Severus' Dreams

— Зачем же мне это делать? — поскольку кожа у целительницы была очень темной, Северусу сложно было судить наверняка, но все же ему показалось, что она слегка побледнела, услышав слова ребенка о желании Северуса просто умереть. По крайней мере, после этого в ее голосе появились осторожные нотки.

Тим пожал плечами, отворачиваясь.

— Ты хочешь, чтобы он ушел? Он тебя пугает? — Фиби отбросила свою расслабленную позу, схватив чашку двумя руками и подавшись вперед, не сводя с ребенка напряженного взгляда. Сознания Тима коснулось легчайшее прикосновение легилименции.

Северус инстинктивно закрыл свой разум, отвлекая себя на малозначащие детали. Ее ногти были выкрашены в тот же зеленый оттенок, что и ткань мантии, с маленькими узорами из золотых крапинок. Тот же узор повторялся и на мантии, и родом он был явно не из Европы и даже не из Азии. Возможно, откуда-то из Южной Америки?

Мысленный толчок Фиби был встречен и отклонен ничего незначащими образами. Ее брови сошлись на переносице. Отставив кофе в сторону, она, не сводя глаз с мальчика, потянулась за своей волшебной палочкой в карман мантии. Указав ею на чашку, она пробормотала согревающее заклинание. Закончив с этим, она не стала убирать палочку, опустив вместо этого ее на колени.

Тим покачал головой.

— Ну, он меня немного пугает, но я совсем не хочу, чтобы он уходил, и не хочу, чтобы он… ну… умер, — вместо того, чтобы посмотреть на целительницу, ребенок опустил взгляд, дергая торчавшую из бокового шва штанов ниточку.

Фиби сделала глубокий вдох, кажется, приняв какое-то решение.

— Как думаешь, я могу с ним поговорить?

«Ну?» — подумал Тим про себя.

Северус задумался на мгновение. Его инстинкт прятаться был силен, но был ли у него какой-нибудь иной способ разрешить сложившуюся ситуацию? По крайней мере, эта Фиби показалась ему вполне компетентной. А еще она излучала магическую энергию, не уступавшую по силе магии Минервы. Ей должно было хватить сил избавить мальчика от присутствия Северуса, особенно учитывая, что он не планировал оказывать никакого сопротивления.

Но нужно было подумать и о ребенке.

— Он не хочет говорить в моем присутствии, — раздраженно сказал Тим. — Он опять развел свое «Нельзя расстраивать мальчика». — Усмешка Тима была достойна самого Северуса. — Вечно он так. Он считает, что есть вещи, о которых мне знать не следует.

— Звучит довольно неприятно, — согласилась Фиби. — Что ж, я здесь и смогу помочь тебе справиться со всем, что мы узнаем.

Если бы все было так просто.

— Он настаивает, — вздохнул Тим сокрушенно.

Фиби подняла палочку.

— А что, если мы ненадолго погрузим тебя в сон? — спросила она. — Его это устроит?

Северус задумался. Возможно, она сможет изъять его из этого тела до того, как ребенок проснется вновь.

Тима эта идея не обрадовала.

— Обещаете, что не сделаете ничего, не сказав мне? — спросил он целительницу с подозрением.

Та с серьезным видом кивнула.

— Не буду. Ну, если только не случится ничего плохого.

Ребенок, похоже, всецело ей доверял.

— Ладно, — неохотно согласился он.

— Давай ты приляжешь, милый, — мягко сказала она.

Тим притянул к себе диванную подушку и положил ее под голову. Фиби указала на него палочкой и пробормотала заклинание. Глаза Тима закрылись, и его разум погрузился в глубокий сон. В следующее мгновение глаза ребенка открыл уже Северус. Он сел и устремил на женщину взгляд.

— Здравствуйте? — заинтересовано оглядела его Фиби.

Северус вежливо кивнул.

— Здравствуйте, — он гадал, не закралась ли в ее голову мысль, что все это было лишь игрой ребенка. Если все было так, то ее ждал немалый шок. К сожалению, он не знал, как начать этот разговор.

— Так вы расскажете мне, что происходит? — спросила Фиби, вновь принимая свою позу слушателя, подперев подбородок рукой.

— Боюсь, что я и сам до конца не уверен, — начал он. Глаза Фиби расширились, когда она уловила изменения в ритме и тембре детского голоса. Детская физиология ограничивала возможности его манеры речи, что Северус остро ощущал. Голос всегда был его самой сильной чертой, мощной защитой и могущественным оружием, которое он усердно оттачивал. Однако точно так же, как он научился говорить так, чтобы даже его шепот разносился до самых уголков классной комнаты, он мог заставить детский голос работать на себя.

— Я очнулся в этом теле и не имею ни малейшего представления, как здесь оказался и как мне отсюда уйти. Мне здесь, очевидно, не место. Я более чем уверен, что мое тело похоронено в гробнице.

— Ага, — целительница обхватила палочку пальцами, медленно кивая. — Так у вас есть имя? — ее расслабленности как не бывало. Она была готова в любой момент подскочить и защищать себя. Ее глаза были прищурены и ловили каждое его движение. Северус чувствовал, как собирается ее сила, натягиваясь словно струна. С некоторым удовлетворением он понял, что она была одной из тех ведьм, кто прятал свою силу за милым фасадом и приятными манерами. Но теперь перед ним сидела женщина, которой уже доводилось иметь дело с темными силами.