Россия, плато Путорана

Сейчас на плато живут около двухсот человек. Геологи, географы и работники заповедника. Ведь Путорана — это редкий по своему богатству природный фонд, уникальная экосистема. Работы ученым на годы вперед. Только вертолетом можно добраться до Путорана. И все, вплоть до последнего гвоздя, брать с собой. Если встать на край обрыва, тайга выглядит как сплошное черное покрывало. Туда, в белой пене, валятся с плато тонны воды. Желто-коричневые глыбы словно скалятся, зубы показывают любому, кто снизу попытается забраться на плато. Неудивительно, что люди никогда не жили в этих краях. Многие века ходило среди местного населения поверье: плохое здесь место. Жестокое. Большая часть изысканий в этих местах проходит под патронажем Русского географического общества. Правда, патронаж отнюдь не подразумевает финансирование. У исследователей и путешественников всегда были подобные проблемы. Пржевальский, испытывая острый недостаток средств на организацию своей экспедиции, пошел ва-банк и выиграл необходимую сумму в карты Но карты — штука обманчивая.

Времена года

После зимы без перерыва на плато стремительно врывается лето. Вегетационный период очень короткий, все растения спешат отцвести. И когда смотришь на буйство цветов, даже забываешь, что находишься за Полярным кругом. Рыбалка в тех краях превращается в монотонное доставание рыбы. А грибы — размером с тарелку.

Часто возникает ощущение, что прямо перед твоим появлением кто-то пришел с метелкой, тряпочкой. Все подмел, протер, расставил аккуратно. Остается только любоваться и фотографировать. А когда уходишь, как будто бы снова все убирается, чистится. Часто невозможно определить, в прошлом ли году здесь была стоянка или десять лет назад. Лиственница, из которой сделали шесты, костровые «рогульки» не гниет, камень затягивают мхи-лишайники. Память у Севера долгая. Короткое лето. Длится с середины июня по август. Смена времен года происходит стремительно.

Вдруг появляется ощущение чего-то неотвратимого. Затем, после неожиданно морозной ночи, выходишь наутро из палатки, а все уже в желтых и красных тонах. Через несколько дней выпадает первый снег.

В чем загадка северного Затерянного мира? Почему на плато Путорана ни местных поселений нет, ни даже следов древних жилищ? Люди жили лишь внизу, в горных долинах. А здесь — и зверь дикий ходит, и рыба, и птица. Да что — тамагаты под ногами валяются, только подобрать их некому.

А не прокормиться тут круглый год ни охотой, ни рыболовством, поясняют люди бывалые. Когда начинаются ветры, снега, олени уходят — больше их в этом сезоне не жди. Рыба прячется подо льдом, медведи залегают в берлоги. Только орланы остаются, да и те, судя по их потрепанному виду, — не жируют.

Следы одной стоянки какого-то кочевого племени все же сохранились на окраине плато. Никто не может сказать, когда здесь были люди. Ясно одно: давно.

Остатки загонов, в которых держали животных, возвышения, на которых, чтобы не достал зверь, хранилась пища. Шесты от яранги, почти утонувшие в вечной мерзлоте. Сани с загнутыми деревянными полозьями, построенные без гвоздей. Костровище, выложенное замшелыми камнями: сначала один круг, за ним второй, побольше. Куда ушли отсюда кочевники, что сталось с ними?

Десятого — пятнадцатого сентября на тихий пустынный край обрушивается зима. Снежный покров может достигать трех-четырехметровой толщины. Север погружается в восьмимесячный сон до следующего мимолетного лета, и века проходят над ним, как дни.