Эту историю поведала нам как-то хмурым зимним вечером бабушка. Были каникулы, и мы направлялись в гости к дальним родственникам в город Якутск. Хотя ехать было недалеко, чуть больше 100 километров, я весь изнылся, мне не сиделось на одном месте, и чтобы развлечь меня, она поведала нам с братьями эту байку.
Добавить в моё избранное
4 мин, 14 сек 9415
В старые времена, когда еще не было этой каменной дороги (так она называла асфальт), мы с твоим дедом решили, так же как и сегодня, навестить наших родичей. В ту пору поездка была целым событием, мы готовились почти месяц. Собирали гостинцы для родственников и друзей, управлялись с домашним хозяйством, давали наставления остающимся дома детям. Ремонтировали теплую одежду, если та в этом нуждалась, проверяли упряжь и так далее Наконец-то мы с дедом собрались и рано утром выехали по санной дороге в сторону Якутска, ехать до него предстояло столько же, сколько и сейчас, но дорога шла по другой стороне, мы проезжали через все деревни и села на нашем пути. Так как бык шел очень медленно, то дорога занимала у нас два дня, поэтому в пути мы ночевали в селе Техтюр. Там жили наши родственники по отцовской линии, дядя Хабырыс и тетя Элюна. В этот раз мы также остановились у них. Однако в эту поездку мы приехали очень поздно, так как по дороге мы заезжали к нашей бабке Дьэбдэй, и задержались у нее. У наших родственников в этот день уже были гости, также родственники, но со стороны жены нашего дяди Хабырыса.
Поэтому располагаться на ночлег нам пришлось по разным комнатам. Мне отвели место у дверей в женской половине дома, а деду постелили в старом хотоне, так называют якуты хлев для скота. Прежде чем пойти спать, я натопила печку в хотоне, так как там было довольно холодно, разогрела ужин и расстелила постель для деда. После, пожелав ему спокойной ночи, я ушла в женскую половину дома. Так как кровать моя была у самой двери, то мне не пришлось ее долго искать. Так как спать тогда мы ложились практически не раздеваясь из-за холодов, то я быстро заснула. Разбудил меня какой-то шорох в углу. Я открыла глаза, но в комнате было темно, только было слышно, как сопели во сне люди на соседних кроватях. Некоторое время я лежала не двигаясь, шорох не прекращался. Неожиданно практически не прекращавшийся шорох переместился ближе. Решив, что это кошка или собака, я уже было хотела перевернуться на другой бок и продолжить спать, как вдруг меня коснулась чья-то рука. Судя по ощущению, она была детская. Я привстала и увидела маленькую девочку, она была одета в нарядное платье, на голове у нее был искусно вышитый обруч для волос, бастынга. Я тут же решила, что это ребенок, который приехал в гости, с родителями, и спросила у нее шепотом:
— Как тебя зовут?
— Айталина, — так же шепотом ответила моя ночная гостья.
— Какое красивое у тебя имя, — заметила я и снова спросила:
— Почему ты не спишь? Тебе не холодно? Она ответила:
— Я ходила в туалет и немного замерзла. Можно к тебе лечь, чтобы согреться?
— Да, конечно, — ответила я. Тогда у меня не было детей, и это меня очень расстраивало, хотя мы жили в счастливом браке с твоим дедушкой уже три года. Девочка без долгих уговоров залезла на кровать, под одеяло и прижалась ко мне. Немного полежав молча, она попросила меня рассказать ей сказку, и я ей рассказала историю про старуху Бэйберикян и ее пять коров. Девочке очень понравилась, как я рассказывала и она вдруг спросила меня, есть ли у меня дети, а когда я сказала, что нет, очень удивилась, и сказал мне, чтобы я не расстраивалась, что у меня будет много детей. Так за разговорами мы и заснули. Утром, когда я поднялась, в комнате уже никого не было. За столом мы также были одни, не считая хозяев. Гости их уехали рано утром. Тетка Элюна, когда мы с ней после завтрака остались одни, сказала что гости, которые приезжали к ним, просили передать мне берестяной туесок, и поинтересовалась, откуда я знаю приезжавших к ним гостей. Когда выяснилось, что я не знаю их, она встревожилась, так как в гостях у них были не просто гости. Это была ее дальняя тетка, удаганка по имени Алыаар, что значит по русски Окуниха. Она считается очень сильной шаманкой, как рассказывала мне тетка. В этот раз она приезжала по просьбе жены местного князца Мамыка, лечить его жену от бесплодия, но уехала ни с чем. Так как жена Мамыка, строптивая Туйаара Куо, была дочерью улусного головы Кюстэх Уйбаана. Она получила в городе образование и отказалась от того, чтобы помогать какой-то деревенщине. Я взяла туесок, протянутый мне хозяйкой и открыла его, в нем лежала бастынга Айталины, моей ночной гостьи. Когда я поведала удивленной тетке ночную историю, то повергла ее в больший шок. Оказалась, что никакого ребенка с удаганкой не было, только сопровождавшие ее служанки. Под шепот встревоженной хозяйки мы с Беккой собрались и уехали в город. Погостив там некоторое время, вернулись домой. К великой радости всей нашей родни, через год я родила своего первенца, твоего дядю Айала, а затем, еще двенадцать детей, но самым большим чудом было то, что все они выжили, а ведь времена были такие, что каждый второй новорожденный умирал, не дожив и до года. Вот такая история, — улыбнулась бабушка, — А как же князь Мамык? — спросил я.
