Неделю назад была у тётки в деревне, есть там старичок-боровичок такой себе. Живёт он нелюдимо, и охотно откажется от любого общения, найдя 1 000 000 причин. Из моих слов можно было подумать, что дедушка и нос всем прищемит, кто зайти захочет, но это не так, просто при любой возможности постарается дать понять гостю, что ему пора, учтиво, но довольно понятным языком. Начну с предыстории, без неё никак…
5 мин, 30 сек 8221
Живёт он в этой деревне с незапамятных времён, как говорится «старейший из старейшин племени». Жил он с женой, которая в 2002 скончалась (помню т. к. в этом же году умер мой дедушка пару месяцев спустя, царство им небесное). Почему он так жил никто не знал, но, когда видел кого в окно поздно вечером на улице, кричал: «Уходите с улицы, коли жизнь дорога!». Многие считают его из-за такого странным старичком с причудами, если бы не одна особенность. Жители деревушки, которые были уже в возрасте, говорили, что лет 40 назад каждый месяц из деревни пропадали крупные животные, а дед Василий, был последним в списке «злодея». С тех пор с дому он не особо любил выходить и за продуктами просил сходить соседей, идти ему в магазин через всю деревню, так что часов в 12 дня проходил по ближайшим соседям, кого застанет дома, тех вежливо попросит взять продукты по списку, отдаёт деньги и, быстренько оглядываясь, уходит домой. Частенько и моя тётка оказывается человеком, которого он просит о помощи с покупками. Собиралась она в этот день тоже отнести продукты, какие он просил ему купить, я попросила её отправить меня, уж очень хотелось мне посмотреть на загадочную избушку дедушки, в которой дальше порога никто никогда не был. И вот, что оказалось приметно сразу, как зашла: над дверями висел образ «семистрельницы», а напротив дверей стоял столик с иконами и лампадкой, в комнатушке можно было увидеть деревянный крест, но что самое интересное, так то, что зеркало в доме, которое можно было заметить, было завешено, как если бы умерший был в комнате. Я не сдержалась и завела разговор, естественно, после «Здрасте, вот продукты» ну и т. д.:
— А почему зеркало завешено?
— А любопытной Варваре, деточка, нос на базаре оторвали.
— Да, слышала, печальная история. Но мы, к счастью, не на базаре. Дедушка Василий, ну расскажите, да и деревня уже изволновалась вся за вас, истосковались. В гости зовут — не приходите, сами приходят — не пускаете. Да и… — Домой тебе пора, небось, волноваться будут, ведь.
— Василий Игнатьевич, а вот пока не расскажете, не уйду!
— Э-как… упертая какая.
— Упертая не упертая, но о вас вон как беспокоятся все! Чай будете с плюшками?
— А плюшек у меня нет.
— Зато у меня есть.
— Эх-эх… видимо, пока не расскажу, не уйдешь.
— Вы же сами всех по вечерам предупреждаете не просто же так?
— Что есть, то есть.
— Ну, вот и расскажите, а то ведь люди уже, Бог знает, что думают. Живёте сами, ни с кем не общаетесь почти, по вечерам иногда кричите, что опасно. Со стороны наверняка догадываетесь, как выглядит.
— Ладно, может и права. Заваривай чай.
Спустя минут 20 уже сидели на кухне у старичка. Он отпил из большой кружки ромашковый чай и начал рассказ:
«Было это году в 71-м, если память моя не изменяет мне. Весна тогда началась, вовремя, вот только не так, как обычно. Пару раз в месяц начали по деревне куда-то деваться крупные животные, то коза исчезнет, то корова, а то и бычок. Что удивляло, так это то, что животные молчали: ни шума, ни гвалта, а собаки прятались по будкам и нос не высовывали пару дней после таких» пропаж«.»
После пары месяцев решили мужики собраться да в бор берёзовый идти, прочесывать, а там, если не найдут, то и до леса пойти (от бора около 5 км до леса). Естественно, не за один день это всё, ну вооружились, кто, что дома имел и пошли. Было нас мужиков 16, шли группками по 3-4. Моя группа ничего не нашла, а вот Федотыч рассказал, что нашли они с мужиками останки животных рядом с рекой, вонь стояла невыносимая, мух рой, все останки в одном месте, кости разгрызены, сами разодраны и так им жутко стало, ушли оттуда, решили мы все вместе идти туда по утру, а затем к лесу.
