Описанные ниже события произошли в августе 2001 года, к тому времени я был уже женат и работал в одной из ветеринарных клиник нашего города. Моя жена с редким именем Филиппа трудилась в сфере образования, поэтому её отпуск всегда выпадал на лето, мне же в этом смысле повезло меньше и приходилось подстраиваться, чтобы получалось отдохнуть вместе. В тот год мы планировали заграничную поездку, однако этим планам не суждено было сбыться — я потерял загранпаспорт. К моему глубокому удивлению, Филь нисколько не расстроилась, скорее даже наоборот.
Добавить в моё избранное
11 мин, 16 сек 6333
— Ты знаешь, — сказала она, выслушав мои оправдания, — По-моему, так даже лучше. Помнишь, нас Проводниковы приглашали поехать этим летом вместе с ними на Байкал? Мы им тогда отказали, теперь самое время передумать.
С семьёй Проводниковых мы дружили уже достаточно давно. Познакомила меня с ними жена. Сергей и Анна постоянно участвовали в каких-то походах, то на лыжах, то на байдарках, то просто в горы лезли, и это при том, что имели шестилетнего ребёнка, которого постоянно приходилось оставлять у родителей.
Прежде о байкальских красотах я лишь слышал, да видел пару картинок на открытках. Думать было нечего, и мы тут же связались с Проводниковыми. Выяснилось, что они, так и не найдя себе попутчиков, уже собирались было ехать вдвоём, так что наш звонок стал для них приятной неожиданностью.
— Итак, — говорил Сергей на встрече перед поездкой, — наша цель — остров Ольхон, а центральным событием будет посещение международного слета шаманов. Там соберутся шаманы со всех концов света, будут даже из Америки и Мексики! До Иркутска доберёмся самолётом, там нас будет ждать машина, на ней часа за четыре доберёмся до острова, далее через переправу «Ольхонские ворота» остановимся в посёлке Хужир.
Через неделю лихорадочных сборов и моральной подготовки мы были готовы.
отправиться в путь. Некоторые трудности возникли с оформлением авиабилетов, поскольку мы решили взять с собой Тайгу, мою овчарку.
На остров мы попали ранним утром. Над дорогой висел густой туман, видимость была всего несколько метров. Другие туристические автомобили лишь первые несколько километров оставались в пределах нашей видимости, затем неясные силуэты машин поглотил призрачный туман. Создавалось впечатление, что мы остались одни на всём острове. Слева слышались крики чаек, кружащих над невидимой поверхностью Байкала в поисках утренней добычи. Тайга заволновалась.
Внезапно с громким пронзительным криком нам в лобовое стекло едва не врезалась огромная чёрная птица. Мгновенно выскочив из плотной стены тумана, она едва успела затормозить в воздухе, расправив крылья, и резко ушла вверх, пролетев в считанных сантиметрах от лица водителя. Мы резко затормозили, девушки вскрикнули почти хором, Тайга, высунув морду в приоткрытое окно, долго и недовольно облаивала негодную птицу.
По мере приближения к посёлку туман начинал рассеиваться. К тому моменту, как мы добрались до места, настроение наше заметно улучшилось, туман рассеялся, открывая потрясающие виды величественного озера. Залюбовавшись окружавшими нас красотами, от которых перехватывало дыхание, мы и не заметили, как путь наш окончился. С виду Хужир ничем не отличался от обыкновенной деревушки, отрезанной от цивилизации сотнями километров, разве что машин здесь было необычно много.
Ощущение величественного покоя, навеваемое Байкалом, в посёлке быстро улетучилось, здесь царила суета. Машины ездили, люди спешно ходили туда-сюда. Кто-то на тачке вез большую алюминиевую флягу, вскоре мимо нас пронёсся трескучий мопед с тремя седоками, а за ним целая ватага деревенских мальчишек на велосипедах. Проехав через всё поселение, мы добрались места слёта, располагавшегося за пределами Хужира.
Толпа в лагере поражала: мужики с бубнами, перьями, тотемами, женщины в оленьих шкурах с бусами из костей, украшениями в виде разноцветных ленточек, повязанных на руки, ноги и головы. Тайга была без поводка, и, тем не менее, испуганно жалась ко мне, не в силах разобраться в бешеном калейдоскопе звуков и запахов. В воздухе кружили запахи можжевелового костра, шкур животных, сырой травы, варёного мяса, они смешивались с множеством иных, диковинных ароматов. Всё происходящее выглядело скорее как огромная ярмарка.
Был там и единственный североамериканский шаман в головном уборе из ярких перьев. Несмотря на то, что он неплохо говорил по-русски, чем вызывал сомнения в своей аутентичности, я купил у него парочку ярких бус. Мексиканская палатка была очень яркой, переполненной цветными платками и пончо. В ней за прилавком стоял лысый, загорелый, по пояс обнажённый мужчина, с разрисованным хной телом, утверждавший, что он жрец майя, и продававший книги Карлоса Кастанеды. На наш вопрос о наличии в продаже «особых» кактусов или хотя бы текилы, он ответил крайне раздражительно, очевидно, мы были далеко не первыми, кто докучал ему подобными запросами. В другой стороне от лагеря, ближе к посёлку, тусовались уже и вовсе обыкновенные неформалы, длинноволосые ребята в кожаных куртках по переменке играли на гитаре, а одетые в стиле хиппи девушки с венками на головах с упоением пели известные гитарные песни, к общему гомону происходящего примешивалось«Всё идёт по плану».
