Фандом: Overwatch. А ведь когда-то Гейб считал, что научился не думать о себе, как об омеге, как об изначально бесправном существе, величайшее счастье в жизни которого — это поклонение альфе как святыне. Ему даже казалось, что все обойдется, но потом появился Джек и…
270 мин, 22 сек 15512
Его взгляд можно почувствовать, и он крайне неприятен, и Гейбу хочется выстрелить, но тогда его люди могут начать паниковать. Да и дым уже исчез, а стрелять в стены глупо. Заряды не бесконечные, что их ждет впереди — неизвестно.
Свет включается внезапно. Загораются потолочные лампы, внизу, под зданием наверное, что-то натужно гудит, сзади тарахтит заработавший холодильник.
Визор переключается в другой режим, не дожидаясь команды.
Гейб посылает вслед за дымом дрон. За поворотом тоже пусто и тихо. И дыма нет, хотя тот мог спокойно просочиться в какую-нибудь вентиляционную шахту и там затаиться.
Дальше.
По лестнице вниз, к очередной двери.
Она тоже открыта — Гейб ожидает увидеть горы трупов и реки крови, но нет, там — слава богу, наконец-то — местные работники и наемники. Живые.
И дым, тот самый. Наверное.
Он висит в центре небольшого зала — потолок над ним в следах от пуль и пятнах копоти.
Он не двигается с места, но колышется, перетекает сам в себя, в его глубине мелькают вспышки алого.
Первое желание — разрядить в это нечто оба дробовика — Гейб подавляет с трудом. Ясно же, что стрелять бесполезно, но вот как с дымом бороться?
Мелькает иррациональная мысль притащить пылесос, но Гейб отбрасывает ее и осторожно входит в помещение.
Люди «Когтя» жмутся по стенам, в помещении непередаваемо омерзительный запах крови и пота. Запах страха. Гейбу тоже страшно, что уж тут. Но не настолько, чтобы бежать.
Дым не нападает, противники молчат и таращатся на агентов и Гейба как на последнюю надежду.
Очаровательная ситуация, но дальше-то что?
Дым — наверное, это все же живое существо — делает что-то, и Гейб осознает, что оно смотрит ему в лицо. Разглядывает внимательно и жадно и, кажется, вот-вот укусит.
Гейб медленно поднимает дробовики повыше, готовясь умереть. Он точно знает, что может хоть обстреляться, но толку с этого будет ноль.
Где-то рядом лежит в коме Джек.
Гейб видел, что Дым творил с людьми, последствия этого, точнее, но и их достаточно.
Нет, конечно, может быть, это не Дым украшал коридоры кровью и кишками, но никаких других претендентов на эту славную роль вокруг не наблюдается.
И Гейб понимает, что шансов выжить нет, вообще нет.
И ни у кого в этом зале.
Надо бы отдать приказ об эвакуации, кто-то из Overwatch может успеть сбежать, но от ужаса язык примерзает к небу, омерзительно дрожат ноги, и по спине течет ледяной пот.
«Беги!» — визжит подсознание.
Где-то рядом Джек, и бежать Гейб не имеет права.
Дым стекает к нему, ерошит волосы, гладит лоб и щеки, вроде бы не причиняя вреда, но, может, это оно так пробует еду: а не надо ли посолить.
Гейб отступает на полшага назад, Дым тянется следом и шарахается под потолок, когда Гейб не выдерживает и все-таки стреляет в воздух. Всего один раз, но Дыму почему-то хватает.
Он съеживается, дрожит, как желе, поднимается все выше и убегает — именно так это и выглядит, — проносится над головой Гейба в коридор, по лестнице вниз, пока не исчезает из виду.
Страх проходит, как будто его выключили.
— Твою мать, что это было? — тихо спрашивает кто-то из агентов.
Гейба тянет истерически заржать, но вместо этого он опускает оружие и улыбается сразу всем:
— Доброе утро, дамы и господа. Не скажу, что я рад вас видеть, как и вы меня, но что поделаешь, иногда жизнь не оставляет нам выбора.
Ему никто не отвечает, зато в наушнике хмыкает Ана:
— Что там у вас?
— У нас тут весело. Спускайся и посмотри, и приведи с собой людей: еще агентов, техников, парочку врачей. Только осторожнее по дороге, там все грустно.
Штурм закончился, толком не начавшись, кто-то сделал за них всю работу, и Гейб почему-то вдруг понимает, что им не причинят вреда.
Как будто ему это пообещали, да к тому же и выдали документ с кучей печатей.
Это глупо, очень и очень глупо, но Джек в коме где-то рядом, а со всем остальным можно будет разобраться позже.
Джек где-то совсем близко, но где?
Можно спросить, но Гейб предпочитает отправиться на поиски, оставив часть отряда охранять очкастых и взяв остальных с собой.
Это крайне непрофессионально, надо дождаться Ану, проверить соседние помещения, но… Джек. Гейба тащит вперед, к нему, в конце концов, он тут не из-за чужих тайн, а из-за Джека, и плевать на все остальное.
Скорее всего именно поэтому омег с меткой выгоняют из армии. Лично Гейбу сейчас наплевать на весь белый свет, кроме Джека, и он идет к нему, как на казнь после пыток.
Ощущения наверняка похожие. Обреченное ожидание конца и радость от того, что все вот-вот останется позади, нужно только чуть-чуть перетерпеть.
