Ночью, когда на небе видна полная луна, вся Параллель слышит его одинокий вой. В нем слышится желание увидеть ее кровь и замерзающие слезы, почувствовать ее страх и страдания, услышать ее крики ужаса и боли, последние слова и вздох, избавить все ее хрупкое тельце от жизненного тепла и насладиться ее медленной, холодной смертью. Это вой того, кто каждую секунду мечтает отомстить, и готов на все, ради свершения своей мести…
405 мин, 45 сек 20329
— А ты не перегнула? Как-то это слишком, можно же просто попросить. — Трендер уже давно привык к ее трюкам, она же и в нашем подвале запирала понравившихся ей людей…
— Я все сделаю! Только не убивайте, прошу!— истошно прокричала девушка.
— Вот так намного лучше. — довольным и жутким голосом протянула Алина. Черные нити на правой руке опять сковали ее, нити левой руки нежно обвили Кирилла. Она пошагала с ними из гостиной. Кирилла она держала в воздухе, девушку тащила по полу.
Кирилл:
Она еще и притащила человека в наш дворец. Так сильно переживаешь за меня? Не думаю, что в таком состоянии она способна на что-то. Алина принесла нас в мою комнату. Меня положила на кровать, девушку бросила у окна. Закрыв дверь, она опять пропала.
— Вы… вы… кто?— дрожал ее голосок.
— Лучше тебе не знать. Меня Кирилл зовут. — спокойно представился я ей… я же культурный по жизни.
— Виктория… — она поднялась, немного пошатываясь.
— А… почему ты весь израненный? Они тебя в плену тут держат?-
— Нет. Я тут живу, про раны долгая история. — с горем пополам переворачиваюсь на бок, стона от боли по всему телу.
— И как ты живешь среди эти… чудовищ?— Виктория снова задрожала.
— Не называй их так. Их поколение принадлежит моему. — я немного погрубел, терпеть не могу, когда их так называют… На себя бы лучше посмотрели. Мы, по сравнению с вами, ангелы… Теперь я понял, почему каждый хранитель питается человеком… По середине комнаты появилась Алина с большой аптечкой в руке. Она кидает ее под ноги Виктории.
— Поймешь, что делать, врач все-таки. Кирилл, если она нападет на тебя, кричи, я сразу все пойму. — и она покинула комнату.
— Ну что же, хочешь жить, лечи меня. Алина жестоко карает за неповиновение. — Виктория тут же принялась рыться в аптечке и класть на пол нужные препараты, мази, бинты и прочее.
— Тебя же сильно побили, так? Все еще больно, значит надо ввести обезболивающее. — она набрала в шприц лекарство. Я снял с себя плащ и перчатки… майка вся в дырках и пятнах крови…
— Прости, но майку надо снять… — Виктория немного стеснялась. Я послушался ее и снял майку. Она сняла с меня ботинки, а потом вколола обезболивающее в руку. Затем взяла спирт с ватой и продезинфицировала раны, ушибы и ссадины на моем теле, я немного шипел от боли, но она дула на раны… Зачем ты ее сюда притащила? Аня могла бы сделать тоже самое и намного лучше… Я не понимаю ход твоих мыслей, огненное создание.
— А эти узоры… Это татуировки?— поинтересовалась Виктория, складывая шприц с ватой и спиртом в аптечку.
— Нет. Тоже долгая история. — не хотелось детально про себя рассказывать простому и незнакомому человеку.
— Какой же ты загадочный парень. — она улыбнулась. Виктория довольно красивая девушка. Прямые, золотистые волосы, голубые глаза, стройненькая и хрупкая, кожа светленькая, почти бледная. Но я с людьми не общаюсь. Только с сестрой, но и она теперь уже не человек. Виктория нанесла мазь на раны, а потом перебинтовала их. Пол торса, запястье левой руки и плечо правой, были тщательно забинтованы. Препарат начал действовать и боль отходила. Я уже спокойно растянулся на своей кровати и хорошо себя чувствовал.
— Ну… вроде все… Вы отпустите меня?— с большой надеждой в голосе спросила она.
— Нет. Ты не должна возвращаться в человеческий мир. Побывав в нашем, параллельном, будешь жить вечно, но и убивать тебя как-то не правильно. — и оставлять ее тут тоже не вариант, не хочу чужих в доме. Да и пока она ко всем и всему тут привыкнет, век пройдет… Стоп, я кажется придумал… Осмотревшись, замечаю свою большую чашу с золотистыми узорами и красными камнями. Она стояла на тумбочке рядом с кроватью.
— То есть? Я тут останусь навсегда?— она заплакала и отвернулась к огромному окну. Сил во мне нет… Мне нужно это и ты мне поможешь, заодно не будешь путаться под ногами. Тут ни как в типичных романах, я ни капельки не влюбился в нее. Я вообще не вижу смысла в любви, если живешь вечно и враг будет знать, где слабое место. И она не в моем вкусе, у меня его просто нету. У меня была любимая девушка, тогда, давно. Я еще помню, как потухли ее карие глаза, когда я перерезал ее горло, а потом жадно пил вкусную кровь… Встаю с кровати, беру чашу и особенный предмет из-под подушки, который так долго там хранился, прячу за спину. Подхожу к Виктории и протягиваю одной рукой чашу.
