144 тысячи лет господствовала на Земле в незапамятные времена Великая Всемирная Федерация народов. Благодаря накопленным в ней знаниям царил на планете нашей Золотой век. Но, овладев универсальными знаниями, научившись творить чудеса, люди стали считать се6я выше Бога. Они создали идолов-великанов и заставили их служить себе, а потом разрешили идолам брать в жены дочерей своих.
12 мин, 51 сек 17879
Барченко и Бокию удалось добиться одобрения маршрута в самых высоких инстанциях. Экспедиция, помимо Афганистана, должна была побывать в Индии, Тибете, Синьцзяне. На расходы получили 600 тысяч долларов (сумма по тем временам колоссальная!). Деньги выделяли по линии ВСНХ личным распоряжением Ф. Э. Дзержинского. В состав экспедиции были включены несколько членов «Единого трудового братства» Базой для подготовки стала одна из дач Спецотдела в подмосковном поселке Верея. Здесь участники мероприятия изучали английский язык, язык урду и осваивали верховую езду. Все держалось в строжайшей тайне, так как могло оказаться под угрозой срыва. Стало известно, что спецслужбы Англии, Франции и Китая вели наружное наблюдение за Яковом, без которого экспедиция многое теряла. В разведсводки тщательно заносились все его перемещения. Так велико было желание разведок перевербовать советского суперагента. Наш герой при содействии ОГПУ придумал оригинальный ход.
Под него был загримирован чекист, который стал курсировать по обычному маршруту Якова Григорьевича — от дома в Денежном переулке до Наркомата торговли. По данным ОГПУ, подмену не заметили. Как и предполагалось, руководителем экспедиции был назначен Барченко. А комиссаром — полиглот и мастер восточного рукопашного боя Яков Блюмкин. Помимо основных исследований, ЦК поручал Блюмкину провести ряд операций разведывательного характера.
Яков Григорьевич знал: все идет по его плану, в Шамбалу попадет он один, без всяких провожатых и посторонних глаз. Связавшись с начальником иностранной разведки М. Трилиссером, он убеждает того препятствовать экспедиции: так как добро на проведение исследовательских работ дало ЦК, то и все сведения о «таинственных знаниях Шамбалы» минуют отдел иностранной разведки. Трилиссер задумался…
Приготовления к экспедиции были завершены. Оставалось только провести ряд документов по бюрократическим учреждениям. 31 июля 1925 года Бокий и Барченко посетили приемную Чичерина. Рассказали о проекте и попросили ускорить процедуру выдачи виз. Чичерин дал положительное заключение. Но в самый последний момент поинтересовался, знает ли об этом проекте начальник иностранной разведки Трилиссер. Глеб Иванович Бокий ответил, что проект прошел одобрение в коллегии ОГПУ и в ЦК. Ответ почему-то насторожил Чичерина. Сразу после ухода гостей нарком связался по телефону с Трилиссером. Начальник иностранной разведки ждал этого звонка. Он истерично кричал в телефонную трубку: «Что себе позволяет этот негодяй Бокий!» — и требовал отозвать заключение. Чичерин заколебался. Тогда Блюмкин и Трилиссер подключили Генриха Ягоду. И 1 августа Чичерин дал отрицательный отзыв. Экспедиция была отменена.
Бокий в долгу не остался. Секретной лаборатории, которая начала заниматься созданием технических приспособлений — локаторов, пеленгаторов и передвижными отслеживающими.
станциями, — удалось поймать сообщение, отправленное неизвестным шифром. В считанные секунды шифр был разгадан: «Пришлите, пожалуйста, ящик водки» Отправитель — Генрих Ягода, который развлекался на теплоходе с женой сына Алексея Максимовича. Бокий, утаив фамилию отправителя, срочно передал информацию в Особый отдел, начальником которого являлся сам Ягода. Лубянка направила пеленгатор и машину с группой захвата. Дело едва не закончилось перестрелкой между сотрудниками Особого отдела.
В ОГПУ началась война группировок. Экспедицию хотела возглавить каждая из них. Стал собираться компромат, известный у чекистов как «Черная книга Бокия» В войну втянули Дзержинского.«Железный Феликс» собственноручно возглавил борьбу с заговором зампредов. Но довести дело до победы не смог: в июле 1926 года, после пленума ЦК, он скончался от инфаркта.
