Седые волосы

— Ты представляешь, Арти приведет сегодня подружку! — ее прямо-таки распирало рассказать мне новость, о которой я, кстати, знала, но решила промолчать.

— А ты с ней уже встречалась, Герми? Она красивая? — девочка сморщила личико: она очень ревновала старшего брата, который сегодня пообещал представить семье свою избранницу. — Что, неужели нет? Неужели у Арти плохой вкус?!

— Да нет, она красивая. Но мама лучше! И ты тоже! — заявила она.

— Маленькая сплетница! — улыбнулась я. — Тебя зачем сюда прислали?

— Ну, бабуль! Ладно… Почти все собрались!

— Родная, скажи, что я буду через двадцать минут, — я подмигнула девочке, и она выпорхнула из комнаты.

— Эмма! — услышала я голос Герми из-за двери. — Бабуля сейчас выйдет, не мешай ей! — по-видимому, взяв кузину за руку, она потащила ее вниз.

Хьюго женился довольно-таки поздно. Когда он встретил Диану — любовь всей своей жизни, ему было уже тридцать три года. Его дочь Эмма — самая младшая в нашей семье. Ей всего-то шесть лет. Маленький нежный цветочек… Ее все лелеют и балуют. Даже я. Хотя такого за мной не замечали никогда. Она обещает превратиться в невероятно красивую ведьму. Ярко-рыжие волосы Уизли и фиалковые глаза матери… Если честно, я уже боюсь за мужское население магической и не только магической Британии. А Хьюго так вообще заявил, что не отпустит ее в Хогвартс. Хотя куда он денется?

Дети. Мое самое большое богатство. Самый щедрый подарок от жизни. Компенсация за все, что случилось с нами.

Я дотронулась до своей второй седой пряди…

3 глава

Все началось с того, что наша с Роном дочь, едва достигнув семнадцати лет, сбежала из Хогвартса со своим однокурсником посреди учебного года, чтобы… пожениться! Рон едва не лишился сознания, когда узнал, что этим однокурсником является, во-первых, слизеринец, а во-вторых — не просто слизеринец, но еще и Малфой! Скорпиус Гипперион Малфой. Когда он обрел дар речи, то обругал мальчика такими словами, которые я за всю нашу совместную жизнь не слышала ни разу.

Мы не находили себе места до тех пор, пока через два дня нам не пришло письмо, подписанное — о, Мерлин! — Розой Малфой.

«Милые родители, я счастлива! Папа, не убивай меня! Скоро будем. Помните, что я вас очень люблю!»

Рон прочел письмо и уселся в кресло, уставившись убийственным взглядом в камин. Я старалась держать себя в руках, но никак не могла поверить, что такая умная и рассудительная Роза совершила такой неразумный и опрометчивый поступок.

Выйти замуж в семнадцать! Не окончив школы! О чем она думала?! «Это все кровь Уизли!» — решила я. Потому что Грейнджеры всегда сначала думали, а потом делали. Всегда!

И вдруг из нашего камина вывалился Драко Малфой. Его глаза пылали гневом. Астория гирей повисла на его руке, судя по всему, стараясь удержать мужа от необдуманных действий.

— Чертов Уизли! — взревел он. — Твоя дочь совратила моего сына!

Не успела я даже вынуть свою палочку, как эти двое уже валялись на полу, мутузя друг друга в тривиальной магловской драке. Причем это было более впечатляющее зрелище, чем то, что мы увидели когда-то перед вторым курсом между их отцами.

— Рон!

— Драко!

— Протего! — хором вскрикнули мы с Асторией, разъединяя своих мужей щитом.

— Драко, ты сошел с ума! — миссис Малфой уставилась на мужа

— Рон, что ты творишь?!

— И после этого, ты еще приписываешь себя к самым чистокровным магическим семьям? — возмущалась Астория. — Драко, я не ожидала от тебя…

— Ты не мог держать себя в руках, Рон?

— Он оскорбил нашу дочь, Гермиона! — возмущался муж.

Драко собрался было сказать что-то в ответ, но в этот момент в камине показалась фигура молодого человека. В его лице не было ни кровинки, волосы растрепаны, в глазах паника. На его руках лежало окровавленное тело Розы.

В эту же секунду мой мир раскололся на миллион осколков.

… Что-то держало меня. Я чувствовала на своей шее зловонное дыхание, открыв глаза, я с ужасом узнала зал поместья Малфоев. Столько лет прошло, а я, оказывается, помнила его, словно только вчера аппарировала отсюда с Добби. Держал меня Фернир Сивый…

— Грязнокровка! — голос из прошлого заставил встать дыбом волосы на моей голове. Беллатрисса Лестрейндж, такая же, как и в тот день, держала в руках мою дочь.

— Роза! — но руки Фернира не позволили мне кинуться к ней.

— Смотри, грязнокровка, что я сделаю с твоей полумагловской девкой! — издевалась сумасшедшая ведьма.

— Рози! Рози! — кричала я не своим голосом, в ужасе наблюдая, как корчится на каменном полу моя девочка, пораженная заклятием Круциатус…

— Мама! — позвал меня требовательный голос. — Мама! Ты меня слышишь? — я открыла глаза.

— Хью? — надо мной было лицо моего сына. — Роза… Хьюго, что с Розой?! — меня охватила паника.

— Да все в порядке, мам, — проворчал мальчик. — Натворила дел, сидит вон, ревет, — он кивнул в сторону окна, и тут я услышала всхлип.

— Мамочка, мама, прости меня… — лицо Розы было распухшим и красным от слез.