Описанные ниже события произошли в августе 2001 года, к тому времени я был уже женат и работал в одной из ветеринарных клиник нашего города. Моя жена с редким именем Филиппа трудилась в сфере образования, поэтому её отпуск всегда выпадал на лето, мне же в этом смысле повезло меньше и приходилось подстраиваться, чтобы получалось отдохнуть вместе. В тот год мы планировали заграничную поездку, однако этим планам не суждено было сбыться — я потерял загранпаспорт. К моему глубокому удивлению, Филь нисколько не расстроилась, скорее даже наоборот.
Добавить в моё избранное
11 мин, 16 сек 6335
Предмет был не более пяти сантиметров в диаметре, с вкрученными в него перьями. Шаман наклонился и прикрепил его Тайге прямо на ошейник.
— Ну вот! Теперь порядок.
— Сказав это, старик словно бы отпустил овчарку, она тут же бросилась ко мне и стала тереться у ног, радостно размахивая хвостом.
— Спасибо, — растерянно проговорил я, обращаясь к шаману, который уже принимал следующего паломника. Он быстро улыбнулся мне одними глазами и тихонько кивнул.
Среди ночи я внезапно проснулся. Огляделся, не понимая, что меня разбудило. В ногах сопела Тайга, рядом жена, с другой стороны похрапывали Проводниковы в своих спальных мешках. За пределами палатки звуков не было слышно вообще, меня это насторожило. Я аккуратно выбрался наружу, стараясь никого не разбудить. Тишина была мёртвой, небо затягивали густые облака, сквозь которые еле-еле проглядывал размытый диск луны. Городок спал, вдали виднелись редкие огоньки посёлка, озера было практически не видно.
Со стороны берега очень быстро скользнула тень. Я похолодел, пригляделся — вроде никого. Резкий шорох в нескольких метрах от палатки заставил меня вновь вздрогнуть, я напряг глаза, тщетно пытаясь что-либо разглядеть. Ощущение страха нарастало, казалось, вот-вот на меня из темноты бросится кто-то… Или что-то. Вдруг меня осенило — фонарик! Осветительный прибор был немедленно направлен в сторону таинственного шума. Звук шуршащего пакета, блеск тёмного меха. Это была лиса! Наглая воровка бурой масти остервенело трепала полиэтиленовый кулёк с чьими-то продовольственными запасами. В луче достаточно мощного фонарика животина вовсе и не думала прекращать своё занятие.
Страх моментально отступил, его сменило любопытство, заставившее меня сделать шаг вперёд. Лиса отскочила в сторону, двигаясь очень быстро, так, что я едва успевал направлять в её сторону фонарик, она запрыгала из стороны в сторону, при каждом выпаде в моём направлении пригибая передние лапы и поднимая хвост, на агрессию это было не похоже. При всей нелепости своего предположения, я был уверен, что чертовка со мной играет, и стал аккуратно подходить ближе.
Лисица отбегала, затем вновь останавливалась и начинала крутиться, подобно щенку, пытающемуся схватить собственный хвост, и даже начала слега потявкивать, словно бы подманивая меня. Я подходил. Когда мы отошли от лагеря метров на триста, зверёк стал подпускать поближе к себе, фыркал, продолжая вести меня к рощице у берега. Вокруг ни души, лагерь близко, ни намека на опасность. Скоро мы оказались у границы леса, завыл ветер, деревья стали раскачиваться, в свете фонарика роща темнела мрачной глубиной. Лиса забежала в рощу, остановилась около ближайшего дерева и начала истово рыть землю. Какое-то время я наблюдал за этим зрелищем, затем решил приблизиться, мне казалось, что когти животного скребут по металлу, меня охватил азарт. И только я собирался войти в рощу, как сзади послышался хорошо знакомый мне лай.
Это была Тайга. Под горку, с невероятной скоростью неслась она в мою сторону, оглушительно гавкая. У меня зазвенело в ушах.
Не обращая на меня никакого внимания, овчарка пронеслась мимо, прямо в рощу. Я полагал, что, услышав лай, ночная гостья давно скрылась в глуши, однако ошибался. Повернув фонарик в сторону деревьев, я увидел, что лиса и Тайга яростно дерутся. Катаясь клубком, вздымая столбы пыли, они неистово впивались друг в друга зубами. Я не мог пошевелиться, мне казалось, что лисица была небольшой, но сейчас, в драке с овчаркой она, казалось, увеличилась в размерах и продолжала расти, превращаясь из милой лисички в огромного свирепого зверя.
Было темно, но мне виделось, что и Тайга тоже словно бы растёт, не уступая в размерах противнику. Всё закончилось очень быстро. Тайга выбежала из рощи, я хотел было приласкать её, но она проскочила мне за спину и что есть силы вцепилась в мою ногу, чуть пониже икры. Я почувствовал, как зубы собаки прокусывают кожу, впиваясь в мышцу, уловил, как кровь начинает струиться к ботинку, ощутил резкую жгучую боль, и… проснулся.
Какая там роща! Стоял я на краю обрыва чуть восточнее мыса Бурхан. Внизу, метрах в сорока, тёмная вода Байкала омывала острые скалы. Тайга вцепилась мне в ногу, действительно прокусила её и мощно тянула назад, прочь от обрыва. Со стороны лагеря слышался крик жены, Филь бежала ко мне по склону. Секунду я не понимал, что происходит, затем ослабел, поддался усилиям собаки, отклонился от обрыва назад и рухнул на спину, едва не придавив Тайгу. Она стала бегать вокруг, непонимающе смотрела на меня, обнюхивала, оберег на её ошейнике был ободран и лишился перьев.