Где-то тут еще есть Дым, но он куда-то делся, да и с проблемами нужно разбираться по мере их появления.
Наверное, глупость передается половым путем. До встречи с Джеком Гейбу и в голову не пришло бы лезть туда, где прячется неизвестный монстр.
Свет включается внезапно. Загораются потолочные лампы, внизу, под зданием наверное, что-то натужно гудит, сзади тарахтит заработавший холодильник.
Визор переключается в другой режим, не дожидаясь команды.
Гейб посылает вслед за дымом дрон. За поворотом тоже пусто и тихо. И дыма нет, хотя тот мог спокойно просочиться в какую-нибудь вентиляционную шахту и там затаиться.
Дальше.
По лестнице вниз, к очередной двери.
Она тоже открыта — Гейб ожидает увидеть горы трупов и реки крови, но нет, там — слава богу, наконец-то — местные работники и наемники. Живые.
И дым, тот самый. Наверное.
Он висит в центре небольшого зала — потолок над ним в следах от пуль и пятнах копоти.
Он не двигается с места, но колышется, перетекает сам в себя, в его глубине мелькают вспышки алого.
Первое желание — разрядить в это нечто оба дробовика — Гейб подавляет с трудом. Ясно же, что стрелять бесполезно, но вот как с дымом бороться?
Мелькает иррациональная мысль притащить пылесос, но Гейб отбрасывает ее и осторожно входит в помещение.
Люди «Когтя» жмутся по стенам, в помещении непередаваемо омерзительный запах крови и пота. Запах страха. Гейбу тоже страшно, что уж тут. Но не настолько, чтобы бежать.
Дым не нападает, противники молчат и таращатся на агентов и Гейба как на последнюю надежду.
Очаровательная ситуация, но дальше-то что?
Дым — наверное, это все же живое существо — делает что-то, и Гейб осознает, что оно смотрит ему в лицо. Разглядывает внимательно и жадно и, кажется, вот-вот укусит.
Гейб медленно поднимает дробовики повыше, готовясь умереть. Он точно знает, что может хоть обстреляться, но толку с этого будет ноль.
Где-то рядом лежит в коме Джек.
Гейб видел, что Дым творил с людьми, последствия этого, точнее, но и их достаточно.
Нет, конечно, может быть, это не Дым украшал коридоры кровью и кишками, но никаких других претендентов на эту славную роль вокруг не наблюдается.
И Гейб понимает, что шансов выжить нет, вообще нет.
И ни у кого в этом зале.
Надо бы отдать приказ об эвакуации, кто-то из Overwatch может успеть сбежать, но от ужаса язык примерзает к небу, омерзительно дрожат ноги, и по спине течет ледяной пот.
«Беги!» — визжит подсознание.
Где-то рядом Джек, и бежать Гейб не имеет права.
Дым стекает к нему, ерошит волосы, гладит лоб и щеки, вроде бы не причиняя вреда, но, может, это оно так пробует еду: а не надо ли посолить.
Гейб отступает на полшага назад, Дым тянется следом и шарахается под потолок, когда Гейб не выдерживает и все-таки стреляет в воздух. Всего один раз, но Дыму почему-то хватает.
Он съеживается, дрожит, как желе, поднимается все выше и убегает — именно так это и выглядит, — проносится над головой Гейба в коридор, по лестнице вниз, пока не исчезает из виду.
Страх проходит, как будто его выключили.
— Твою мать, что это было? — тихо спрашивает кто-то из агентов.
Гейба тянет истерически заржать, но вместо этого он опускает оружие и улыбается сразу всем:
— Доброе утро, дамы и господа. Не скажу, что я рад вас видеть, как и вы меня, но что поделаешь, иногда жизнь не оставляет нам выбора.
Ему никто не отвечает, зато в наушнике хмыкает Ана:
— Что там у вас?
— У нас тут весело. Спускайся и посмотри, и приведи с собой людей: еще агентов, техников, парочку врачей. Только осторожнее по дороге, там все грустно.
Штурм закончился, толком не начавшись, кто-то сделал за них всю работу, и Гейб почему-то вдруг понимает, что им не причинят вреда.
Как будто ему это пообещали, да к тому же и выдали документ с кучей печатей.
Это глупо, очень и очень глупо, но Джек в коме где-то рядом, а со всем остальным можно будет разобраться позже.
Джек где-то совсем близко, но где?
Можно спросить, но Гейб предпочитает отправиться на поиски, оставив часть отряда охранять очкастых и взяв остальных с собой.
Это крайне непрофессионально, надо дождаться Ану, проверить соседние помещения, но… Джек. Гейба тащит вперед, к нему, в конце концов, он тут не из-за чужих тайн, а из-за Джека, и плевать на все остальное.
Скорее всего именно поэтому омег с меткой выгоняют из армии. Лично Гейбу сейчас наплевать на весь белый свет, кроме Джека, и он идет к нему, как на казнь после пыток.
Ощущения наверняка похожие. Обреченное ожидание конца и радость от того, что все вот-вот останется позади, нужно только чуть-чуть перетерпеть.
Где-то тут еще есть Дым, но он куда-то делся, да и с проблемами нужно разбираться по мере их появления.
Наверное, глупость передается половым путем. До встречи с Джеком Гейбу и в голову не пришло бы лезть туда, где прячется неизвестный монстр.
Страница 58 из 70