Примерно в километре от скалы Шаманки, в том месте, где мыс переходит в ровную береговую линию острова, деревья сгущались, образуя что-то вроде небольшой смешанной рощицы. На границе этой рощи полукругом сидели несколько человек.
С семьёй Проводниковых мы дружили уже достаточно давно. Познакомила меня с ними жена. Сергей и Анна постоянно участвовали в каких-то походах, то на лыжах, то на байдарках, то просто в горы лезли, и это при том, что имели шестилетнего ребёнка, которого постоянно приходилось оставлять у родителей.
Прежде о байкальских красотах я лишь слышал, да видел пару картинок на открытках. Думать было нечего, и мы тут же связались с Проводниковыми. Выяснилось, что они, так и не найдя себе попутчиков, уже собирались было ехать вдвоём, так что наш звонок стал для них приятной неожиданностью.
— Итак, — говорил Сергей на встрече перед поездкой, — наша цель — остров Ольхон, а центральным событием будет посещение международного слета шаманов. Там соберутся шаманы со всех концов света, будут даже из Америки и Мексики! До Иркутска доберёмся самолётом, там нас будет ждать машина, на ней часа за четыре доберёмся до острова, далее через переправу «Ольхонские ворота» остановимся в посёлке Хужир.
Через неделю лихорадочных сборов и моральной подготовки мы были готовы.
отправиться в путь. Некоторые трудности возникли с оформлением авиабилетов, поскольку мы решили взять с собой Тайгу, мою овчарку.
На остров мы попали ранним утром. Над дорогой висел густой туман, видимость была всего несколько метров. Другие туристические автомобили лишь первые несколько километров оставались в пределах нашей видимости, затем неясные силуэты машин поглотил призрачный туман. Создавалось впечатление, что мы остались одни на всём острове. Слева слышались крики чаек, кружащих над невидимой поверхностью Байкала в поисках утренней добычи. Тайга заволновалась.
Внезапно с громким пронзительным криком нам в лобовое стекло едва не врезалась огромная чёрная птица. Мгновенно выскочив из плотной стены тумана, она едва успела затормозить в воздухе, расправив крылья, и резко ушла вверх, пролетев в считанных сантиметрах от лица водителя. Мы резко затормозили, девушки вскрикнули почти хором, Тайга, высунув морду в приоткрытое окно, долго и недовольно облаивала негодную птицу.
По мере приближения к посёлку туман начинал рассеиваться. К тому моменту, как мы добрались до места, настроение наше заметно улучшилось, туман рассеялся, открывая потрясающие виды величественного озера. Залюбовавшись окружавшими нас красотами, от которых перехватывало дыхание, мы и не заметили, как путь наш окончился. С виду Хужир ничем не отличался от обыкновенной деревушки, отрезанной от цивилизации сотнями километров, разве что машин здесь было необычно много.
Ощущение величественного покоя, навеваемое Байкалом, в посёлке быстро улетучилось, здесь царила суета. Машины ездили, люди спешно ходили туда-сюда. Кто-то на тачке вез большую алюминиевую флягу, вскоре мимо нас пронёсся трескучий мопед с тремя седоками, а за ним целая ватага деревенских мальчишек на велосипедах. Проехав через всё поселение, мы добрались места слёта, располагавшегося за пределами Хужира.
Толпа в лагере поражала: мужики с бубнами, перьями, тотемами, женщины в оленьих шкурах с бусами из костей, украшениями в виде разноцветных ленточек, повязанных на руки, ноги и головы. Тайга была без поводка, и, тем не менее, испуганно жалась ко мне, не в силах разобраться в бешеном калейдоскопе звуков и запахов. В воздухе кружили запахи можжевелового костра, шкур животных, сырой травы, варёного мяса, они смешивались с множеством иных, диковинных ароматов. Всё происходящее выглядело скорее как огромная ярмарка.
Был там и единственный североамериканский шаман в головном уборе из ярких перьев. Несмотря на то, что он неплохо говорил по-русски, чем вызывал сомнения в своей аутентичности, я купил у него парочку ярких бус. Мексиканская палатка была очень яркой, переполненной цветными платками и пончо. В ней за прилавком стоял лысый, загорелый, по пояс обнажённый мужчина, с разрисованным хной телом, утверждавший, что он жрец майя, и продававший книги Карлоса Кастанеды. На наш вопрос о наличии в продаже «особых» кактусов или хотя бы текилы, он ответил крайне раздражительно, очевидно, мы были далеко не первыми, кто докучал ему подобными запросами. В другой стороне от лагеря, ближе к посёлку, тусовались уже и вовсе обыкновенные неформалы, длинноволосые ребята в кожаных куртках по переменке играли на гитаре, а одетые в стиле хиппи девушки с венками на головах с упоением пели известные гитарные песни, к общему гомону происходящего примешивалось«Всё идёт по плану».
Примерно в километре от скалы Шаманки, в том месте, где мыс переходит в ровную береговую линию острова, деревья сгущались, образуя что-то вроде небольшой смешанной рощицы. На границе этой рощи полукругом сидели несколько человек.
Страница 1 из 4
