Никас Славич с новым годом, с новым трупом! Прапорщик Фёдор Петров даже не стал размышлять, кого из солдат наградить увольнительной на Новогодние праздники. Конечно же, рядового Тютюркина — ведь он столько всего хорошего сделал для Фёдора, столько выполнил поручений!
— О, я смотрю, здесь вес-селье уже в с-самом р-разгаре! Ик.. Где наши весёлые детишшки?
Отец был пьян уже настолько, что не мог адекватно воспринимать действительность, а потому лишь вяло махнул рукой: заходи, мол.
Тем временем мать оторвалась от выпивки, передвинула в спальную комнату уже ненужную ёлку и села прямо на крышку гроба.
Вошедший в комнату дед Мороз принял женщину за лесную красавицу и, икнув, предложил детям:
— Ребяттки, а давайте потанцуем возле ёлочки! — и первым пустился в пляс вокруг женщины — следовательно, и вокруг гробика.
Игорь с сестрой с радостью приняли это предложение и присоединились к пьяному Деду Морозу. Отец, решив, что это своеобразный ритуальный танец в память его сына, также пустился в пляс… Тютюркин неслышно для всех открыл ключом дверь. Увидев безумную картину пляски всех родных вместе с дедом Морозом вокруг гроба, солдат вмиг лишился здравого рассудка.
Тютюркин медленно подошёл к танцующим, помахал перед ними руками и, не получив никакой реакции от обезумевших родных, что есть силы ударил себя головой об оцинкованную крышку гроба… С Новым годом, с новым трупом!