— Жена так и не родила ему детей, он развелся с ней, а после революции следы его затерялись, — закончила свой рассказ бабушка.
Поэтому располагаться на ночлег нам пришлось по разным комнатам. Мне отвели место у дверей в женской половине дома, а деду постелили в старом хотоне, так называют якуты хлев для скота. Прежде чем пойти спать, я натопила печку в хотоне, так как там было довольно холодно, разогрела ужин и расстелила постель для деда. После, пожелав ему спокойной ночи, я ушла в женскую половину дома. Так как кровать моя была у самой двери, то мне не пришлось ее долго искать. Так как спать тогда мы ложились практически не раздеваясь из-за холодов, то я быстро заснула. Разбудил меня какой-то шорох в углу. Я открыла глаза, но в комнате было темно, только было слышно, как сопели во сне люди на соседних кроватях. Некоторое время я лежала не двигаясь, шорох не прекращался. Неожиданно практически не прекращавшийся шорох переместился ближе. Решив, что это кошка или собака, я уже было хотела перевернуться на другой бок и продолжить спать, как вдруг меня коснулась чья-то рука. Судя по ощущению, она была детская. Я привстала и увидела маленькую девочку, она была одета в нарядное платье, на голове у нее был искусно вышитый обруч для волос, бастынга. Я тут же решила, что это ребенок, который приехал в гости, с родителями, и спросила у нее шепотом:
— Как тебя зовут?
— Айталина, — так же шепотом ответила моя ночная гостья.
— Какое красивое у тебя имя, — заметила я и снова спросила:
— Почему ты не спишь? Тебе не холодно? Она ответила:
— Я ходила в туалет и немного замерзла. Можно к тебе лечь, чтобы согреться?
— Да, конечно, — ответила я. Тогда у меня не было детей, и это меня очень расстраивало, хотя мы жили в счастливом браке с твоим дедушкой уже три года. Девочка без долгих уговоров залезла на кровать, под одеяло и прижалась ко мне. Немного полежав молча, она попросила меня рассказать ей сказку, и я ей рассказала историю про старуху Бэйберикян и ее пять коров. Девочке очень понравилась, как я рассказывала и она вдруг спросила меня, есть ли у меня дети, а когда я сказала, что нет, очень удивилась, и сказал мне, чтобы я не расстраивалась, что у меня будет много детей. Так за разговорами мы и заснули. Утром, когда я поднялась, в комнате уже никого не было. За столом мы также были одни, не считая хозяев. Гости их уехали рано утром. Тетка Элюна, когда мы с ней после завтрака остались одни, сказала что гости, которые приезжали к ним, просили передать мне берестяной туесок, и поинтересовалась, откуда я знаю приезжавших к ним гостей. Когда выяснилось, что я не знаю их, она встревожилась, так как в гостях у них были не просто гости. Это была ее дальняя тетка, удаганка по имени Алыаар, что значит по русски Окуниха. Она считается очень сильной шаманкой, как рассказывала мне тетка. В этот раз она приезжала по просьбе жены местного князца Мамыка, лечить его жену от бесплодия, но уехала ни с чем. Так как жена Мамыка, строптивая Туйаара Куо, была дочерью улусного головы Кюстэх Уйбаана. Она получила в городе образование и отказалась от того, чтобы помогать какой-то деревенщине. Я взяла туесок, протянутый мне хозяйкой и открыла его, в нем лежала бастынга Айталины, моей ночной гостьи. Когда я поведала удивленной тетке ночную историю, то повергла ее в больший шок. Оказалась, что никакого ребенка с удаганкой не было, только сопровождавшие ее служанки. Под шепот встревоженной хозяйки мы с Беккой собрались и уехали в город. Погостив там некоторое время, вернулись домой. К великой радости всей нашей родни, через год я родила своего первенца, твоего дядю Айала, а затем, еще двенадцать детей, но самым большим чудом было то, что все они выжили, а ведь времена были такие, что каждый второй новорожденный умирал, не дожив и до года. Вот такая история, — улыбнулась бабушка, — А как же князь Мамык? — спросил я.
— Жена так и не родила ему детей, он развелся с ней, а после революции следы его затерялись, — закончила свой рассказ бабушка.
Страница 1 из 2
