. Проснувшись на следующее утро, первым делом я краской нарисовала на потолке звёздное небо, а звёзды наклеила на стены.

Акт тридцать пятый

Дни шли медленно и мне было скучно, ведь Тикки Тоби ушёл на неделю, а я осталась одна, но зато в городе был переполох, ведь убили такого богатого человека, не забрав ни единой вещи из дома, и газеты начали пестрить заголовками по типу «новый маньяк волчица». Да, меня так окрестили. Кстати о маньяках: Слендер Джеффу начал давать какие-то таблетки, и тот прекратил буянить, и, как только Джефф перестал вести себя, как животное, Безликий взвалил на меня приглядывание за ним. Ну, он точно как собака и любит, чтобы ему читали. Если честно, я не читала столько книг вообще никогда, сколько за эти дни. Лёжа на кровати, я разглядывала пузырёк с препаратами, которые через несколько минут я понесу Джеффу. На них не было ни единой надписи, а Слендер отказывался говорить мне, что это. Я, конечно, догадывалась, что это может быть какое-то психотропное вещество из лаборатории или просто какое-то успокоительное. Вообще-то неважно, если это ему, то всё хорошо. Встав с кровати, я вышла из своей комнаты и пошла по коридору. Проходя те же портреты, я постоянно останавливалась у бабушкиного. Да, мне до сих пор больно, но не так, как раньше. Оставив все свои переживания на потом, я дошла до двери Джеффа и открыла её, за ней была вполне чистая комната, а маньяк лежал на кровати и смотрел в потолок. В какой-то мере мне было его жалко и хотелось помочь ему, но он лишь псих, заключенный в собственном безумии. Когда я вошла, он приподнялся на локти и посмотрел на меня.

— Каролина, — я закрыла за собой дверь и подошла к нему.

— Я принесла твои таблетки, тебе тень приносила еду?