Рики Макарони и Вестники Ниоткуда

Он только что аппарировал и вышел из тени колонны. Карлотта вздрогнула и подалась навстречу, хотела что-то сказать, но передумала и остановилась.

— Добрый вечер, — сказал профессор ухода за магическими существами. — Синьора Джиовинеза прибыла?

— Ее не будет, — чуть дрожащим голосом с вызовом объявила Карлотта. — Я вместо нее!

— О, — Доматор с шутливым подобострастием склонил голову в полупоклоне. — Удачи с новыми обязанностями.

При нем Рики почувствовал себя по-настоящему виноватым. Ему казалось, что он обманул доверие Доматора, которым, собственно, дорожил. Но профессор глядел на них с Карло совершенно без всякого осуждения.

На другой день Рики специально подходил к нему, чтобы объясниться.

— Единственное, что меня может вывести из себя, — сказал Доматор, — так это слоны аврорские, которые тут ночью шатались. Но ты ведь не имеешь к ним отношения, они в любом случае бы притащились. Никого не поймали, конечно, представляю, как они копались, когда собирались!

— Но они же авроры! — Рики притворился шокированным, хотя уже успел вспомнить ту ночь последнего состязания, когда мракоборцы нарисовались к концу драки.

— У нас не Англия, — пожал плечами Доматор, — здесь нет таких опасностей, вот народ и расслабился. Честно говоря, когда ваш эксперт половину на учениях зарезал, я не удивился. Хотя до того он вредный тип!

— Это точно, — согласился Рики. — Я просто не мог не остаться ночью здесь!

— Это я понимаю, — усмехнулся Доматор, — я тоже тут как-то погулял. Честно говоря, не один раз, но этого я тебе не говорил. Барон ночевал в вольере?

В часы домашних заданий Рики передал профессору все, что узнал от старой русалки.

— Типично, — кивнул, выслушав, Доматор. — Все проблемы от женщин.

Уж в этом Рики удостоверился! Карлотта впаяла им с Карло наказаний на полную катушку, не оставив времени почти ни на что приятное. Поскольку в честь праздника преподаватели отменили хор, наказание наступило в понедельник.

К этому времени Джиовинеза уже получила ответ от Дамблдора. Разумеется, она посчитала себя обязанной сообщить, какие приключения нажил ученик по обмену. Реакция хладнокровных британцев обескуражила ее.

— Я так и написала, что это обычное дело. Чего ради приносить мне столько извинений? Представь, дорогая, Дамблдор предложил прислать сюда крестного отца ребенка, чтоб он решал все трудности с Риккардо, — говорила она Карлотте за обедом. Та, действительно, поменялась с Раджионеволли и посадила Рики с Карло подле себя, чтоб проконтролировать лишение их десерта.

— Только помощников мне не хватает, — фыркнула классная наставница.

Дополнительной радостью от родной страны стала телеграмма с пометкой Министерства магии, которую Карлотта сунула ему в пятницу в начале урока брезгливо, словно какую-то бяку. Рики отдал должное ее интуиции.

«Мистер Макарони, — писала Парвати Патил, — я обязана предупредить Вас, что, нарушая школьный распорядок, вы рискуете. Звезды говорят, что все будет хорошо, если и Вы будете вести себя хорошо».

Не выдержав поднявшихся в груди эмоций, Рики тут же, на обороте, принялся строчить ответ.

«Дорогая леди Парвати! Спасибо за заботу. Передавайте привет Бусику. Пожалуйста, кормите его, убирайте за ним, но не купайте — он этого терпеть не может. А если этого не делать, он может сдохнуть. И вообще, уделяйте побольше времени коту, а не всякой ерунде!».

Удовлетворенный, Рики отложил карточку и сунул перо в чернильницу.

— Кто научил тебя отвечать на телеграммы? — вскинула брови Карлотта.

К изумлению всего класса, карточка поднялась в воздух, повернулась вокруг оси и исчезла.

«Ну вот, подумал Рики, — спонтанные действия — самые честные. Зато доставлю радость дяде Гарри. Теперь у него будет вещественное доказательство того, что я грубиян».

Глава 12. В поддержку классной наставницы

Рики понимал, что все проявления недовольства следует принимать как должное. Однако это были цветочки по сравнению с главным испытанием. В бессладостный понедельник после уроков предстояло первое наказание с профессором Пигнолли.

— Я поквитаюсь с Марко, вот увидите, — сказала Ческа, когда они встретились в коридоре после роспуска.

Принципиальный староста сдержал обещание. Утром того пятничного дня, когда вся школа обсуждала потрясающее приключение Рики и Карло, Марко до уроков заглянул к Карлотте и выложил ей то, что знал — то есть фактически все.

Единственной родственной уступкой Карлотты было то, что она не стала трепать племянницу публично. Наставница задержала ее после своего урока и впаяла аж десять дней хора плюс дополнительное задание.

— Иногда я ее ненавижу, — призналась Ческа.

Наказанных было человек двадцать. До появления Пигнолли они самостоятельно построились в две шеренги. Рики досталось стоять в первом ряду. Он уговаривал себя, что это хорошо, что ему свойственно смотреть опасности прямо в лицо, а нумеролог — не более чем противный тип.

Профессор явился точно, когда маленькая стрелка остановилась на десяти минутах.