Фандом: Ориджиналы. Порой случайные встречи могут изменить жизнь гораздо круче, чем долго вынашиваемые планы. И бывает, что после такой встречи уже не отвертеться от своего темного, но счастливого будущего…
29 мин, 44 сек 496
Что Рилонар никак не среагировал на краткую стычку орка со светлым, было неудивительно. Он, кажется, и перетаскивание на задние ряды, и внезапную переписку Таруга с незнакомой студенткой воспринял как само собой разумеющееся, витая где-то там. Орк дожевал бутерброд и постарался поподробнее вспомнить внешность нужного эльфа:
— Такой белобрысый, с косой чёлкой и серебристо-зелёной татушкой на правой щеке — что за фрукт? Ещё глаза вроде синие.
— Этирис? — припомнил имя подходящего под описание светлого Рил. — Художник волей богов. Таланта море, зазнайства — столько же.
Из уст сына светлой эльфийки подобная характеристика значила многое.
— Из богатой семьи. Родители его совсем распустили и теперь стараются хоть как-то держать в рамках, в основном руками старшего брата. Этир… — Повисла пауза, видно, сумеречный пытался вспомнить похоже начинавшееся имя.
— Этирил? — подсказал Таруг и досадливо сплюнул. — Если его пытаются воспитывать руками этого отморозка, то вырастет полная жесть. С ножом на девчонку лезть!
— Чего? — по-простому изумился Рилонар.
— Да вчера возвращался, смотрю — три отморозка девчонку в переулке зажали. Двое держат, а третий с ножом примеряется, погань. Ну, я ему в морду и засветил. А сегодня Киру попытались орочьей подстилкой ославить.
Тихо щёлкнул выключатель — это эльф зажёг висевший на стене тусклый зеленоватый ночник, единственное освещение с его стороны комнаты. Сел обратно на кровать, задумчиво потёр подбородок.
Может, он и казался временами не от мира сего, но кое-что от него не ускользало. Например, то, что нужно для выживания в среде эльфов: слухи и сплетни, ниточки чужих интриг. И теперь Рил перебирал известные ему факты, прикидывая и так, и эдак.
— Я слышал, Этирис какой-то человеческой девушкой заинтересовался, да всё не знал, как к ней подойти, — медленно заметил он. — Эльфийки-то к нему сами липнут: завидная пара, древний род. Но жену ему уже выбрали, так что дальше флирта не заходило. Выходит, старший ему не смог объяснить, что человек — слишком низко и мерзко, и решил зайти с другой стороны.
От орка донеслось неразборчивое ругательство. Эльфийские хитросплетения Таруга не затрагивали, он оценивал их с точки зрения своего гораздо более простого кредо. И по нему выходило, что старшему из братцев стоило хорошенько пересчитать рёбра, да и младшему профилактический удар в табло не помешал бы.
Одно обидно — эльфы же, до следующего дня вылечат…
— А скажи-ка, друг мой Рилонар… Как высмеять светлого, чтобы надолго запомнили?
— Сделать так, чтобы его ошибку помнили все, — как само собой разумеющееся отозвался задумавшийся о своём Рил.
Задумавшийся зря. Из-за этого он не заметил, как мрачно загорелись глаза орка, уже что-то прикидывавшего в уме.
Строить особо сложные планы Таруг не стал. На его незамысловатый орочий вкус, публично натыкать эльфа в пол было более чем достаточно. Главное — сделать это так, чтобы ассоциация с нагадившим котёнком возникала сама собой. В том, что Этирис предоставит повод, орк даже не сомневался. Оставалось только проследить, чтобы в этот момент рядом не оказалось Киры с её миротворческими стремлениями. А то ведь испортит весь воспитательный эффект. Поэтому устраивать разборки с эльфом стоило либо с утра пораньше, либо в моменты занятий по специализациям. Сразу после пар тоже было бы неплохо, но этот вариант пришлось отбросить из-за необходимости проводить Киру.
Так что пришлось исхитряться, чтобы не пересечься с остроухим раньше времени. Зато когда эльф снова распустил язык, Таруг прижал его к стене и довольно спокойно поинтересовался:
— А в круг за свои слова рискнёшь выйти?
Этирис смерил его наглым взглядом, будто это не орк его воротник держал, а наоборот.
— С тобой? — показательно лениво протянул он. — Сомневаюсь, что в твоих жилах течёт хоть капля крови высоких семей… Лишь они могут бросить мне вызов, а не какой-то безродный орк.
— Так и знал, что ты не просто мразь, а ещё и трус, — сплюнул Таруг.
Можно было бы, конечно, всё равно поставить эльфу фингал, но такое забыли бы уже к завтрашнему утру. Физическое превосходство орков ни для кого секретом не было. Нет, тут нужна была именно показательная дуэль. А если просто начистить Этирису морду, то ещё и хай поднимется на весь университет — как же, талант обидели! Так что пришлось воротник отпустить. Правда, Таруг показательно отряхнул руки, как после чего-то мерзкого, но до артистического таланта эльфов ему было далеко, так что эффект вышел смазанным. Куда там до Этириса, который оправил одежду и взглянул на орка как на что-то весьма мерзкое и вонючее.
