Семь лет до победы

Снейп стал директором. Пожирателей в школе не было. Всем в Хогвартсе мы с профессором сказали, что Дамблдора убил Фенрир Сивый, непонятно как, но нам поверили. Магическая Британия была в военном положении. Волдеморт мог появиться в замке со дня на день. Ребята не разговаривали со мной, потому что я попросил оставить меня. Они отнеслись к моим словам с неожиданной серьёзностью и даже с сочувствием. Но пора было заканчивать моё путешествие. Хроноворот уже заканчивал своё действие. Я чувствовал, что остались считанные дни.

Снейп вызвал меня в кабинет директора. Стоит ли говорить, что со дня смерти Альбуса мы, по негласному соглашению, старались не пересекаться. Я не хотел его тревожить, а Северус пытался понять, почему благородный гриффиндорец не сопротивлялся его заклинанию. Потому что он знал, что в кабинете ЗоТИ мне потребовались считанные секунды, чтобы сбросить Империо.

Я рассказал ему о хоркруксах, и о том, почему ослаб Дамблдор на Астрономической башне, и о том, почему я не сопротивлялся, когда убивал Альбуса.

Северус мне поверил. И вместе мы нашли и уничтожили всё, что было в пределах наших возможностей: посетили сейф Лейнстранджей в Гринготтсе, нашли диадему Райвенкло, чашу…

Волдеморт набирал мощь. В воздухе чувствовалось незримое напряжение. Студенты ходили хмурые и недоверчивые. Всё замерло в ожидании неотвратимой схватки.

— Невилл, подожди, — я окликнул однокурсника после одного из уроков Травологии. Он испуганно притормозил и повернулся:

— Гарри? Ты что-то хотел? — Невилл очень удивился тому, что я заговорил первым. Все, кто был вокруг, удивились этому.

— Ты ведь чистокровный маг, Нев?

В последнее время в замке ходили разговоры о том, что Тот-Кого-Нельзя-Называть уничтожит всех грязнокровок, в основном, среди слизеринцев, но атмосфера среди остальных факультетов была крайне недружелюбной. Он нахмурился.

— Да, но какое это имеет отношение…

— Ты же умеешь фехтовать? — перебил я, в голове восторженно кипела мысль.

— Немного. Бабушка приглашала учителей… — растерянно ответил Невилл.

— Я научу тебя сражаться мечом. Пошли, — я схватил его за локоть и потащил в направлении Выручай-комнаты.

У Невилла была неделя, чтобы справиться с мечом Гриффиндора в руках.

Я рассказал Северусу, что Нагини тоже хоркрукс, и убедил его сварить себе противоядие. Последнее время я не мог не радоваться тому, как складываются наши отношения, профессор всё больше доверял мне. Например, последний разговор стоил мне трёх разбитых в кабинете директора чашек и одного облитого горячим кофе портрета. К несчастью, это оказался Финеас Блэк. Под его сказочные вопли и проклятия Северус утащил меня в подземелья, где начал варить своё злополучное противоядие, а я ел сэндвичи и время от времени хихикал, вспоминая особо красочные элементы из речи старого Блэка. Профессор только фыркал и снова продолжал нарезать ингредиенты.

Наконец наступил тот самый день. Защита замка пала, начался бой. Профессор МакГонагалл оживила горгульи Хогвартса — против великанов и других нападающих они были очень своевременной помощью. Снейп позаботился о тыле, имея в запасе неограниченное после смерти Дамблдора доверие Кингсли, а с ним и Грюма, хотя тот и ворчал по каждому поводу. В школу прибыло четыре отряда авроров. По моим расчётам число жертв с нашей стороны должно было многократно уменьшиться.

Я засёк время, когда Волдеморт и Северус встретились в Визжащей хижине. И спрятался там за пять минут до их прихода. Нагини не могла меня учуять: воздух был слишком влажный и тяжёлый, а я сел с подветренной стороны.

Всё произошло именно так, как и в прошлый раз, я ничего не мог сделать, пока змея охраняла своего хозяина. Но Северус недаром был Мастером зелий. Когда Том ушёл, мне осталось лишь закрыть раны, чтобы не текла кровь. Противоядие сразу же начало действовать, и профессор даже не потерял сознание. Я сел на колени рядом с полулежащим профессором.

— Как ты, Поттер? Страшно было? — тихо спросил он. Я порадовался тому, что его связки не повреждены, но ответить так и не смог. Вместо этого я заплакал. А Северус обнял меня и прижал к своей заляпанной кровью груди. Мы сидели так совсем недолго, но это были лучшие минуты в моей жизни.

— Кто убьёт змею? — спросил он, немного погодя.

— Невилл, — охрипшим голосом ответил я. А потом пришло осознание. Он ведь не мог так спрашивать! Так, словно мне известен ответ! Я поднял голову. Профессор провёл пальцем по моей шее, и я ощутил холод металла. Цепочка! Хроноворот…

— Обычно становится видимой за час до окончания срока, — заметил он. И с интересом взглянул на меня. — Сколько, Поттер?

Я не знал, что ответить…

— Желательно, правду, — подсказал Северус, убирая чёлку с моих покрасневших глаз.

— Семь, профессор…

Он немного удивился, но ничего не произнёс, видно, что-то просчитывая в голове.