— Что это?— озадаченно глядела она на чашу.
— Ты поможешь мне кое в чем?-
— В чем именно?-
— Просто ответь… -
— Да… -
— Я все сделаю! Только не убивайте, прошу!— истошно прокричала девушка.
— Вот так намного лучше. — довольным и жутким голосом протянула Алина. Черные нити на правой руке опять сковали ее, нити левой руки нежно обвили Кирилла. Она пошагала с ними из гостиной. Кирилла она держала в воздухе, девушку тащила по полу.
Кирилл:
Она еще и притащила человека в наш дворец. Так сильно переживаешь за меня? Не думаю, что в таком состоянии она способна на что-то. Алина принесла нас в мою комнату. Меня положила на кровать, девушку бросила у окна. Закрыв дверь, она опять пропала.
— Вы… вы… кто?— дрожал ее голосок.
— Лучше тебе не знать. Меня Кирилл зовут. — спокойно представился я ей… я же культурный по жизни.
— Виктория… — она поднялась, немного пошатываясь.
— А… почему ты весь израненный? Они тебя в плену тут держат?-
— Нет. Я тут живу, про раны долгая история. — с горем пополам переворачиваюсь на бок, стона от боли по всему телу.
— И как ты живешь среди эти… чудовищ?— Виктория снова задрожала.
— Не называй их так. Их поколение принадлежит моему. — я немного погрубел, терпеть не могу, когда их так называют… На себя бы лучше посмотрели. Мы, по сравнению с вами, ангелы… Теперь я понял, почему каждый хранитель питается человеком… По середине комнаты появилась Алина с большой аптечкой в руке. Она кидает ее под ноги Виктории.
— Поймешь, что делать, врач все-таки. Кирилл, если она нападет на тебя, кричи, я сразу все пойму. — и она покинула комнату.
— Ну что же, хочешь жить, лечи меня. Алина жестоко карает за неповиновение. — Виктория тут же принялась рыться в аптечке и класть на пол нужные препараты, мази, бинты и прочее.
— Тебя же сильно побили, так? Все еще больно, значит надо ввести обезболивающее. — она набрала в шприц лекарство. Я снял с себя плащ и перчатки… майка вся в дырках и пятнах крови…
— Прости, но майку надо снять… — Виктория немного стеснялась. Я послушался ее и снял майку. Она сняла с меня ботинки, а потом вколола обезболивающее в руку. Затем взяла спирт с ватой и продезинфицировала раны, ушибы и ссадины на моем теле, я немного шипел от боли, но она дула на раны… Зачем ты ее сюда притащила? Аня могла бы сделать тоже самое и намного лучше… Я не понимаю ход твоих мыслей, огненное создание.
— А эти узоры… Это татуировки?— поинтересовалась Виктория, складывая шприц с ватой и спиртом в аптечку.
— Нет. Тоже долгая история. — не хотелось детально про себя рассказывать простому и незнакомому человеку.
— Какой же ты загадочный парень. — она улыбнулась. Виктория довольно красивая девушка. Прямые, золотистые волосы, голубые глаза, стройненькая и хрупкая, кожа светленькая, почти бледная. Но я с людьми не общаюсь. Только с сестрой, но и она теперь уже не человек. Виктория нанесла мазь на раны, а потом перебинтовала их. Пол торса, запястье левой руки и плечо правой, были тщательно забинтованы. Препарат начал действовать и боль отходила. Я уже спокойно растянулся на своей кровати и хорошо себя чувствовал.
— Ну… вроде все… Вы отпустите меня?— с большой надеждой в голосе спросила она.
— Нет. Ты не должна возвращаться в человеческий мир. Побывав в нашем, параллельном, будешь жить вечно, но и убивать тебя как-то не правильно. — и оставлять ее тут тоже не вариант, не хочу чужих в доме. Да и пока она ко всем и всему тут привыкнет, век пройдет… Стоп, я кажется придумал… Осмотревшись, замечаю свою большую чашу с золотистыми узорами и красными камнями. Она стояла на тумбочке рядом с кроватью.
— То есть? Я тут останусь навсегда?— она заплакала и отвернулась к огромному окну. Сил во мне нет… Мне нужно это и ты мне поможешь, заодно не будешь путаться под ногами. Тут ни как в типичных романах, я ни капельки не влюбился в нее. Я вообще не вижу смысла в любви, если живешь вечно и враг будет знать, где слабое место. И она не в моем вкусе, у меня его просто нету. У меня была любимая девушка, тогда, давно. Я еще помню, как потухли ее карие глаза, когда я перерезал ее горло, а потом жадно пил вкусную кровь… Встаю с кровати, беру чашу и особенный предмет из-под подушки, который так долго там хранился, прячу за спину. Подхожу к Виктории и протягиваю одной рукой чашу.
— Что это?— озадаченно глядела она на чашу.
— Ты поможешь мне кое в чем?-
— В чем именно?-
— Просто ответь… -
— Да… -
Страница 32 из 108
