Severus' Dreams

— Все как обычно, — ответил Эрни, достав из кармана кусок пергамента и написав на нем инструкции. — Я пропишу исцеляющее нервы зелье, его нужно принимать два раза в день. Пусть волшебная палочка будет с ним. Вы правы в том, что она помогает сфокусировать магию. Если он почувствует себя хорошо, то завтра он может подняться с кровати. Если его состояние ухудшится, то свяжитесь со мной через камин или пошлите патронуса, если меня не будет на месте. — Эрни протянул пергамент Джинни. — Не оставляйте его одного следующие несколько дней. А по ночам пусть за ним приглядывает домашний эльф.

Джинни с Гарри с ухмылкой переглянулись. Как бы Кричер ни заботился о детях, они никогда не позволяли ему сидеть с ними, когда те болели. В отличие от многих родителей из чистокровных семей Гарри с Джинни предпочитали лично держать руку на пульсе.

Гарри вздохнул поглубже и решился задать вопрос, беспокоивший его с того самого момента, как Тим назвал его «мистером Поттером» и посмотрел на него с закрытым, испуганным выражением на лице.

— Как думаешь… эти события отбросят его назад? — он сглотнул. — Эти раны могут вновь активировать нанесенные Круциатусом повреждения?

Никому еще не удавалось получить столь сильные повреждения от этого проклятья и полностью оправиться, как было с Тимом. Многие подозревали, что во время последнего года войны были и другие, на кого накладывали Круциатус столь же часто, но всех их тайно излечил с помощью своего зелья Снейп. Так что Тим был единственным их практическим случаем подобного рода, если не считать Алису Лонгботтом.

— Небольшая встряска мозга едва ли обесценит действие зелья, Гарри, — уверенно заявила Джинни. Она всегда верила в это зелье больше его. И Гарри вовсе не хотелось думать о причинах этого. — У меня ведь никогда не было с этим проблем.

Целитель кивнул.

— Верно. Говорю же вам, насколько я вижу, это исключительно физическая травма. Я вернусь завтра и проверю его состояние. Думаю, стандартного исцеляющего зелья хватит. Не думаю, что нам потребуется что-то более конкретное, — сказал Эрни. — Только не удивляйтесь, если он… ну, будет вести себя немного странно, пока к нему не вернется память.

— О чем ты? — обеспокоенно спросила Джинни. Она обхватила Гарри за пояс, а он в ответ обнял ее за плечи. В прошлом у них уже был опыт со «странным поведением» Тима. И больше им через это проходить не хотелось.

— Ну, это одна из причин, по которым я не хочу, чтобы вы оставляли его одного, — сказал Эрни, скрещивая руки и опираясь на стену. — Травмы головы очень непоследовательны в своем воздействии. Вы заметите, что он, вероятно, будет помнить большинство людей, но не будет помнить свои с ними взаимоотношения.

— Так и было в школе, — подтвердил Гарри. — Он знал почти всех, но не знал, какое место занимает среди нас. Снова начал называть меня «мистером Поттером»,

— К сожалению, травматичные воспоминания сильнее прочих. Сейчас он может помнить тебя лишь как «мистера Поттера». Еще у него, скорее всего, будут кошмары или даже флэшбэки, пока его память полностью не восстановится. Он будет угрюмым, раздражительным, возможно, даже плаксивым. Все это совершенно нормально после таких ран. На нем можно использовать легилименцию, если вы считаете, что это поможет ему успокоиться. Честно говоря, я не люблю пользоваться успокаивающими зельями после травм головы. Из-за них пациенты становятся вялыми.

Гарри и Джинни синхронно кивнули.

— Не нужно волноваться, если он будет дезориентирован день или два. Он может задавать странные вопросы, даже, может быть, не сможет вспомнить, как справиться с каким-нибудь трудным делом. Отвечайте на все его вопросы, какими бы своеобразными они ни были. Скорее всего, это подстегнет его память. Если покажется, что ему становится хуже, а не лучше, сразу же свяжитесь со мной, хорошо?

— Да, — ответил Гарри. — Я посижу с ним первым? — спросил он Джинни.

— Так, — сказал Эрни, отталкиваясь от стены. — Я тогда вас оставлю. Дайте знать, если понадоблюсь вам.

Джинни просмотрела список зелий.

— Отправлю за ними Кричера, — она в последний раз приобняла Гарри, а затем отпустила его и начала спускаться вниз, чтобы проводить Эрни. — Гарри? Хочешь, я попрошу Кричера принести вам обед наверх? — спросила она.

— Да, иди, — кивнул Гарри. Он улыбнулся Эрни и направился в комнату Тима.

— Я приду и подменю тебя, когда мама доберется до нас, — сказала Джинни через плечо. — Она только что написала, что останется у нас на ночь.

Гарри улыбнулся. На Молли всегда можно было положиться.

Дверь в спальню мальчика по-прежнему была приоткрыта, как ее и оставил Гарри, выйдя в коридор. Тим сидел на кровати все в том же положении, притворяясь, что читает. Гарри знал, что он наверняка подслушивал разговор взрослых. Он, в конце концов, и сам бы так поступил. Гарри не стал накладывать чары тишины, потому что в этом случае Тим бы, наверное, решил, что умирает, а взрослые просто не хотят говорить ему правду.

И на его месте Гарри бы вновь решил точно так же.