Наутро мы спешно покинули Ольхон, а через три дня уже были дома. Прокушенная нога меня особо не беспокоила, куда сильнее тревожил впервые приключившийся со мной приступ лунатизма и то сновидение, что я при этом переживал, оно было невероятно ярким, подробным, реалистичным и запомнилось во всех деталях.
— Ну вот! Теперь порядок.
— Сказав это, старик словно бы отпустил овчарку, она тут же бросилась ко мне и стала тереться у ног, радостно размахивая хвостом.
— Спасибо, — растерянно проговорил я, обращаясь к шаману, который уже принимал следующего паломника. Он быстро улыбнулся мне одними глазами и тихонько кивнул.
Среди ночи я внезапно проснулся. Огляделся, не понимая, что меня разбудило. В ногах сопела Тайга, рядом жена, с другой стороны похрапывали Проводниковы в своих спальных мешках. За пределами палатки звуков не было слышно вообще, меня это насторожило. Я аккуратно выбрался наружу, стараясь никого не разбудить. Тишина была мёртвой, небо затягивали густые облака, сквозь которые еле-еле проглядывал размытый диск луны. Городок спал, вдали виднелись редкие огоньки посёлка, озера было практически не видно.
Со стороны берега очень быстро скользнула тень. Я похолодел, пригляделся — вроде никого. Резкий шорох в нескольких метрах от палатки заставил меня вновь вздрогнуть, я напряг глаза, тщетно пытаясь что-либо разглядеть. Ощущение страха нарастало, казалось, вот-вот на меня из темноты бросится кто-то… Или что-то. Вдруг меня осенило — фонарик! Осветительный прибор был немедленно направлен в сторону таинственного шума. Звук шуршащего пакета, блеск тёмного меха. Это была лиса! Наглая воровка бурой масти остервенело трепала полиэтиленовый кулёк с чьими-то продовольственными запасами. В луче достаточно мощного фонарика животина вовсе и не думала прекращать своё занятие.
Страх моментально отступил, его сменило любопытство, заставившее меня сделать шаг вперёд. Лиса отскочила в сторону, двигаясь очень быстро, так, что я едва успевал направлять в её сторону фонарик, она запрыгала из стороны в сторону, при каждом выпаде в моём направлении пригибая передние лапы и поднимая хвост, на агрессию это было не похоже. При всей нелепости своего предположения, я был уверен, что чертовка со мной играет, и стал аккуратно подходить ближе.
Лисица отбегала, затем вновь останавливалась и начинала крутиться, подобно щенку, пытающемуся схватить собственный хвост, и даже начала слега потявкивать, словно бы подманивая меня. Я подходил. Когда мы отошли от лагеря метров на триста, зверёк стал подпускать поближе к себе, фыркал, продолжая вести меня к рощице у берега. Вокруг ни души, лагерь близко, ни намека на опасность. Скоро мы оказались у границы леса, завыл ветер, деревья стали раскачиваться, в свете фонарика роща темнела мрачной глубиной. Лиса забежала в рощу, остановилась около ближайшего дерева и начала истово рыть землю. Какое-то время я наблюдал за этим зрелищем, затем решил приблизиться, мне казалось, что когти животного скребут по металлу, меня охватил азарт. И только я собирался войти в рощу, как сзади послышался хорошо знакомый мне лай.
Это была Тайга. Под горку, с невероятной скоростью неслась она в мою сторону, оглушительно гавкая. У меня зазвенело в ушах.
Не обращая на меня никакого внимания, овчарка пронеслась мимо, прямо в рощу. Я полагал, что, услышав лай, ночная гостья давно скрылась в глуши, однако ошибался. Повернув фонарик в сторону деревьев, я увидел, что лиса и Тайга яростно дерутся. Катаясь клубком, вздымая столбы пыли, они неистово впивались друг в друга зубами. Я не мог пошевелиться, мне казалось, что лисица была небольшой, но сейчас, в драке с овчаркой она, казалось, увеличилась в размерах и продолжала расти, превращаясь из милой лисички в огромного свирепого зверя.
Было темно, но мне виделось, что и Тайга тоже словно бы растёт, не уступая в размерах противнику. Всё закончилось очень быстро. Тайга выбежала из рощи, я хотел было приласкать её, но она проскочила мне за спину и что есть силы вцепилась в мою ногу, чуть пониже икры. Я почувствовал, как зубы собаки прокусывают кожу, впиваясь в мышцу, уловил, как кровь начинает струиться к ботинку, ощутил резкую жгучую боль, и… проснулся.
Какая там роща! Стоял я на краю обрыва чуть восточнее мыса Бурхан. Внизу, метрах в сорока, тёмная вода Байкала омывала острые скалы. Тайга вцепилась мне в ногу, действительно прокусила её и мощно тянула назад, прочь от обрыва. Со стороны лагеря слышался крик жены, Филь бежала ко мне по склону. Секунду я не понимал, что происходит, затем ослабел, поддался усилиям собаки, отклонился от обрыва назад и рухнул на спину, едва не придавив Тайгу. Она стала бегать вокруг, непонимающе смотрела на меня, обнюхивала, оберег на её ошейнике был ободран и лишился перьев.
Наутро мы спешно покинули Ольхон, а через три дня уже были дома. Прокушенная нога меня особо не беспокоила, куда сильнее тревожил впервые приключившийся со мной приступ лунатизма и то сновидение, что я при этом переживал, оно было невероятно ярким, подробным, реалистичным и запомнилось во всех деталях.
Страница 3 из 4
