Фандом: Чип и Дейл спешат на помощь. Пятая часть гексалогии. «Захватите для меня норвежского сыра, я так давно его не ел»… — сказал Рокки Гаечке перед концертом группы «А-Khа». Мышка не придала этой фразе большого значения. Обычная просьба, как раз в духе Рокфора. Вот только он никогда раньше не упоминал, что бывал в Норвегии… Впрочем, нежелание ворошить прошлое не помешает этому самому прошлому при случае напомнить о себе. Берясь за новое дело, Спасатели считают, что оно им вполне по плечу, но вскоре понимают, что всё не так, как кажется на первый взгляд. И что охотники на сей раз не они…
306 мин, 8 сек 19120
— Ну, пошел! — грубо толкнул задумавшегося силача конвоир. С трудом удержавшийся на ногах Рокфор поплелся в указанном направлении, а именно к дверям диспетчерской, откуда в былые времена велось руководство восстановительными работами. Разношерстная орда наемников-грызунов требовала более пристального внимания и тщательного контроля, чем военные-люди, поэтому Дезире отвела диспетчерской роль темницы-гаупвахты для особо непонятливых. К их числу явно относился и Рокфор, удостоившийся персонального карцера, роль которого был призван выполнять перевернутый вверх дном выдвижной ящик несгораемого картотечного шкафа. Пыльный и исцарапанный снаружи, внутри он был вылизан до блеска, а наклеенные на потолок мощные белые светодиоды создавали ощущение прямо-таки больничной стерильности. Вырезанный автогеном прямоугольный участок передней стенки был превращен в дверь на массивных петлях, а в боковую стенку было вделано зеркало, судя по всему, одностороннее и скрывавшее упомянутую Гудбрандсдаленом веб-камеру. Сенсорный дисплей от смартфона на внутренней стенке справа от двери также присутствовал, но ничего не показывал. Точно в центре бронированной камеры к полу был приварен грубый железный стул с гнездами для продевания веревок. В обстановке явственно чувствовались основательность и инженерный подход к по-настоящему любимому делу.
— Ты меня уважаешь, — констатировал Рокфор.
— Нет, — возразила Дезире. — Просто не хочу повторить прошлую ошибку. На стул его.
— Раз так, почему я до сих пор жив? — спросил австралиец, которому пришлось подпрыгнуть, чтобы увидеть собеседницу за стеной из конвоиров.
— Хороший вопрос, — Дезире демонстративно задумалась, и усача прошиб холодный пот. — Наверное, я всё-таки слишком сентиментальна. И я ценю самоотверженность. Ты так слезно молил меня пощадить твою названную дочку, что у меня аж сердце защемило, а для этого надо сильно постараться, уж поверь. Поэтому я дарю тебе сутки. Это самое большее, что я могу для тебя сделать. Ради всего, что между нами было. Кажется, ты сказал тогда именно это?
— Да, именно… именно это… — Рокфор вновь мысленно пережил тот эпизод, и его голос дрогнул, а плечи опустились, и крысы без усилий зафиксировали его на холодном и жестком седалище. — Ей-богу, лучше б ты меня тогда утопила вместе со всеми…
— Да, — кивнула Дезире, — так было бы легче и проще. Тебе. Ну как, удобно? Ничего нигде не жмет?
— Иди ты…
— И ведь пойду, Рокки. До встречи, — она махнула рукой на дисплей, — в эфире. Нет, сюда я больше не вернусь, а то мало ли что. Я тебе уже с борта привет передам, в момент отплытия. Перед самым, так сказать, занавесом. Au revoir!
Подождав, пока возглавляемые верноподданным Мортеном крысы построятся в колонну по одному, она повернулась к двери, но была остановлена окриком Рокфора:
— Постой, Дэз! Можно вопрос?
— Что еще?
— Ты действительно помогаешь этому карасю-лунатику растопить Северный полюс?
Француженка рассмеялась.
— Растопить полюс? Рокки, ты меня разочаровываешь! Я думала, ты умней этого недобитого анчоуса!
Рокфор не стушевался.
— Значит, всё-таки двойное дно. Я так и думал. Каков же настоящий план?
— Думаешь, я тебе скажу?
— Думаю, да. Иначе зачем весь этот спектакль? Ты же хотела вдоволь поглумиться, заставить меня прочувствовать всю глубину бессилия, все грани отчаяния. Я же Спасатель, для меня нет пытки хуже, чем осознание того, что я не смог помешать торжеству зла. Но чтобы чувства были максимально полные и яркие, я должен знать, что именно не смог предотвратить. Так что же это?
Дезире повернулась к Мортену.
— Он крепко привязан?
— Крепче не бывает, я лично проверил.
— Хорошо, — Дезире обворожительно улыбнулась здоровой половиной лица, но всё равно подошла к стулу лишь на расстояние, с которого Рокки был не в силах достать ее рукой. — Ты знаешь, Рокки, я поражена. Определенно, тот урок пошел тебе на пользу.
