«В крутом склоне обрывистого берега реки Вори у деревни Авдотъино чернеет небольшой лаз. Фонари выхватывают из тьмы изъеденный временем свод, вглубь уходит прямая галерея. Стены ее выложены кирпичом. В двух местах полукруглые арки обозначают боковые ответвления. Свод необычайно странен — не носит следов обработки. Будто бы в естественной пещере облицевали кирпичами стены. В конце хода, справа, находится несколько небольших гротов. Видны следы обвалов. В результате обследования установлено, что эта естественная пещера образовалась в песчаниках и является единственной в своем роде в Подмосковье». Так пишет московский краевед И. Кафаров.
Николаевская Берлюкская пустынь возникла на малонаселенном берегу Вори около 1606 года. Именно сюда после разорения поляками Успенского Пречистенского девичьего монастыря пришли старец Варлаам и с ним две старицы: Евдокия и Ульяна. Варлаам соорудил деревянную часовню и поместил в нее принесенную старицами древнюю икону Святителя Николая. Позднее, в первые годы воцарения на московском престоле Михаила Алексеевича, в монастыре вместо часовни был возведен каменный храм. Монахини ежедневно возносили свои молитвы к небу и не подозревали, что невольно служили защитой удалому разбойнику Берлюку.
На протяжении многих лет высылаемые из Москвы отряды стрельцов пытались поймать лихого разбойника, но каждый раз он ускользал у них буквально из-под носа. В легендах неизменная удача разбойника приписывалась чарам колдуна, которому он отдавал часть своей добычи. И только в начале 90-х годов прошлого века неуловимость Берлюка получила свое весьма прозаичное объяснение.
Под пустынью и в ее окрестностях была обнаружена разветвленная сеть подземных галерей. В них-то и нашел надежное укрытие от стрельцов удалой разбойник. Но однажды удача изменила Берлюку. Его схватили, отправили в Москву и заточили в темницу. Разбойник был смелым человеком, но, похоже, плохо разбирался в людях. В тюрьме за какой-то незначительный проступок находился молодой парень. В легенде его называют калачником. Он смог легко обхитрить разбойника, пообещав устроить ему побег в обмен на сокровища, зарытые в пещере.
Как только калачника освободили, он вместе со своими братьями выкопал клад и исчез. Второпях кладоискатели обронили на пол пещеры множество мелких монет. Их в конце концов обнаружили местные жители, догадавшиеся, хотя и слишком поздно, какие сокровища были зарыты в их земле. Бежать Берлюку не удалось, и он поплатился жизнью за свои злодеяния.
Полуразрушенные ходы, обнаруженные на берегу Вори, вероятно, строились в несколько этапов. Кроме естественных пещер, в которых скрывался разбойник Бер-люк, создание значительной части галерей приписываются в более позднее время старцу Макаршо. В 1828 году он поступил в Берлюкскую пустынь, и в часы, свободные от богослужений, копал пещеру в горе. Почва была железистая, твердая. Землю старец выносил на руках, не имея необходимых для этого орудий или приспособлений. Внутри пещеры он вырыл колодец. Во время настоятельства отца Иосифа, примерно в 1865-1869 годах, пещерные ходы были расширены и наверху выстроена каменная церковь во имя Иоанна Предтечи.
К сожалению, эти ходы исследовали пока только искатели подземных загадок подмосковных монастырей, а не ученые-археологи. Поэтому нельзя определить, в каких галереях укрывался от стрельцов удалой разбойник Бер-люк, а какие позднее построили монахи для своих нужд.