Режущий лед

— Вовсе нет! Всегда мечтал набить тебе морду!— я тут же словил удар в живот и режущую боль, ведь она применила свои когти. Кровь потекла по телу и окрасила рубашку с темно-алый. Выпускаю свои когти и ударяю ее по лицу. Она попятилась от меня, закрывая ладонью четыре кровоточащих пореза на щеке.

— Ублюдок!— прокричала она, а затем зашипела на меня.

— Ты та еще мразь. — я оскалил клыки и терпя боль, подбегаю к ней и вгрызаюсь в плечо. Виола дико заорала и сильно оттолкнула меня. Выплевываю кусок мяса, который пахнет сырой рыбой. Она побежала на меня и сбила с ног. Виола навалилась на меня и треснула кулаком по лицу, разбив верхнюю губу. Еще один удар, в этот раз острыми когтями. Кровь попала в рот и глаза.

— Хозяин!— стонала Анна. Я ужасно разозлился, скинул Виолу с себя и вонзил когти в ее талию. Поднимаю ее на несколько метров, не убирая когти из плоти. Она орала и вцепилась в мои запястья. Кровь текла на пол и окрашивала одежду.

— Выбирай! Убить меня или спасти жалкую игрушку!— после ее дикого крика, Анна протяжно закричала, а затем ее резко утащило под воду.

— Анна!— истошно закричал я. Кидаю эту тварь на пол, перепрыгиваю через диван и ныряю в бездонную лужу. В ушах сплошная тишина. Я изо всех сих плыву за ней с протянутыми руками. Она быстро тонула и дрыгала ногами. Открытый рот пытался найти воздуха. Одной рукой она держалась за горло, другую тянула ко мне. Волосы закрывали напуганное до жути личико и расширенные глаза, похожих на два темных изумруда. Ее утаскивало что-то невидимое, словно сама вода. Сильнее машу ногами и приближаюсь к ней. Я не дам убить ее! Анна перестала дергаться и расслабилась. Глазки медленно закрылись, ее перестало утаскивать и бездыханное тельце тонуло с протянутыми руками и ногами, прогнувшись назад. В моих легких еще остался воздух и хватит, чтобы выплыть обратно. Подплываю к ней, хватаю за запястье и притягиваю к себе. Подхватив ее и прижав к груди, плыву на поверхность при помощи ног и свободной руки. Воздух кончался, но я терпел. Сердце заболело и требовало кислорода. Выплываю вместе с Анной и начинаю жадно глотать воздух. Я до нитки промок, а она все так же не дышала. Кладу ее на пол, подальше от лужи и иду к Виоле, которая лежала и истекала кровью.

— Убирайся прочь! Пока я тебя не разорвал на части!— яростно ору на нее. Вода смыла с тела кровь и стекала с одежды, и волос.

— Значит девчонка тебе важнее, чем старый друг! Тогда ты теперь мой вечный враг! До встречи, я еще вернусь!— Виола превратилась в темно-бирюзовую воду, растеклась по полу и исчезла. Лужа и вся вода исчезла вместе с ней. Подбегаю к Анне и падаю рядом с ней на колени. Она не дышала. Складываю руки на ее груди и делаю массаж сердца.

— Давай же. Живи! Ты не должна вот так просто поломаться. — из ее рта вырвалось немного воды. Она распахнула глаза, вздохнула полной грудью, а затем закашляла. Большие глаза осмотрели все вокруг, а потом перешли на меня. Губки задрожали и криво улыбнулись.

— Хозяин… — она вцепилась в меня и заплакала. Я не ожидал от нее такого и медленно приобнял.

— Спасибо… спасибо, что спас меня… — сквозь всхлипы и нытье выговаривала она, и крепче прижималась ко мне, дрожа от страха, и от холода. Я полностью шокирован происходящим сейчас.

— Все хорошо. Я никому не позволю тебя сломать, ведь ты только моя игрушка. — пытаюсь ее успокоить и глажу по голове. Она крепко сжимала в кулаках мокрую рубашку и ревела, уткнувшись в мою грудь.

— Ну все, перестань реветь. Лучше принеси полотенца из ванны. — беру ее за плечи и убираю от себя.

— Ты ранен… — прошептала она, смотря на порезы на лице.

— И что? Я не ты, переживу. — отмахнулся я и поднялся на ноги. Анна встала и побежала в свою комнату. Эдакая ты тварь, Виола. Так нагло решаешь судьбу моей вещи без согласия самого хозяина. Я весь мокрый сел на диван и тут же зашипел от боли в животе. Расстегнув жилетку с рубашкой, я рассмотрел рану. Неглубокий порез, из которого торчало пару темно-синих чешуек. Морская сучка! Прибежала Анна с полотенцами и белой, пластиковой коробкой. Она сменила костюм горничной, на свое платье, которое обновилось на ее теле. Поставив коробку на столик, Анна открыла ее и достала оттуда флакон спирта, вату и бинты.

— Откуда это у тебя, Вещь?— спрашиваю у нее, а затем не сдерживаю протяжный вздох боли. Кровь снова потекла из раны.

— Не важно, а сейчас потерпи немного. — она намочила вату спиртом и подошла ко мне. Тонкие пальчики по очереди и с большой осторожностью начали вытаскивать чешуйки из раны. Стискиваю клыки и зажмуриваю глаза. Дальше она аккуратно протирала рану ватой и дула на нее. Анна перебинтовала мой живот, взяла новый кусок ваты, намочила его спиртом и принялась вытирать следы крови с лица и дезинфицировать порезы на щеке с разбитой губой. Сильно щипало, но ее теплое дыхание немного облегчало боль. Закончив, она убрала все в аптечку и обернула меня большим полотенцем.

— А почему ты решил меня спасти?— она взяла другое полотенце и встав за спинкой дивана, вытирала мои волосы.