Шесть историй на хэллоуин

— Мой маленький Билли, так я хотела его назвать. К сожалению, когда я забеременела, то не могла сказать точно, кто его отец. Кандидатов было три. Мой сутенер, который в возрасте двадцати лет убил своих родителей, другой наркоман и третий — сатанист. Мне никогда не везло с мужчинами, всегда попадались какие-то моральные уроды. Именно поэтому я не хотела рожать, все-таки гены — это страшная сила. Но аборт стоил недешево. Тогда у меня не было ни денег, ни медицинской страховки, ни постоянного жилья. Девчонки, с которыми я работала, посоветовали одну старуху, она подпольно и не дорого прерывала нежелательную беременность. Эта старуха сказала, что сделает аборт, но только на восьмом месяце, я тогда еще не знала, почему именно на таком позднем сроке, почему не раньше. Но выбора у меня не было, и я согласилась. С каждым новым днем я все больше сомневалась в правильности задуманного, мне хотелось все отменить и сохранить моего Билли. Но затем я представляла, что он убьет меня, как только ему исполниться двадцать лет. Или начнет воровать и тратить все деньги на наркотики. Я боялась, что мой Билли вздумает поклоняться Сатане и принесет зло в этот мир. Боялась, потому что знала о плохой наследственности. На восьмом месяце я снова пришла к той старухе, она налила мне странного напитка и приказала его выпить. Я потеряла сознание, а когда очнулась, то больше не была беременной, все оказалось гораздо проще, чем можно было предположить. Я собралась поблагодарить старуху за помощь, но ее нигде не было, вместо нее в комнате находилась молодая девушка. Лишь спустя несколько минут я признала в ней страшную старуху. Сначала я ничего не могла понять, плакала, спрашивала, что случилось, но ведьма лишь смеялась в ответ. Вдруг я заметила кастрюлю, испачканную в крови, а когда заглянула внутрь, еда удержалась на ногах. На дне лежала детская ножка, наполовину обглоданная. Эта ведьма съела моего малыша! Она забрала его молодость, забрала жизнь моего Билли! — проститутка уронила голову на руки и зарыдала.

В таверне повисла мертвая тишина. Потрясенные, слушатели сочувственно переглядывались, не зная, что сказать. Так и не найдя подходящих слов утешения, они обратили взгляды на старика в надежде, что он продолжит свой рассказ, но тот невозмутимо плевал в бокал и натирал его тряпкой. Лишь спустя долгую томительную минуту история снова полилась из его уст.

Ричард аккуратно начал разворачивать долгожданный подарок, о котором он так давно мечтал. Блестящая обертка нежно хрустела в руках мальчика, пока он окончательно не распаковал сладость и не положил ее в рот. Сын фермера хотел растянуть удовольствие, поэтому он не стал сразу кусать подаренную конфету. Сначала он медленно посасывал во рту вожделенное лакомство, пока вкус его не стал странным образом напоминать ненавистную тыкву. Когда Ричард все-таки решился надкусить подарок отца, его радость мигом улетучилась. На ее месте воцарилась лютая злоба, ведь Джек обманул его! В этот момент в сына фермера словно вселились демоны. Он схватил нож, что лежал на столе рядом с горящей тыквой, и повернулся к отцу.

— О господи, Ричард, положи его, — вдруг вспомнил бога, в которого никогда не верил, Джек. Его глаза стали мокрыми, ведь он не узнавал больше своего мальчика. Джек пятился, пока не наткнулся на стену позади себя.

— Конфета или жизнь, — угрожающе произнес тринадцатилетний Ричард не своим голосом. В нем говорил уже кто-то иной, кто-то, кого породила ложь отца.

Джек хотел что-то сказать, уже открыл рот и почти издал звук, только нож опередил его. Лезвие плавно вошло в грудь, словно некто сильный, опытный и безжалостный двигал рукой маленького худенького мальчика. Глаза старого фермера потухли, как потухает свеча в горящей тыкве.

Убив отца, Ричард навсегда покинул дом на ненавистном поле. На улице мальчик увидел сотни призраков. Их оживила кровь его отца, человека, обрекшего несчастных на страшные муки. Эти души с умилением и благодарностью смотрели на Ричарда, потому, что он сделал то, чего не могли сделать они сами. Он убил их мучителя. Отныне призраки были готовы на все ради мальчика, который всего-то и хотел, что несколько конфет. Сорвав по тыкве и сделав из них небольшие ведерки, души не упокоённых мертвецов направились вместе с Ричардом по домам, выманивая у людей маленькие сладости для мальчика. Они стучали в двери и страшным голосом кричали: конфета или жизнь!

Именно так мы стали праздновать Хэллоуин, день убийства глупого фермера по имени Джек.

— Отличная история, — одобрительно произнес бородач, когда допил свою бутылочку пива.

— По ней можно снять не плохое кино. Например, фермера по имени Джек мог бы сыграть Том Хэнкс, мне всегда нравился этот актер. Я, кстати, тоже когда-то снимал кино.

Посетители бара, все еще находящиеся под впечатлением рассказанной истории и жаждавшие продолжения, обратили взоры к бродяге.