— Говорю же: я был слеп, потому что верил тебе. И да, я быстро учусь. Ну, так где тут капибара порылась?
— Что ж, объясню, раз настаиваешь, — выгнув спину и сжав ладони сведенными коленками, Дезире наклонилась так, чтобы их с Рокфором лица находились на одном уровне, при этом даже не догадываясь, какими взглядами все ее подручные смотрят на ее роскошные ягодицы. Или, напротив, догадываясь слишком хорошо. — Никакого таяния льдов и подъема воды в мировом океане, само собой, не случится. Но пожар будет знатный.
— Значит, всё-таки буровая…
— Не просто буровая, а платформа «А» на месторождении Тролль. Крупнейшая платформа на крупнейшем газовом месторождении Северного моря. Представляешь, что будет с ценами на природный газ? С акциями газовых компаний? Куда там повышению уровня мирового океана!
— На бирже играешь?
— Ты меня уважаешь, — констатировал Рокфор.
— Нет, — возразила Дезире. — Просто не хочу повторить прошлую ошибку. На стул его.
— Раз так, почему я до сих пор жив? — спросил австралиец, которому пришлось подпрыгнуть, чтобы увидеть собеседницу за стеной из конвоиров.
— Хороший вопрос, — Дезире демонстративно задумалась, и усача прошиб холодный пот. — Наверное, я всё-таки слишком сентиментальна. И я ценю самоотверженность. Ты так слезно молил меня пощадить твою названную дочку, что у меня аж сердце защемило, а для этого надо сильно постараться, уж поверь. Поэтому я дарю тебе сутки. Это самое большее, что я могу для тебя сделать. Ради всего, что между нами было. Кажется, ты сказал тогда именно это?
— Да, именно… именно это… — Рокфор вновь мысленно пережил тот эпизод, и его голос дрогнул, а плечи опустились, и крысы без усилий зафиксировали его на холодном и жестком седалище. — Ей-богу, лучше б ты меня тогда утопила вместе со всеми…
— Да, — кивнула Дезире, — так было бы легче и проще. Тебе. Ну как, удобно? Ничего нигде не жмет?
— Иди ты…
— И ведь пойду, Рокки. До встречи, — она махнула рукой на дисплей, — в эфире. Нет, сюда я больше не вернусь, а то мало ли что. Я тебе уже с борта привет передам, в момент отплытия. Перед самым, так сказать, занавесом. Au revoir!
Подождав, пока возглавляемые верноподданным Мортеном крысы построятся в колонну по одному, она повернулась к двери, но была остановлена окриком Рокфора:
— Постой, Дэз! Можно вопрос?
— Что еще?
— Ты действительно помогаешь этому карасю-лунатику растопить Северный полюс?
Француженка рассмеялась.
— Растопить полюс? Рокки, ты меня разочаровываешь! Я думала, ты умней этого недобитого анчоуса!
Рокфор не стушевался.
— Значит, всё-таки двойное дно. Я так и думал. Каков же настоящий план?
— Думаешь, я тебе скажу?
— Думаю, да. Иначе зачем весь этот спектакль? Ты же хотела вдоволь поглумиться, заставить меня прочувствовать всю глубину бессилия, все грани отчаяния. Я же Спасатель, для меня нет пытки хуже, чем осознание того, что я не смог помешать торжеству зла. Но чтобы чувства были максимально полные и яркие, я должен знать, что именно не смог предотвратить. Так что же это?
Дезире повернулась к Мортену.
— Он крепко привязан?
— Крепче не бывает, я лично проверил.
— Хорошо, — Дезире обворожительно улыбнулась здоровой половиной лица, но всё равно подошла к стулу лишь на расстояние, с которого Рокки был не в силах достать ее рукой. — Ты знаешь, Рокки, я поражена. Определенно, тот урок пошел тебе на пользу.
— Говорю же: я был слеп, потому что верил тебе. И да, я быстро учусь. Ну, так где тут капибара порылась?
— Что ж, объясню, раз настаиваешь, — выгнув спину и сжав ладони сведенными коленками, Дезире наклонилась так, чтобы их с Рокфором лица находились на одном уровне, при этом даже не догадываясь, какими взглядами все ее подручные смотрят на ее роскошные ягодицы. Или, напротив, догадываясь слишком хорошо. — Никакого таяния льдов и подъема воды в мировом океане, само собой, не случится. Но пожар будет знатный.
— Значит, всё-таки буровая…
— Не просто буровая, а платформа «А» на месторождении Тролль. Крупнейшая платформа на крупнейшем газовом месторождении Северного моря. Представляешь, что будет с ценами на природный газ? С акциями газовых компаний? Куда там повышению уровня мирового океана!
— На бирже играешь?
Страница 63 из 87
