Череда мрачных и загадочных убийств в американском городе Атланта, штат Джорджия, растянувшаяся на много месяцев и едва не ставшая причиной вооружённого гражданского противостояния, и поныне остаётся своеобразным камнем преткновения для историков криминалистики.
142 мин, 40 сек 21401
Тщательное исследование кожи и одежды погибшего привело к обнаружению малозаметных волокон, принадлежавших некоему синтетическому ворсистому материалу. Вплоть до декабря 1980 г. считалось, что эти микроследы оставлены пледом, которым патрульные полицейские накрыли труп, во избежании попадания на него дождя. Лишь в декабре 1980 г., когда эти волокна в ряду прочих вещественных улик по делу «похитителя подростков» попали в распоряжение ФБР, выяснилось, что на самом деле найденные ворсинки появились на трупе в результате прикосновений к двум разнородным материалам: одним из них действительно был плед из полицейской машины, а другим оказалась синтетическая ткань, используемая для обивки салонов автомобилей. Трасологи из ФБР даже предположительно назвали тип машины, для которого использовался этот материал:«форд» LTD. Никто из родственников или друзей погибшего млаьчика такой машины не имел; исходя из этого с большой долей вероятности можно было предполагать, что преступник передвигается именно на машине такого типа. Стефенс оказался третьей по счёту жертвой неизвестного преступника, одежда которого сохранила следы обивочного материала (напомним, что до него аналогичные следы — хотя и не идентичные! — были обнаружены на одежде Альфреда Эванса и Эрика Миддлбрукса).
Двоюродная сестра Стефенса проживала в районе Карвер-хомз, застроенном низкобюджетным социальным жильём и притом весьма опасном ввиду явной маргинальности многих его обитателей. Полиции была известна довольно многочисленная группа молодых педерастов, проживавших в Карвер-хомз, и сбившаяся в настоящую молодёжную банду. Члены этой группировки подрабатывали гомопроституцией, имели приводы в полицию за разного рода правонарушения, были замечены в активных попытках вовлечения молодых людей в свои ряды; имелась информация о совершённых членами этой банды изнасилованиях детей и подростков. Поскольку Чарльз Стефенс нередко ездил в гости к двоюродной сестре, полиция заподозрила, что 9 октября он стал жертвой нападения гомосексуалистов.
Группировка агрессивных педерастов попала под мощный полицейский прессинг; её членов в течение нескольких дней задержали за самые незначительные правонарушения и подвергли продолжительным допросам, стремясь получить признательные показания. Кроме того, члены банды проверялись на наличие alibi во время гибели других подростков. Несмотря на высокую достоверность версии о «педерастах-насильниках», убивших Стефенса, никакой информации, подтверждавшей их причастность к гибели мальчика, получить так и не удалось. Остаётся добавить, что все члены упомянутой группы молодых педерастов скончались от СПИДа в течение ближайших трёх лет.
В самом скором времени полиция получила информацию, направившую её активность в другое русло. Некий уличный торговец наркотиками, являвшийся по совместительству полицейским информатором, сообщил 11 октября, что вечером 9 октября он сел в автомашину, дабы продать её владельу «дозу». Разговорившись с «клиентом», он обернулся и увидел на заднем сидении тело мальчика, прикрытое целлофановой плёнкой и пледом. Ребёнок казался безжизненным и по словам информатора походил на Стефенса. «Клиент» заверил наркоторговца в том, что никакого криминала тут нет, мальчкик просто уснул. По словам информатора он знал этого покупателя, который, якобы, был известен как педофил. Информатор уверял, что может вывести полицию на этого человека и дать под присягой изобличающие его показания, но просил за эту услугу крупную сумму денег.
Полиция затеяла с информатором довольно сложную и растянувшуюся во времени комбинацию, призванную проверить соответствие его слов истине. Риск потерять деньги был очень велик; наркоторговец для суда был далеко не лучшим свидетелем, заплатив ему деньги, полицейские вполне могли получить взамен сведения, которые в суде не представили бы абсолютно никакой ценности. В конце-концов, было установлено, что информатор имел большой долг, который ему требовалось немедленно погасить, а потому весь его рассказ был расценен как попытка «срубить денег по-лёгкому». В конечном итоге полиция отказалась от сделки с наркоторговцем-информатором, сочтя его рассказ недостоверным.
Двоюродная сестра Стефенса проживала в районе Карвер-хомз, застроенном низкобюджетным социальным жильём и притом весьма опасном ввиду явной маргинальности многих его обитателей. Полиции была известна довольно многочисленная группа молодых педерастов, проживавших в Карвер-хомз, и сбившаяся в настоящую молодёжную банду. Члены этой группировки подрабатывали гомопроституцией, имели приводы в полицию за разного рода правонарушения, были замечены в активных попытках вовлечения молодых людей в свои ряды; имелась информация о совершённых членами этой банды изнасилованиях детей и подростков. Поскольку Чарльз Стефенс нередко ездил в гости к двоюродной сестре, полиция заподозрила, что 9 октября он стал жертвой нападения гомосексуалистов.
Группировка агрессивных педерастов попала под мощный полицейский прессинг; её членов в течение нескольких дней задержали за самые незначительные правонарушения и подвергли продолжительным допросам, стремясь получить признательные показания. Кроме того, члены банды проверялись на наличие alibi во время гибели других подростков. Несмотря на высокую достоверность версии о «педерастах-насильниках», убивших Стефенса, никакой информации, подтверждавшей их причастность к гибели мальчика, получить так и не удалось. Остаётся добавить, что все члены упомянутой группы молодых педерастов скончались от СПИДа в течение ближайших трёх лет.
В самом скором времени полиция получила информацию, направившую её активность в другое русло. Некий уличный торговец наркотиками, являвшийся по совместительству полицейским информатором, сообщил 11 октября, что вечером 9 октября он сел в автомашину, дабы продать её владельу «дозу». Разговорившись с «клиентом», он обернулся и увидел на заднем сидении тело мальчика, прикрытое целлофановой плёнкой и пледом. Ребёнок казался безжизненным и по словам информатора походил на Стефенса. «Клиент» заверил наркоторговца в том, что никакого криминала тут нет, мальчкик просто уснул. По словам информатора он знал этого покупателя, который, якобы, был известен как педофил. Информатор уверял, что может вывести полицию на этого человека и дать под присягой изобличающие его показания, но просил за эту услугу крупную сумму денег.
Полиция затеяла с информатором довольно сложную и растянувшуюся во времени комбинацию, призванную проверить соответствие его слов истине. Риск потерять деньги был очень велик; наркоторговец для суда был далеко не лучшим свидетелем, заплатив ему деньги, полицейские вполне могли получить взамен сведения, которые в суде не представили бы абсолютно никакой ценности. В конце-концов, было установлено, что информатор имел большой долг, который ему требовалось немедленно погасить, а потому весь его рассказ был расценен как попытка «срубить денег по-лёгкому». В конечном итоге полиция отказалась от сделки с наркоторговцем-информатором, сочтя его рассказ недостоверным.
Страница 15 из 45
