Рики Макарони и Вестники Ниоткуда

А вообще, в их жизни было чересчур много всякой техники, причем такой, которая непременно шумела. Ребята постоянно слушали радио и диски. Женщины, включая бабулю, без конца повисали на телефоне. Сестра бабули, тетка Кармелла, вообще не отлипала от телевизора, поглощая одну за другой однообразные мыльные оперы. Впрочем, так было всегда… но присутствие папы с мамой просто позволяло им с Питом держаться своей линии. «А может, в самом деле, потрясение сказывается», — рассудил однажды Пит.

На все это Рики, привыкший к полной свободе, начинал тихо сатанеть. Он отлично понял своего папу, который в молодости, между прочим, попросту сбежал от этой идиллии в чужую страну. От избытка итальянской эмоциональности Рики внезапно страстно затосковал по британской чопорности. Особенно во вторую неделю отдыха, на которую выпали дни рождения трех членов семьи, проживающих в этой деревне: сестренки Сантины и двух теток.

Несомненная польза этих мероприятий заключалась в том, что парней, как говорится, учили грамотно пить. Мама Рики, по большим праздникам принимавшая бокал вина или шампанского, относилась к такого рода просвещению отрицательно, но мужчины полагали его необходимым, и Рики в принципе считал его не вредным. Он соглашался с мнением старших, что с алкоголем следует устанавливать разумные отношения, и улыбался, вспоминая, как ужаснулся в прошлом году Эдгар, когда кто-то из грифффиндорцев мимоходом упомянул шампанское: «Ничего крепче сливочного пива!», которое и спиртным-то назвать было нельзя. Здесь же достигшим определенного возраста наливали немного домашнего вина, от которого поначалу шумело в ушах, начинало шатать и постепенно клонить в сон. Опьянеть при таком количестве закуски не представлялось возможным. Каждый праздник ознаменовывался умопомрачительным обжорством, бесконечными разговорами обо всем и посиделками до поздней ночи.

Когда Рики с братом, возвращаясь однажды от тетки, доползли до комнаты, луна стояла высоко, благодаря чему поля и часть улицы из окна просматривались, как на ладони. Где-то вдалеке темной массой виднелась группа расходящихся родственников — судя по всему, они не торопились.

Рухнув на кровать, Рики зажмурился — лунный свет ударил ему прямо в глаза.

— Может, зашторить? — предложил Пит.

— Не надо, — отмахнулся Рики, все еще злясь на кузена Марчи, вздумавшего громко орать через весь стол, есть ли у него, Рики, подружка; и вообще это не его ослиное дело.

— Будешь перекладывать подушку в изножье? Ну, чтоб не пялиться в окно?

— Зачем? Я не люблю пялиться на дверь, — ответил Рики, автоматически проводив глазами луну, плавно катящуюся по небу и почти догнавшую…

Рики вскочил, словно его подбросило током. Пит в один прыжок оказался рядом.

— Что? Она… их две? — хрипло уточнил он.

Одна луна, большая и настоящая, высоко в небе вела себя, как подобает. Вторая, поменьше, была близко к земле и действительно двигалась с приличной для луны скоростью, причем, на запад и словно бы приближаясь. При том она становилась бледнее, да и контуры размывались. Круг становился бесформенным пятном, и не золотым, а молочно белым и бледным, растуманиваясь. Рики вдруг вспомнил, что в доме больше никого нет…

— Я только сегодня прочитал, что НЛО — это, вероятнее всего, бабочки, — просветил авторитетный брат, обрывая вечность безмолвия, — вот разлетаются постепенно, наверное.

Звук его голоса, поначалу ударивший по нервам Рики, был таким будничным.

— И в Британии оптические явления. Вриттер писала, — вспомнил Рики.

— Так у этих бабочек везде, где они водятся, брачный период в один сезон, — объяснил Пит. — Вроде совсем пропало, — с удовлетворением констатировал он.

Действительно, ничего больше не светилось. Но Рики глянул вверх, и ему показалось, будто сетка прозрачных переплетенных лиан поднимается и тает на большой высоте.

— На что ты пялишься? — поинтересовался Пит в тот момент, когда голова Рики словно вдруг опустела, чтоб в следующий момент наполниться. Но он отвел взгляд, чтобы повернуться к Питу. Голова так и осталась пустой, к его невольному облегчению. Он поймал себя на том упрямстве, за которое часто подтрунивал над Лео. «Тоже начал искать подвох в совпадениях!».

— Спокойной ночи, я думаю? — с улыбкой сказал Рики.

— Спокойной ночи, — пожелал старший брат, падая на свою кровать и начиная стягивать носки.

И больше Пит об этом не заговаривал, наверное, действительно были дела поважнее. У Рики же с утра просто руки чесались накатать письмо. А еще получить ответ, он не сомневался, что у друзей происходит гораздо больше интересного, чем у него — пока что. Обещанное Поттером одно письмо в месяц еще когда будет… Может, стоит начать писать заранее? А потом отсылать целую пачку? Рики посчитал, что это как-то слишком. С другой стороны, большинство событий, могущих оказаться важными, со временем попросту забываются.