Благородный лорд Сот, рыцарь ордена Алой Розы Без Изъяна, оказывается во власти сильных страстей, которые толкают его на новые и новые преступления, в результате чего он становится изгоем, а затем — живым мертвецом, которым движет лишь жажда мести, на путях утоления которой он встречается с вампиром Страдом фон Заровичем Посвящаю эту книгу Дебби с благодарностью за ее поддержку и терпение, которые не покидали ее даже в моменты, когда Рыцарь Смерти безраздельно властвовал в нашей квартире. Много раз лорд Сот грозил увлечь меня с собой в Темный Мир, и я чувствую себя обязанным поблагодарить множество людей, которые не позволили этому случиться. Я приношу свою благодарность моим родителям и родителям жены, которые поняли меня, когда все лете я провел за компьютером; Джону Рэтлифу, который оказал мне неоценимую помощь своими обширными познаниями в области литературы «фэнтези» и своими критическими замечаниями; моему издателю Пат Мак-Гайлиган, чей энтузиазм и тяжелый труд заставили сюжет развиваться, а персонажей — жить и дышать, по крайней мере тех, которым это было положено по замыслу. Особую благодарность я выражаю Мари Кирчофф. Ваша уверенность в моих способностях помогла мне писать о Соте, а ваши юмор и дружеская поддержка помогли мне прожить целых три месяца в окружении вампиров и призраков.
С трудом подавив бурлящую внутри ярость, лорд Сот повернулся к своему сенешалю.
— Ну что же, вылети в дверь, вылети в окно, если хочешь, — сказал он с усмешкой. — Твое проклятье обязывает тебя вернуться на то место, где лежат твои косточки.
Он подошел к скелету и занес над черепом ногу в тяжелом башмаке.
— Еще одна угроза, и я превращу твои останки в пыль.
Призрак застыл. Ничто в мире не было для него драгоценнее собственного скелета, в котором когда-то обитала его душа и который, как он надеялся, обретя плоть, однажды снова восстанет из мертвых.
Именно ради этого он так старательно чистил и оберегал свои останки.
— Погодите! Молю вас!
Сот стоял совершенно неподвижно, подошва его ноги лишь слегка касалась матово-желтых костей.
— Подойди сюда.
Призрак неохотно подплыл к своему господину.
— Я достиг страны Тахизис, когда битва между Властительницей Тьмы и смертным магом еще продолжалась, — начал он свой рассказ.
Сот снял ногу со скелета и опустил на пол.
— Хорошо, — сказал он. — Сумел ли ты отыскать душу? — Да. Заклятье, которое вы наложили на мой медальон, сильно облегчило мою задачу.
Сот кивнул, и сгустки оранжевого пламени, служившие ему глазами, вспыхнули в предчувствии.
Карадок помолчал. Гримаса нерешительности исказила его прозрачные черты, и он в сильнейшей тревоге отвернулся от Сота.
— Она… боролась, мой господин, — сказал он наконец. — К счастью, ее душа все еще была в смятении. Переход в Абисс оказался для нее слишком неожиданным. Благодаря вашим указаниям, я сумел уловить ее душу и заключить ее в медальон.
Рыцарь Смерти был не в силах больше выдерживать неопределенность. Его рука метнулась вперед, и пальцы сомкнулись на шее Карадока. Прежде чем дух успел отпрянуть, вторая рука лорда Сота рванула камзол на его груди.
— У тебя нет медальона! Куда ты его спрятал?
Рыцарь ударил сенешаля бронированным кулаком. Ни один из смертных не смог бы сделать того же, ибо бестелесность Карадока служила ему лучшей защитой от физической атаки. Для Сота же — живого мертвеца — Карадок был столь же твердым, сколь и кости его скелета, хранящиеся в комнате.
— В Пазунии… — выдохнул сенешаль. — Я оставил медальон в Пазунии.
— И Китиара внутри него? — Д-да.
Громыхнувший в голосе Сота металл был гораздо страшнее холодного свечения, которое появилось вокруг его тела.
— Чего ты надеешься достичь этим, изменник? — Я… на обратном пути я заключил договор с могущественным предводителем танарри, — ответил Карадок. — До тех пор пока вы… — он с трудом сглотнул, но заставил себя продолжить: —… . Если вы не сдержите слова и не позаботитесь о том, чтобы я снова вернулся в мир смертных, вы никогда не получите душу Китиары.
Сот с силой пнул ногой лежавший на полу скелет, проломив грудную клетку и переломав обе руки. Призрак, которого Сот все еще держал за горло, издал горестный вопль. Не обращая на него внимания, Сот растоптал череп и пинками разбросал по комнате мелкие кости, которые сразу утонули в тонком слое тумана, проникшего и в кабинет.
— Ты даже представить себе не можешь, как сильно ты рассердил меня, — холодно сказал рыцарь своему пленнику.
Затем Сот поволок сенешаля в темный угол кабинета. Когда мрак укрыл обоих от красного лунного света, Сот произнес магическую формулу, и оба создания исчезли из вида. Мгновение спустя оба появились в тени от трона внизу.
Баньши парили под высоким сводчатым потолком зала, явно скучая без Сота. Когда Рыцарь Смерти выступил из темноты, теща за собою Карадока, беспокойные духи зашлись в пароксизме безумного крика. Густой туман, покрывавший пол, клу, бился и колебался, словно отвечая на пронзительные крики баньши.
— Поглядите только, как он обращается со своим доверенным слугой! — взвизгнул один голос. Вторая баньши пронеслась у самого лица рыцаря.
— Что-то я не вижу души Ут Матар! Твоя хватка Рыцаря Смерти изменила тебе, Сот! Может быть, права книга его судьбы? Неужели владыка Дааргарда был предан одним из своих соратников? — Прекратите высмеивать меня, — ледяным голосом отозвался Сот. — Иначе я займусь вами, как только покончу с Карадоком.
Угроза ненадолго утихомирила баньши. Лишь только лорд достиг центра комнаты, баньши расположились вокруг вне пределов досягаемости и принялись вонзать в него шипы своего красноречия. Карадок же, тщетно пытаясь освободиться, прокричал хрипло: ровным голосом повторил Сот, опуская Карадока на пол.
— Да, я заключил договор с могущественным чудовищем, обитающим в стране трухлявых грибов, расположенной в Абиссе, — с некоторым облегчением проговорил сенешаль. С удивлением он обнаружил, что его голос не дрожит более, словно произнесенная ложь каким-то образом придала ему новые силы. — Душа Повелительницы Драконов остается в медальоне, и предводитель танарри станет хранить ее до тех пор, пока я не приду за ней… в обличий смертного.