— Будь добр, исчезни из моей жизни, — нарочито устало попросил эльф с таким выражением, что и большему тугодуму, чем орк, стало бы ясно: его послали далеко и невежливо.
— Такой белобрысый, с косой чёлкой и серебристо-зелёной татушкой на правой щеке — что за фрукт? Ещё глаза вроде синие.
— Этирис? — припомнил имя подходящего под описание светлого Рил. — Художник волей богов. Таланта море, зазнайства — столько же.
Из уст сына светлой эльфийки подобная характеристика значила многое.
— Из богатой семьи. Родители его совсем распустили и теперь стараются хоть как-то держать в рамках, в основном руками старшего брата. Этир… — Повисла пауза, видно, сумеречный пытался вспомнить похоже начинавшееся имя.
— Этирил? — подсказал Таруг и досадливо сплюнул. — Если его пытаются воспитывать руками этого отморозка, то вырастет полная жесть. С ножом на девчонку лезть!
— Чего? — по-простому изумился Рилонар.
— Да вчера возвращался, смотрю — три отморозка девчонку в переулке зажали. Двое держат, а третий с ножом примеряется, погань. Ну, я ему в морду и засветил. А сегодня Киру попытались орочьей подстилкой ославить.
Тихо щёлкнул выключатель — это эльф зажёг висевший на стене тусклый зеленоватый ночник, единственное освещение с его стороны комнаты. Сел обратно на кровать, задумчиво потёр подбородок.
Может, он и казался временами не от мира сего, но кое-что от него не ускользало. Например, то, что нужно для выживания в среде эльфов: слухи и сплетни, ниточки чужих интриг. И теперь Рил перебирал известные ему факты, прикидывая и так, и эдак.
— Я слышал, Этирис какой-то человеческой девушкой заинтересовался, да всё не знал, как к ней подойти, — медленно заметил он. — Эльфийки-то к нему сами липнут: завидная пара, древний род. Но жену ему уже выбрали, так что дальше флирта не заходило. Выходит, старший ему не смог объяснить, что человек — слишком низко и мерзко, и решил зайти с другой стороны.
От орка донеслось неразборчивое ругательство. Эльфийские хитросплетения Таруга не затрагивали, он оценивал их с точки зрения своего гораздо более простого кредо. И по нему выходило, что старшему из братцев стоило хорошенько пересчитать рёбра, да и младшему профилактический удар в табло не помешал бы.
Одно обидно — эльфы же, до следующего дня вылечат…
— А скажи-ка, друг мой Рилонар… Как высмеять светлого, чтобы надолго запомнили?
— Сделать так, чтобы его ошибку помнили все, — как само собой разумеющееся отозвался задумавшийся о своём Рил.
Задумавшийся зря. Из-за этого он не заметил, как мрачно загорелись глаза орка, уже что-то прикидывавшего в уме.
Строить особо сложные планы Таруг не стал. На его незамысловатый орочий вкус, публично натыкать эльфа в пол было более чем достаточно. Главное — сделать это так, чтобы ассоциация с нагадившим котёнком возникала сама собой. В том, что Этирис предоставит повод, орк даже не сомневался. Оставалось только проследить, чтобы в этот момент рядом не оказалось Киры с её миротворческими стремлениями. А то ведь испортит весь воспитательный эффект. Поэтому устраивать разборки с эльфом стоило либо с утра пораньше, либо в моменты занятий по специализациям. Сразу после пар тоже было бы неплохо, но этот вариант пришлось отбросить из-за необходимости проводить Киру.
Так что пришлось исхитряться, чтобы не пересечься с остроухим раньше времени. Зато когда эльф снова распустил язык, Таруг прижал его к стене и довольно спокойно поинтересовался:
— А в круг за свои слова рискнёшь выйти?
Этирис смерил его наглым взглядом, будто это не орк его воротник держал, а наоборот.
— С тобой? — показательно лениво протянул он. — Сомневаюсь, что в твоих жилах течёт хоть капля крови высоких семей… Лишь они могут бросить мне вызов, а не какой-то безродный орк.
— Так и знал, что ты не просто мразь, а ещё и трус, — сплюнул Таруг.
Можно было бы, конечно, всё равно поставить эльфу фингал, но такое забыли бы уже к завтрашнему утру. Физическое превосходство орков ни для кого секретом не было. Нет, тут нужна была именно показательная дуэль. А если просто начистить Этирису морду, то ещё и хай поднимется на весь университет — как же, талант обидели! Так что пришлось воротник отпустить. Правда, Таруг показательно отряхнул руки, как после чего-то мерзкого, но до артистического таланта эльфов ему было далеко, так что эффект вышел смазанным. Куда там до Этириса, который оправил одежду и взглянул на орка как на что-то весьма мерзкое и вонючее.
— Будь добр, исчезни из моей жизни, — нарочито устало попросил эльф с таким выражением, что и большему тугодуму, чем орк, стало бы ясно: его послали далеко и невежливо.
Страница 4 из 9
