Рики Макарони и Вестники Ниоткуда

МакГонагол, не дожидаясь приглашения, опустилась в старое кресло возле камина, где обычно сидела мама. Причем предварительно она согнала оттуда двух арабеллиных любимиц. Те подчинились, но зафыркали на нее и не ушли далеко. МакГонагол поставила коробку на столик.

Рики подметил это не без злорадства. Он не испытывал особой любви к Минерве МакГонагол, и теперь, видя, что кошки относятся к ней так же, не мог не вспомнить, что при всех ее несомненных достоинствах, животные редко ошибаются.

— Странно, — сказал, появляясь в дверях с подносом в руках, Пит. — Обычно они ласковые.

МакГонагол усмехнулась.

— Я знаю, о чем вы подумали. Обычно, действительно, животные чуют плохого человека. Но в моем случае они чуют нечто другое. Лучше поставьте это, юноша.

— Это мой брат Питер, — представил Рики. — Профессор МакГонагол, преподаватель трансфигурации.

— Я слышал о Вас, мэм, — кивнул Пит, присаживаясь на диван.

— Вот как? — равнодушно уточнила МакГонагол. — Предпочитаю не знать. Представляю, как преподавателям достается от учеников. Никогда не угодишь.

— Вовсе нет, — возразил брат. Он не догадывался, что ведьма не привыкла к подобной демократии. — Ричард говорил о Вашем предмете. Мы считаем, что некоторые превращения жестоки.

— Некоторые — возможно, — кивнула профессор, но Рики видел, что она раздражена. — Однако все эти дурацкие нежности — с вегетарианством, например, да, у магов такие чудаки тоже есть, — сущий вздор, если хотите знать мое мнение. Ну а теперь ответьте, как по-вашему, внутривидовая конкуренция — это нормально?

— Вполне, — кивнул Пит, — а как иначе?

Прежде чем он успел договорить, на месте профессора МакГонагол восседала полосатая кошка с «очками» вокруг глаз. Другие кошки зашипели и двинулись к ней. Хлопок — и в кресле вновь оказалась профессор магической школы. Кошки разочарованно подались назад. Глянув на до крайности изумленного Пита, МакГонагол аж засветилась торжеством.

— Конечно, кошка не захочет уступать другой кошке свое место без боя, — сказал Рики и нагнулся погладить одну из питомиц. Так он скрыл свое смущение, потому что понятия не имел, что МакГонагол так умеет.

— Простите, но они распознают эмоции; в этом случае вы должны чувствовать себя кошкой, — заявил Пит.

Возможно, МакГонагол и поставила бы ему на вид бестактность, как это, несомненно, случилось бы с Рики. Но тут раздался характерный треск, сопровождаемый появлением в гостиной нового лица.

Точнее, рожи, и рожи, несомненно, бандитской. Вероятнее всего, если бы вновь прибывший вежливо позвонил в дверь, Рики навряд ли запустил бы его за порог. Таких типов он всегда безошибочно относил, нет, не к опасным маньякам вроде Упивающихся смертью, а к жулью.

— Мундугус! — напустилась на него профессор МакГонагол. — Как ты посмел так свалиться?

— Вы его знаете? — Рики говорил достаточно сдержанно, но все же дал МакГонагол почувствовать, что не одобряет ее знакомства — исключительно потому, что подобный случай мог больше не представиться.

— Мундугус Флетчер — член Ордена Феникса, — бросила та, поджав губы, и продолжила отчитывать странного субъекта. Рекомендация ровно ничего не значила для Рики: глава Ордена, он же директор школы профессор Альбус Дамблдор, был известен своей верой во «второй шанс» и слишком доверял людям, и людям с темным прошлым — в особенности.

… -Между прочим, сейчас с Арабеллой живут магглы, — взгляд Рики сверкнул, — ну, они могли это плохо воспринять.

— А, та милая девочка, над которой брала попечительство старушка Фиги, — прогнусавил подозрительный субъект. Рики подумал, что надо бы спрятать серебряные ложечки из буфета, а то как бы чего не вышло. — Это уже ее сыновья, такие взрослые?

МакГонагол резко кивнула.

— Садитесь, мистер Флетчер, — предложил Пит.

— Спасибо, дорогой, — совсем носом протянул Флетчер, — я сщас из «Дырявого котла». Как услышал, что старушка Фиги помирает… — и, к изумлению присутствующих, по-настоящему зарыдал.

— Она не умирает! — вскричал Рики.

— Конечно, нет, — твердо, но неуверенно произнесла профессор МакГонагол. — Мундугус, веди себя прилично в приличном доме. Здесь же дети!

Но Мундугус уже не нуждался в этой взбучке. Он враз умолк и с опаской таращился на Рики. Рики же, все еще в гневе, тем не менее злорадно приободрился. Член Ордена — этот прохвост?! Лучшего языка и желать нельзя! Ох, некстати здесь Минерва МакГонагол!

— Извините, — сказал все еще сиплым от слез голосом Флетчер. — Вот, — он просунул руку во внутренний карман мантии и достал небольшой пакетик с орешками, — старушка Фиги их любит. Ох, кто ж еще так даст мне по башке!

— Она не ест ничего, только бульон, — вздохнул Пит. — Мы с мамой три больших коробки привезли. Доктор сказал, чтобы мы ее не уговаривали.

Вот теперь у Рики по-настоящему заныло в душе. Он еще не видел бабушку, но последних слов Пита действительно лучше было не слышать.