Фандом: Гарри Поттер. Одиночество — это темный колодец, и не видно конца лестницы, ведущей вниз.
21 мин, 58 сек 7879
Он как обычно пил кофе, слушая бесполезную болтовню преподавателей, когда за столом гриффиндорцев поднялся шум. И почему эти дети никогда не могут угомониться?
Из-за стола вдруг выскочила всезнайка Грейнджер и поспешила покинуть Большой зал. Декан Слизерина с удивлением следил за студенткой, и на какой-то миг их взгляды встретились. Северус словно окунулся в поток света, который излучали ее глаза. Северус вспомнил, как Грейнджер просила его рассказать побольше о мире магии… И неумелые попытки завязать разговоры о зельях и ЗОТИ! Северус считал ее расчетливой карьеристкой, желающей произвести на него впечатление. А теперь…
Теперь Снейпа то и дело охватывал гнев. И почему судьбе угодно над ним потешаться? Когда-то он страстно желал, чтобы на него смотрели такими глазами, полными тепла и нежности. Он отчаянно сожалел, что не смог зажечь такого же чувства в Лили. Но время упущено, и он стоит на пороге смерти, с абсолютно пустым сердцем.
Дни, когда Хогвартс посещали родители, причиняли Северусу тяжелую душевную боль, воскрешая воспоминания о матери. Он с удовольствием закрылся бы в своем кабинете, но должность декана не позволяла ему этого. Улыбаясь очередной парочке и расхваливая их чадо, профессор услышал, как его окликнул дрожащий голос.
— Я бы хотела представить вам своих родителей.
Он обернулся и увидел Грейнджер, на ее щеках играл румянец от легкого испуга и любопытства. Северусу понадобилось все самообладание, чтобы не отшатнуться, когда к нему приблизилась улыбающаяся женщина.
— Я очень рада знакомству с вами! Гермиона не перестает расхваливать ваш педагогический талант!
Женщина продолжала говорить ничего не значащие любезности, а Северус с облегчением перевел дыхание. Эти люди не подозревают, какие на самом деле чувства испытывает их дочь по отношению к своему преподавателю, пребывая в блаженной уверенности, что она еще дитя. Мистер Грейнджер пожал ему руку. Снейп выдавил из себя несколько общих фраз и попытался уйти.
— Я бы хотел с вами поговорить, надеюсь, Джейн и Гермиона извинят нас. Это не займет много времени, уверяю вас.
Они отошли на несколько шагов, мистер Грейнджер тяжело вздохнул.
— Вы не могли бы рассказать, что происходит в вашем мире? Я понимаю, просьба довольно странная, но… Я беспокоюсь за Гермиону и хочу быть уверенным, что ей ничего не грозит.
Северус не знал, что на это ответить. Солгать человеку, который пытается уберечь свое дитя, он не мог, а от правды будет, пожалуй, больше вреда, чем пользы.
— До тех пор, пока ваша дочь находится на территории Хогвартса, ей ничего не грозит.
Верил ли он сам в эти слова, Северус не знал. Самым ужасным было то, что уверенность тут же зажглась в глазах его собеседника. Взглянув на свою студентку, профессор увидел ее сияющее лицо. Вместе с матерью она радостно приветствовала надежду магического мира Поттера и младшую Уизли. Стоило ли сомневаться, что ради своих друзей эта девочка пожертвует своей жизнью? Магический дар дочери обернется для ее родителей проклятием. Яркой вспышкой пронеслись в памяти лица убитых горем мистера и миссис Эванс.
Снейп отогнал от себя это воспоминание и еще раз взглянул на Грейнджер. Девушка, улыбаясь, слушала Поттера, болтавшего без умолку, но почувствовала его взгляд и повернулась. Северус увидел её радость, и его вновь охватил гнев. Глупо отвечать на щенячьи восторги! Но разве можно обмануть доверие, которое светится в глазах, устремленных на него?
Сославшись на занятость, профессор ушел из Большого зала. Совсем недавно Лорд заинтересовался людьми, чья смерть может причинить Поттеру наибольшие страдания. Нельзя допустить, чтобы Грейнджер погибла! Он сейчас же отправится к Дамблдору и предупредит его об опасности.
Внезапно Северус словно погрузился в омут памяти.
— Умоляю вас, спасите Лили!
— А что я получу взамен?
Воспоминания замелькали с ужасающей быстротой, вызывая головокружение.
— Это ты виноват в их смерти! Предатель!
— Вы обещали, что защитите ее!
— Наступит время, когда Гарри Поттеру нужно будет открыть правду!
— Expecto Patronum!
— Лили…
Северус остановился. Он вдруг понял, какую чудовищную ошибку совершил. Он с самого начала должен был больше доверять себе и сам защитить Лили! А теперь Гермиона нуждалась в его защите, и он не вправе перепоручать это кому бы то ни было! И вместо апартаментов Дамблдора Северус отправился в свой кабинет.
