CreepyPasta
Тысячи страшных историй из жизни, которых, возможно, и не было...

Салимов удел

Никто не пишет длинный роман в одиночку, и мне хотелось бы на минуту отвлечь ваше внимание, чтобы поблагодарить тех людей, которые помогли мне с этой книгой: Дж. Эверетта Мак-Катчена из Хэмпденской академии - за поддержку и дельные предложения, доктора Джона Пирсона из Олдтауна, штат Мэн, медицинского эксперта округа Пенобскот, обладающего прекрасным стажем в самой замечательной врачебной специальности - общей терапии, отца Ренолда Холли из костела Святого Иоанна, Бангор, штат Мэн. И, конечно, мою жену, чья критика была столь же суровой и прямой, как всегда. Хотя окружающие Салимов Удел городки весьма реальны, сам Салимов Удел существует целиком и полностью в воображении автора и всякое сходство между его обитателями и теми, кто живет в реальном мире, случайно и непреднамеренно.

628 мин, 15 сек 17920
- Да, - рассудительно произнес Паркинс. - Да, так. Теперь думают, может, нам его уж и не найти. Живым.

- Какой позор, - отстраненно заметил Стрейкер.

- Вроде того. Ежели что увидите…

- Разумеется, я моментально сообщу вам в контору, - он снова прохладно улыбнулся.

- Вот и хорошо, - сказал Паркинс. Он открыл дверь и смиренно взглянул на проливной дождь. - Скажите мистеру Барлоу, что я смотрю в будущее.

- Конечно, констебль Джиллеспи. Чао.

Паркинс озадаченно оглянулся.

- Чава?

Улыбка Стрейкера стала шире.

- До свидания, констебль Джиллеспи. Это известное итальянское выражение, и означает оно «до свидания».

- О? Ну, каждый день узнаешь что-нибудь новое, верно? Пока.

Он вышел под дождь и затворил за собой дверь.

- Мне-то оно неизвестное, не-ет.

Сигарета Паркинса намокла, и он ее выкинул.

Изнутри Стрейкер через витрину следил, как констебль уходит по улице от магазина. Он больше не улыбался.

Добравшись до своего кабинета, Паркинс позвал:

- Нолли? Нолли, ты здесь?

Никакого ответа. Паркинс кивнул. Нолли был хорошим парнишкой, только вот мозгов у него чуток не хватало. Он снял плащ, расстегнул галоши, уселся за свой стол, отыскал в портлендской телефонной книге номер и набрал его. Трубку на другом конце провода сняли после первого же гудка.

- Портленд, ФБР. Агент Хэнрахэн.

- Говорит Паркинс Джиллеспи, констебль населенного пункта Иерусалимов Удел. У нас тут мальчик пропал…

- Так, понятно, - твердо сказал Хэнрахэн. - Ральф Глик. Девять лет, четыре фута три дюйма, волосы черные, глаза голубые. Что, рапорт о похищении?

- Вовсе нет. Можете кой-кого для меня проверить?

Хэнрахэн ответил утвердительно.

- Первый - Бенджамен Мирс. М-И-Р-С. Писатель. Написал книжку под названием «Дочь Конвея». Два других вроде как в связке. Курт Барлоу. Б-А-Р-Л-О-У. А второй…

- Этот Курт пишется через «т» или через«д»? - спросил Хэнрахэн.

- Не знаю.

- Ладно. Продолжайте.

Потея, Паркинс продолжил. Общение с настоящим законом всегда заставляло его чувствовать себя идиотом.

- Второй - Ричард Трокетт Стрейкер. С двумя «т» на конце, а Стрейкер - как слышится. Этот тип и Барлоу занимаются мебельным и антикварным бизнесом. Только что открыли тут, в городе, магазинчик. Стрейкер утверждает, что Барлоу на закупках в Нью-Йорке. И еще - что они вместе работали в Лондоне и Гамбурге. По-моему, отличное прикрытие.

- Вы подозреваете этих людей по делу Глика?

- Покамест я не знаю, есть ли такое дело вообще. Но они объявились в городе примерно в то самое время.

- Думаете, Мирс как-то связан с двумя другими?

Паркинс откинулся на спинку стула и одним глазом глянул в окно.

- Это, - сказал он, - одна из тех вещей, которые я хотел бы выяснить.

В ясные, прохладные дни телефонные провода издают странное гудение, словно вибрируют от передающейся по ним болтовни. Этот звук - одинокий голос, летящий в пространстве, - не спутать ни с чем. Зимние заморозки и оттепели придали серым, занозистым телефонным столбам небрежный наклон и сделали не такими деловитыми и вымуштрованными, как столбы, закрепленные намертво цементом. Их основания черны от гудрона, если они стоят рядом с мощеной дорогой, или припудрены пылью, если дорога эта - проселочная. На поверхности столбов, там, где карабкались что-то исправить монтеры (в сорок шестом, пятьдесят втором или шестьдесят девятом), видны старые, побитые ветром и дождями метки от монтерских «кошек». Птицы - вороны, воробьи, скворцы, малиновки - усаживаются на гудящие провода и сидят в нахохленном молчании, возможно, слыша когтистыми лапками звуки чужой, человеческой, речи. Если так, их глаза-бусинки ничем этого не выдают. Город чувствует ход времени, а не истории, и, кажется, телефонным столбам это известно. Если положить на такой столб ладонь, можно почувствовать дрожь от идущих в глубине древесины кабелей (словно там заключены чьи-то души, которые отчаянно пытаются выбраться наружу).

- …и заплатил старой двадцаткой, Мэйбл, из тех больших. Клайд сказал, он таких не видел с тех самых пор, как в тридцатом году дела вел «Гэйтс Бэнк энд Траст». Он…

- …да, он действительно странный человек, Эвви. Я видела его в бинокль, он катил по двору за домом тачку. Интересно, он там наверху один или…

- …Крокетт может знать, но не скажет. На эту тему он ни гу-гу. Он всегда был…

- …писатель у Евы. Интересно, знает Флойд Тиббитс, что…

- …проводит ужасно много времени в библиотеке. Лоретта Старчер говорит, она никогда не видела человека, который бы знал так много…

- …она сказала, его звали…

- …да, Стрейкер, мистер Р.Т.Стрейкер. Мамаша Кенни Дэнлиса говорит, она остановилась в центре возле этого нового магазина, так там в витрине стоит самый настоящий кабинет «Де Бирс» и просят за него восемьсот долларов. Можешь себе представить? Вот я и сказала…

- …забавно, он приезжает, а мальчонка Гликов…

- …ты не думаешь…

- …нет, но это и впрямь занятно. Кстати, у тебя еще сохранился тот рецепт на…
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 47 из 178
Насколько страшно?
Оценок пока нет
Авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставлять комментарии