Отдел иностранной разведки в строжайшей тайне поручил Блюмкину отыскать Шамбалу и установить с ней контакт. О кознях Блюмкина никто ведь не подозревал. И «Единое трудовое братство» было уверено, что Яков играет на их стороне. Поэтому когда Блюмкин сообщил Бокию, что отправляется в Шамбалу один, тот передал ему все карты и секретную информацию. Так Яков Григорьевич получил одно и то же задание от двух враждующих группировок.
Под него был загримирован чекист, который стал курсировать по обычному маршруту Якова Григорьевича — от дома в Денежном переулке до Наркомата торговли. По данным ОГПУ, подмену не заметили. Как и предполагалось, руководителем экспедиции был назначен Барченко. А комиссаром — полиглот и мастер восточного рукопашного боя Яков Блюмкин. Помимо основных исследований, ЦК поручал Блюмкину провести ряд операций разведывательного характера.
Яков Григорьевич знал: все идет по его плану, в Шамбалу попадет он один, без всяких провожатых и посторонних глаз. Связавшись с начальником иностранной разведки М. Трилиссером, он убеждает того препятствовать экспедиции: так как добро на проведение исследовательских работ дало ЦК, то и все сведения о «таинственных знаниях Шамбалы» минуют отдел иностранной разведки. Трилиссер задумался…
Приготовления к экспедиции были завершены. Оставалось только провести ряд документов по бюрократическим учреждениям. 31 июля 1925 года Бокий и Барченко посетили приемную Чичерина. Рассказали о проекте и попросили ускорить процедуру выдачи виз. Чичерин дал положительное заключение. Но в самый последний момент поинтересовался, знает ли об этом проекте начальник иностранной разведки Трилиссер. Глеб Иванович Бокий ответил, что проект прошел одобрение в коллегии ОГПУ и в ЦК. Ответ почему-то насторожил Чичерина. Сразу после ухода гостей нарком связался по телефону с Трилиссером. Начальник иностранной разведки ждал этого звонка. Он истерично кричал в телефонную трубку: «Что себе позволяет этот негодяй Бокий!» — и требовал отозвать заключение. Чичерин заколебался. Тогда Блюмкин и Трилиссер подключили Генриха Ягоду. И 1 августа Чичерин дал отрицательный отзыв. Экспедиция была отменена.
Бокий в долгу не остался. Секретной лаборатории, которая начала заниматься созданием технических приспособлений — локаторов, пеленгаторов и передвижными отслеживающими.
станциями, — удалось поймать сообщение, отправленное неизвестным шифром. В считанные секунды шифр был разгадан: «Пришлите, пожалуйста, ящик водки» Отправитель — Генрих Ягода, который развлекался на теплоходе с женой сына Алексея Максимовича. Бокий, утаив фамилию отправителя, срочно передал информацию в Особый отдел, начальником которого являлся сам Ягода. Лубянка направила пеленгатор и машину с группой захвата. Дело едва не закончилось перестрелкой между сотрудниками Особого отдела.
В ОГПУ началась война группировок. Экспедицию хотела возглавить каждая из них. Стал собираться компромат, известный у чекистов как «Черная книга Бокия» В войну втянули Дзержинского.«Железный Феликс» собственноручно возглавил борьбу с заговором зампредов. Но довести дело до победы не смог: в июле 1926 года, после пленума ЦК, он скончался от инфаркта.
Отдел иностранной разведки в строжайшей тайне поручил Блюмкину отыскать Шамбалу и установить с ней контакт. О кознях Блюмкина никто ведь не подозревал. И «Единое трудовое братство» было уверено, что Яков играет на их стороне. Поэтому когда Блюмкин сообщил Бокию, что отправляется в Шамбалу один, тот передал ему все карты и секретную информацию. Так Яков Григорьевич получил одно и то же задание от двух враждующих группировок.
Тибетский лама
В начале сентября на границе Британской Индии объявился хромой дервиш. Он шел с караваном мусульман из секты исмаилитов к месту паломничества. Но полиция города Балтит решила задержать дервиша: нищий посетил местное почтовое отделение. Задержанный был отправлен британским конвоем в военную разведку. Дервиша ожидал допрос и расстрел. Но англичане не знали, с кем имеют дело. Хромой исмаилит бежал, прихватив с собой важнейшую диппочту, адресованную полковнику Стюарту, и английское обмундирование. Его преследовал целый взвод солдат. И среди них наш Блюмкин в форме колониальных войск — преследовал сам себя. Как только стемнело, в расположении английских колониальных войск на одного солдата стало меньше. Зато на одного монгольского монаха больше.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 3 из 4
