Череда мрачных и загадочных убийств в американском городе Атланта, штат Джорджия, растянувшаяся на много месяцев и едва не ставшая причиной вооружённого гражданского противостояния, и поныне остаётся своеобразным камнем преткновения для историков криминалистики.
142 мин, 40 сек 21417
Подобное изменение поведенческого стереотипа могло свидетельствовать как об укреплении уверенности убийцы в собственных силах, так и о том, что на место прежнего «охотника за мальчиками» заступил другой маньяк. Причём, второе предположение представляется даже более убедительным, нежели первое. В самом деле, к февралю 1981 г. на счету неизвестного убийцы по самым скромным подсчётам было уже около 15 жертв; если его поведение на самом деле изменилось только потому, что преступник стал чувствовать себя увереннее, то оставалось совершенно непонятным почему такая уверенность возникла именно теперь. Криминалистический опыт показывает, что сколь-нибудь заметные изменения«сигнатуры» убийцы (т. е. набора наиболее предпочтительных для преступника способов совершения преступления, приводящий к оставлению им индивидуальных характеристических следов на трупе и предметах окружающей обстановки) возможны только в начале преступного пути. В ходе первых 2-3-5 преступных эпизодов убийца может экспериментировать с оружием, способом нападения, сознательно варьировать место и время посягательства, но после того, как он находит оптимальные на его взгляд комбинации всех необходимых условий, он остаётся им верен в дальнейшем. Сами серийный преступники признают, что они скорее откажутся от нападения, нежели решатся на ходу изменять отработанную методику, доказавшую свою эффективность на практике. Можно сказать, что все серийные убийцы, даже неорганизованные (об их классификации можно прочесть в нашем очерке «Рочестерский душитель» Артур Шоукросс«, размещённом в разделе» Серийные убийцы«) являются большими формалистами. В этой связи произвольное изменение манеры действий убийцы, наблюдавшееся в последних эпизодах, невольно наталкивало на мысль о появлении имитатора.»
Между тем, при изучении ближайшего окружения Джозефа Белла внимание сотрудников «целевой группы» привлекли довольно подозрительные совпадения. Выяснилось, что мать исчезнувшего подростка была близкой подругой старшей сестры Альфреда Эванса, исчезнувшего в июле 1979 г. и официально считавшегося«жертвой N2» «охотника за детьми». Более того, муж этой самой старшей сестры в июле 1980 г. был найден убитым, правда, его смерть официально не связывалась с убийствами подростков. Тем не менее, невозможно было не признать тот факт, что Беллы довольно хорошо знали Эвансов (справедливо и обратное утверждение).Т. о. следователи в который уже раз обратили внимание на то, что неизвестный убийца словно ходит по кругу, выбирая жертвы среди друзей и знакомых убитых прежде подростков; другими словами, преступник не хватал на улице случайных подростков, а руководствуясь некоей собственной логикой, охотился за вполне определёнными мальчиками.
Помимо этого, без внимания следователей не остался и тот факт, что лето 1980 г. Джозеф Белл провёл в молодёжном лагере, в котором подружился с некоей чернокожей девушкой Синтией Монтгомери. В сентябре 1980 г. Синтия была похищена и убита. В ходе расследования её убийства, так никогда и не раскрытого, полиция установила, что девушка была хорошо знакома с более чем 15-ю подростками из числа тех 90, что исчезли начиная с лета 1979 г. Монтгомери официально не включалась в список жертв «охотника за детьми», однако, её осведомлённость об обстоятельствах жизни большого числа загадочно погибших молодых людей заставляла рассматривать случившееся с нею как нечто большее, чем простую случайность. По здравому рассуждению, конечно, обстоятельства гибели Синтии Монтгомери следовало бы заново исследовать в рамках «главного расследования N 30», но руководство правоохранительных органов встало буквально «на дыбы» когда вопрос об этом был поставлен. Из соображений политической целесообразности высшие чиновники ни за что не хотели увеличивать список расследуемых убийств.
Полицейские и сотрудники ФБР ещё вовсю занимались розыском Джозефа Белла и опрашивали его знакомых, как 14 марта 1981 г. стало известно об исчезновении Тимоти Хилла, ещё одного чернокожего подростка. Особую мрачность случившемуся придавало то обстоятельство, что Тимоти был другом Джозефа Белла и полиция даже опрашивала первого в надежде отыскать зацепку, способную помочь в розысках последнего.
Между тем, при изучении ближайшего окружения Джозефа Белла внимание сотрудников «целевой группы» привлекли довольно подозрительные совпадения. Выяснилось, что мать исчезнувшего подростка была близкой подругой старшей сестры Альфреда Эванса, исчезнувшего в июле 1979 г. и официально считавшегося«жертвой N2» «охотника за детьми». Более того, муж этой самой старшей сестры в июле 1980 г. был найден убитым, правда, его смерть официально не связывалась с убийствами подростков. Тем не менее, невозможно было не признать тот факт, что Беллы довольно хорошо знали Эвансов (справедливо и обратное утверждение).Т. о. следователи в который уже раз обратили внимание на то, что неизвестный убийца словно ходит по кругу, выбирая жертвы среди друзей и знакомых убитых прежде подростков; другими словами, преступник не хватал на улице случайных подростков, а руководствуясь некоей собственной логикой, охотился за вполне определёнными мальчиками.
Помимо этого, без внимания следователей не остался и тот факт, что лето 1980 г. Джозеф Белл провёл в молодёжном лагере, в котором подружился с некоей чернокожей девушкой Синтией Монтгомери. В сентябре 1980 г. Синтия была похищена и убита. В ходе расследования её убийства, так никогда и не раскрытого, полиция установила, что девушка была хорошо знакома с более чем 15-ю подростками из числа тех 90, что исчезли начиная с лета 1979 г. Монтгомери официально не включалась в список жертв «охотника за детьми», однако, её осведомлённость об обстоятельствах жизни большого числа загадочно погибших молодых людей заставляла рассматривать случившееся с нею как нечто большее, чем простую случайность. По здравому рассуждению, конечно, обстоятельства гибели Синтии Монтгомери следовало бы заново исследовать в рамках «главного расследования N 30», но руководство правоохранительных органов встало буквально «на дыбы» когда вопрос об этом был поставлен. Из соображений политической целесообразности высшие чиновники ни за что не хотели увеличивать список расследуемых убийств.
Полицейские и сотрудники ФБР ещё вовсю занимались розыском Джозефа Белла и опрашивали его знакомых, как 14 марта 1981 г. стало известно об исчезновении Тимоти Хилла, ещё одного чернокожего подростка. Особую мрачность случившемуся придавало то обстоятельство, что Тимоти был другом Джозефа Белла и полиция даже опрашивала первого в надежде отыскать зацепку, способную помочь в розысках последнего.
Страница 24 из 45