Ночью пропало из деревни сразу 4 коровы, чего не было ни разу до этого, придя на место, оказалось, что там ещё и пропавшие коровы не в лучшем состоянии, будто бы их что-то рвало. Троим мужикам тогда стало плохо, оставили мы их вниз по течению ждать нас, а, если к ночи не вернемся, то на помощь искать и самим не соваться. Исходили лес тогда мы хорошо, но уже не делились, шли на расстоянии друг от друга, но так, чтобы видно было друг друга. Когда начало смеркаться услышали треск веток и такой грузный, рычащий свист, какой то, ну мы и давать дёру тогда, а треск усиливался. Вспомнили про ружье уже у реки, начали палить, сами не знали куда, но всё затихло. В общем, выбежали мы на тех троих сразу и все драпанули к деревне.
— А почему зеркало завешено?
— А любопытной Варваре, деточка, нос на базаре оторвали.
— Да, слышала, печальная история. Но мы, к счастью, не на базаре. Дедушка Василий, ну расскажите, да и деревня уже изволновалась вся за вас, истосковались. В гости зовут — не приходите, сами приходят — не пускаете. Да и… — Домой тебе пора, небось, волноваться будут, ведь.
— Василий Игнатьевич, а вот пока не расскажете, не уйду!
— Э-как… упертая какая.
— Упертая не упертая, но о вас вон как беспокоятся все! Чай будете с плюшками?
— А плюшек у меня нет.
— Зато у меня есть.
— Эх-эх… видимо, пока не расскажу, не уйдешь.
— Вы же сами всех по вечерам предупреждаете не просто же так?
— Что есть, то есть.
— Ну, вот и расскажите, а то ведь люди уже, Бог знает, что думают. Живёте сами, ни с кем не общаетесь почти, по вечерам иногда кричите, что опасно. Со стороны наверняка догадываетесь, как выглядит.
— Ладно, может и права. Заваривай чай.
Спустя минут 20 уже сидели на кухне у старичка. Он отпил из большой кружки ромашковый чай и начал рассказ:
«Было это году в 71-м, если память моя не изменяет мне. Весна тогда началась, вовремя, вот только не так, как обычно. Пару раз в месяц начали по деревне куда-то деваться крупные животные, то коза исчезнет, то корова, а то и бычок. Что удивляло, так это то, что животные молчали: ни шума, ни гвалта, а собаки прятались по будкам и нос не высовывали пару дней после таких» пропаж«.»
После пары месяцев решили мужики собраться да в бор берёзовый идти, прочесывать, а там, если не найдут, то и до леса пойти (от бора около 5 км до леса). Естественно, не за один день это всё, ну вооружились, кто, что дома имел и пошли. Было нас мужиков 16, шли группками по 3-4. Моя группа ничего не нашла, а вот Федотыч рассказал, что нашли они с мужиками останки животных рядом с рекой, вонь стояла невыносимая, мух рой, все останки в одном месте, кости разгрызены, сами разодраны и так им жутко стало, ушли оттуда, решили мы все вместе идти туда по утру, а затем к лесу.
Ночью пропало из деревни сразу 4 коровы, чего не было ни разу до этого, придя на место, оказалось, что там ещё и пропавшие коровы не в лучшем состоянии, будто бы их что-то рвало. Троим мужикам тогда стало плохо, оставили мы их вниз по течению ждать нас, а, если к ночи не вернемся, то на помощь искать и самим не соваться. Исходили лес тогда мы хорошо, но уже не делились, шли на расстоянии друг от друга, но так, чтобы видно было друг друга. Когда начало смеркаться услышали треск веток и такой грузный, рычащий свист, какой то, ну мы и давать дёру тогда, а треск усиливался. Вспомнили про ружье уже у реки, начали палить, сами не знали куда, но всё затихло. В общем, выбежали мы на тех троих сразу и все драпанули к деревне.
Страница 1 из 2
