Сейдъявврь

Мычание стало каким то измученным и резким… Будто зверя загоняли в угол… Ну… Я кинув обеспокоенный взгляд на своих друзей, нащупала свой фонарик и ковыляя добралась до палатки тульского и предупреждающе позвав его, одним движением открыла палатку… Народ… Меня чуть не убили… Он дернулся в мою сторону так, что словно будь у него нож, который к счастью был у костра — я бы тут ничего уже не печатала… Секундное замешательство и он с извинениями бросился мне в руки, плача… Он бормотал, что не знал, что это куйва… Что его позвали поговорить, он и пошел… Ему было интересно… Что куйва его вновь зачем то звал… Что мой друг у него что то спрашивал… Но тот ответил и отпустил… Но сейчас он рядом и ждет его решения… Знаете… Это немного странно, когда мужчина под тридцатник рыдает у тебя в руках от легкого рассказа у костра… Хотя с мозгами у человека все в порядке… В тот момент, в темноте, сжавшимся в моих руках другом — мне знаете ли стало страшно….

Да что там… У меня все перевернулось внутри… Крикнув своим, что я спать — я всю ночь полусидела — друг более-менее спокойно спал на моих коленях… Утром я вылезла по нужде — отошла от лагеря, и за большим камнем принялась за дела… Черт возьми, по возвращению, тульского не было в палатке! Я отложила кирпичи… Однако он вскоре появился — я как раз собиралась будить других — шел спокойный… Умиротворенный я бы сказала… Он с улыбкой пожелал мне доброго утра, и пошел колоть дрова… Я стояла как вкопанная… Денек намечался солнечный и я подбила своего друга, оставить московскую и тульского в лагере и помочь мне добраться до подножия горы Куйвы… Друг мой с качественной камерой кстати… Ну он согласился… Мы очень аккуратно добрались до подножия — там возвышался приличный холм, вот на него то мы и забрались… Постепенно стал подниматься ветер… Но не удивительно… Уже… Все словно привыкли к прихотям этого места… Мой друг решил подняться к самой скале куйвы… По огромным камням, которые сваливались со словно обрубленной вершины, где то там в высоте… Я видела как он понимается по камням… Ви-де-ла и следом фоткала видя в камеру… Однако сфоткав снимков 10 — уже дома, даже при самом сильном увеличении видно — моего друга на этом подъеме нет… Могу выслать любые фотки по этому рассказу… Только скажите… День был обычным… Однако ночью я спала уже со своим другом — ибо в соседней палатке во сне неразборчиво пел тульский… Я думала он сойдет с ума, и вернется к себе в тулу — психопатом… Я выбралась из спальника, и кутаясь плотнее в куртку, вылезла из палатки… Луна светила весьма ясно… Можно было разобрать основные объекты… Стараясь не опираться на больную ногу, я дошла до палатку тульского… Стоя в темноте с фонариком, рядом с его палаткой, я хорошо расслышала как он стал успокаиваться… Песни сошли на «нет» и вскоре от уже тихо похрапывал… И тут я под влиянием минуты — буркнув что то гневно себе под нос — пошла спускаться к озеру… Перебарывая боль в ноге — я вскоре спустилась к шумно накатывающими волнам — хотя ветра почти не было, можно было сказать, что озеро слегка штормит… Куйва был хорошо освещен луной… И тут я обратилась к Куйве, прося его дать мне день… День ясный, спокойный, чтобы я могла уйти отсюда и увести свои друзей в нормальном состоянии… Как во сне я вернулась в палатку, что я говорила еще на озере, какие я там известные молитвы шептала, но я четко запомнила обещание — что я больше никуда туда не вернусь, если мне позволят выйти… Нога то опухала — я уже кроссовки одела для более комфортной ходьбы — не спасала даже моя аптечка с антибиотиками и примочками… И знаете что? Утро нас встретило не привычно карканьем ворон…