Ритуал

Я не стал медлить — книга утверждала, что стеням скоро это надоест и они уйдут. Я открыл книгу в нужном месте и прочёл заклинание, заключавшееся в том, что я прошу дать мне возможность стать служителем мёртвого мира в этом, живом мире. Стени притихли на минуту и неожиданно разбежались по углам, став обычными тенями. Снова запели птицы, застрекотали кузнечики, грохот вдали пропал и я услышал звук шагов — кто-то пришёл и спугнул стеней. Даже отсюда я слышал тяжёлое, носовое дыхание и тягучую поступь пропойного алкаша, которого был готов убить в тот момент. За стеной пшикнули спички, послышались звуки раскуриваемой сигареты. Я всё ещё стоял в круге, наливаясь яростью человека, лишённого серьёзной и необычной власти.

Синяк докурил свою, наверно, «Приму» и пошёл дальше, в сторону дороги. Я осмотрелся. Тени были спокойны, никто не тараторил и не бегал. Я начал заносить ногу над кругом, как вдруг мой нос потянул запах гари со стороны того места, с которого ушёл алкаш. Раздалось тихое, низкое хихиканье, я на автомате поставил ногу обратно и в этот же миг из угла выстрелила чёрная тонкая тень, с разочарованным рычащим воем остановившаяся возле круга.

— Теперь ты сгоришь! — выскочили отовсюду стени и начали водить вокруг меня хоровод, — Сгоришь-сгоришь-сгоришь! Беги, беги, мы тебя не тронем!

Дело было уже серьёзным. Если огонь разгорится — я погибну. А он уже начал разгораться, сарай потихоньку заполняется древесным дымом — пришлось сесть на корточки и время от времени прикрывать глаза рукой (закрывать их дольше, чем на несколько секунд, книга строго запрещала) среди беснующихся и орущих в дыме тварей. Неожиданно в моей голове возникла мысль, что огонь не настоящий, что это очередные игры этих мелких чертенят. Сначала я не понял, почему это пришло мне в голову, но когда прислушался, до меня дошло — грохот. Далёкий, но чуть громкий, он всё ещё слышался, а слышался он только тогда, когда стени рисовали мне страшные картинки.

Твари заткнулись. Я убрал руку с глаз и оглянулся. Стени неподвижно, без единого шевеления, стояли передо мной в ряд, окружив круг, глядя на меня своими безглазыми и безликими головами. Дыма не было, огня тоже. Стени не бесновались, мне показалось, что они впервые стали серьёзны.

В книге ничего не было написано о том, что станет моим «опытанием», было сказано только то, что оно будет. Грохот вдали всё приближался и я понял, что это шаги. Шаги чего-то огромного и настроенного явно недружелюбно. Стени мгновенно разлетелись по углам. Шаги начали ускоряться и чем ближе они становились, тем быстрее оно передвигалось и тем больше нарастал мой страх. Умом я понимал, что его шаги зависят от скорости биения моего сердца, но ему я приказать не мог — чем больше я боялся, тем быстрее оно приближалось. Вот оно уже в десяти метрах от сарая, вот оно уже у двери, вот оно выбивает её… В сарай ворвался крупный, мощный человек и мгновенно оказался возле меня. Я увидел его только до груди, так как сидел на корточках. Его туловище было определённо не из плоти — скорее, из какого-то металла — очень массивное, с синеватым отливом, но при этом с небольшими ранами, из которых текла кровь. Создание протянуло ко мне свою ужасную руку, похожую больше на клешню (рассматривать в мельчайших подробностях тогда у меня времени не было) и подняло меня метра на два, схватив за горло. Я отчаянно брыкался, недоумевая, как оно зашло за круг и проклиная тот миг, когда я нашёл книгу. «Посмотри на меня» — раздалось у меня в голове и я взглянул на лицо этой твари.

Я не знаю, как более-менее качественно передать его ужасную личину. Когда-то это было человеческое лицо, но по его середине, от лба до подбородка как будто кто-то прошёлся бензопилой с широким лезвием — на лице зияла огромная широкая вертикальная рваная рана, очень глубокая, с лоскутами плоти, торчавшими в разные стороны. Глаз не было — рана захватила и их, носа и рта тоже. Однако он смотрел, смотрел… От ужаса меня стошнило и я потерял сознание.

Я проснулся на даче, на диване. В голове стоял небольшой туман, но я сразу припомнил события прошедшей ночи. Обрывками я помнил, как шёл по тёмной, освещаемой лишь луной, дорожке к даче, как сзади меня дико ревел и грохотал монстр. В то утро больше всего мне хотелось уехать обратно в город, но надо было проверить, что с сараем — быть может, мне всё это приснилось? Горло болело, но ведь оно могло болеть по любой другой причине, верно? Синяки, которые я обнаружил через зеркало, немного поколебали мою наивную уверенность в том, что мне всё это пригрезилось. Я вышел на улицу и пошёл к сараю.

Кажется, я даже не удивился, увидев его разрушенным до основания. Кое-где доски были перемазаны кровью, на некоторых лежали кровавые колечки кошачьих внутренностей. Значит, не приснилось. В тот же день я вернулся обратно в город в свою квартиру.