Перед ним все время стояло лицо гриффиндорки. Как она радовалась, когда разговаривала с матерью и Поттером! Но разве не ему предназначалась самая нежная улыбка? Разве не на него она возлагала все свои надежды? Внезапно ему захотелось стать частью ее мира. Разум твердил, что это желание абсурдно. Им не суждено быть вместе, но нежность ее взгляда у него никто не в силах отнять. И обретя безосновательную надежду, его сердце пропустило удар…
Закрывшись в своем кабинете, Северус вновь погрузился в одиночество, но оно больше не казалось ему пустым. И мысль о смерти как о долгожданном избавлении стала ему ненавистна…
Из-за стола вдруг выскочила всезнайка Грейнджер и поспешила покинуть Большой зал. Декан Слизерина с удивлением следил за студенткой, и на какой-то миг их взгляды встретились. Северус словно окунулся в поток света, который излучали ее глаза. Северус вспомнил, как Грейнджер просила его рассказать побольше о мире магии… И неумелые попытки завязать разговоры о зельях и ЗОТИ! Северус считал ее расчетливой карьеристкой, желающей произвести на него впечатление. А теперь…
Теперь Снейпа то и дело охватывал гнев. И почему судьбе угодно над ним потешаться? Когда-то он страстно желал, чтобы на него смотрели такими глазами, полными тепла и нежности. Он отчаянно сожалел, что не смог зажечь такого же чувства в Лили. Но время упущено, и он стоит на пороге смерти, с абсолютно пустым сердцем.
Дни, когда Хогвартс посещали родители, причиняли Северусу тяжелую душевную боль, воскрешая воспоминания о матери. Он с удовольствием закрылся бы в своем кабинете, но должность декана не позволяла ему этого. Улыбаясь очередной парочке и расхваливая их чадо, профессор услышал, как его окликнул дрожащий голос.
— Я бы хотела представить вам своих родителей.
Он обернулся и увидел Грейнджер, на ее щеках играл румянец от легкого испуга и любопытства. Северусу понадобилось все самообладание, чтобы не отшатнуться, когда к нему приблизилась улыбающаяся женщина.
— Я очень рада знакомству с вами! Гермиона не перестает расхваливать ваш педагогический талант!
Женщина продолжала говорить ничего не значащие любезности, а Северус с облегчением перевел дыхание. Эти люди не подозревают, какие на самом деле чувства испытывает их дочь по отношению к своему преподавателю, пребывая в блаженной уверенности, что она еще дитя. Мистер Грейнджер пожал ему руку. Снейп выдавил из себя несколько общих фраз и попытался уйти.
— Я бы хотел с вами поговорить, надеюсь, Джейн и Гермиона извинят нас. Это не займет много времени, уверяю вас.
Они отошли на несколько шагов, мистер Грейнджер тяжело вздохнул.
— Вы не могли бы рассказать, что происходит в вашем мире? Я понимаю, просьба довольно странная, но… Я беспокоюсь за Гермиону и хочу быть уверенным, что ей ничего не грозит.
Северус не знал, что на это ответить. Солгать человеку, который пытается уберечь свое дитя, он не мог, а от правды будет, пожалуй, больше вреда, чем пользы.
— До тех пор, пока ваша дочь находится на территории Хогвартса, ей ничего не грозит.
Верил ли он сам в эти слова, Северус не знал. Самым ужасным было то, что уверенность тут же зажглась в глазах его собеседника. Взглянув на свою студентку, профессор увидел ее сияющее лицо. Вместе с матерью она радостно приветствовала надежду магического мира Поттера и младшую Уизли. Стоило ли сомневаться, что ради своих друзей эта девочка пожертвует своей жизнью? Магический дар дочери обернется для ее родителей проклятием. Яркой вспышкой пронеслись в памяти лица убитых горем мистера и миссис Эванс.
Снейп отогнал от себя это воспоминание и еще раз взглянул на Грейнджер. Девушка, улыбаясь, слушала Поттера, болтавшего без умолку, но почувствовала его взгляд и повернулась. Северус увидел её радость, и его вновь охватил гнев. Глупо отвечать на щенячьи восторги! Но разве можно обмануть доверие, которое светится в глазах, устремленных на него?
Сославшись на занятость, профессор ушел из Большого зала. Совсем недавно Лорд заинтересовался людьми, чья смерть может причинить Поттеру наибольшие страдания. Нельзя допустить, чтобы Грейнджер погибла! Он сейчас же отправится к Дамблдору и предупредит его об опасности.
Внезапно Северус словно погрузился в омут памяти.
— Умоляю вас, спасите Лили!
— А что я получу взамен?
Воспоминания замелькали с ужасающей быстротой, вызывая головокружение.
— Это ты виноват в их смерти! Предатель!
— Вы обещали, что защитите ее!
— Наступит время, когда Гарри Поттеру нужно будет открыть правду!
— Expecto Patronum!
— Лили…
Северус остановился. Он вдруг понял, какую чудовищную ошибку совершил. Он с самого начала должен был больше доверять себе и сам защитить Лили! А теперь Гермиона нуждалась в его защите, и он не вправе перепоручать это кому бы то ни было! И вместо апартаментов Дамблдора Северус отправился в свой кабинет.
Перед ним все время стояло лицо гриффиндорки. Как она радовалась, когда разговаривала с матерью и Поттером! Но разве не ему предназначалась самая нежная улыбка? Разве не на него она возлагала все свои надежды? Внезапно ему захотелось стать частью ее мира. Разум твердил, что это желание абсурдно. Им не суждено быть вместе, но нежность ее взгляда у него никто не в силах отнять. И обретя безосновательную надежду, его сердце пропустило удар…
Закрывшись в своем кабинете, Северус вновь погрузился в одиночество, но оно больше не казалось ему пустым. И мысль о смерти как о долгожданном избавлении стала ему ненавистна…
Страница 6 из 6
