Фандом: Гарри Поттер. Классический сюжет про то, как найденные на собственную задницу приключения могут привести к пересмотру отношений с тем, кого давно знаешь. И «задница», в данном случае, отнюдь не только фигура речи, а самый настоящий двигатель сюжета. Древние подземелья, жуткие тайны, неведомые опасности. И отважный герой, спешащий на помощь.
191 мин, 14 сек 11460
Однако первая же фраза слегка охладила её приподнятое настроение.
Книга оказалась написанной на варварской латыни, в кое-каких местах текста язык был искажен до неузнаваемости, а обычные словосочетания перемежались с абсолютной тарабарщиной. Но первое предложение читалось совершенно осмысленно:
«Писание сие проклято. Не владеющий формулами, тот, чья душа не чернее пепла, не уразумеет».
«Не слишком обнадёживающее начало».
Но разве могло это её остановить в такой ситуации?
Очевидно, что книга была посвящена магии. Слова «Заклинатель» и«Колдун» встречались в ней сплошь и рядом. В самом начале шли описания потребных для заклинателей инструментов, с подробными рисунками, на одном из которых она с удивлением обнаружила знакомый кинжал, переправивший её сюда. Она присмотрелась к тексту:
«Faynzeh, или Кинжал, используют для убийства жертв и изъятия внутренностей»…
Она не дочитала и отшатнулась. Кинжал, который она до сих пор продолжала сжимать в левой руке, как-то сам собой вывалился и громко зазвенел, ударившись о каменный пол.
«… изъятия внутренностей»…
Она сглотнула и стала медленно перелистывать страницы, её рот постепенно приоткрывался, а глаза расширялись всё больше, когда она пробегала, выхватывала, выдергивала фразы из жуткого текста, переполненного странными символами, схемами и рисунками.
«… так надлежит молиться Червям, ибо Они есть Владыки»…
«… каждый, кто смотрит глазами мертвых, увидит и поймет»…
«… возмужав, колдун убьет свою мать»…
«… всякий, кто сделает хотя бы попытку увидеть Его, вмиг утратит рассудок»…
«… нет на земле места, где не был бы захоронен колдун»…
«… к последнему способу прибегают, чтобы вести беседу с самой страшной разновидностью Колдунов не из рода людей, коих мир земной не вместит»…
«… живот младенца вспарывают одним сильным точным ударом, затем раздирают грудину»…
«… поставь женщину на колени перед ним, и взяв в левую руку кинжал»…
«… пролитие при этом живой крови оживит участников действа»…
«… в нижний квадрат кладут кишечник — вместилище гниения»…
«… Алтарь необходимо вырубить из цельного куска скалы… должен стоять на костях овец и людей»…
ЧТО ЭТО ТАКОЕ?!
Она вытерла внезапно возникшую испарину. Переведя взгляд на длинные плиты с углублениями, стоящие рядом с креслами, она только сейчас начала догадываться об их предназначении. Это были чудовищные алтари для принесения человеческих жертвоприношений. На одной из картинок даже был грубо нарисован такой алтарь, и рядом с ним человек в покрывающей его целиком мантии с кинжалом в руке, занесший его над бедной жертвой, голова которой свешивалась с одного конца алтаря.
Здесь убивали людей, а их части бросали… куда?… их кровь? текущая по выбитым желобам… Она почувствовала, как её начинает потихоньку пошатывать. Только сейчас она умудрилась посмотреть вниз в яму, которая оказалась вовсе не ямой, а огромным глубоким колодцем, при взгляде на который тут же начала кружиться голова. Она не ведала, каков он в глубину, потому что он весь был забит костями. Шести футов не хватало, чтобы они достигли края. Они лежали там плотной слежавшейся массой, им было бог его знает сколько лет, и их количество поражало всякое воображение. У неё перестало хватать фантазии, чтобы представить, что здесь происходило на протяжении… неизвестно какого времени… на краткий миг она вообразила, что заседающие на этих креслах могут вернуться в любой момент, и едва не закричала от ужаса. Потом всё-таки остатки благоразумия прошептали ей, что костям в колодце очевидно многие и многие сотни лет.
Но и увиденного оказалось вполне достаточно, чтобы просто стоять с совершенно ошалелым ощущением, что она уплывает куда-то и сейчас вовсе уплывёт. В голове крутились символы и слова вперемешку «Йайн! Нгхэ! Ненасытный Эггалахамош! Повелитель Змей Йхэг, Рланг»…
Хуже всего, что каким-то совершенно непостижимым образом они отдавались внутри неё, будоражили что-то, какие-то тайные, ей самой неизвестные струны, словно бы сама магия в ней отзывалась на них, словно она была каким-то образом сопричастна.
«Это же не может быть правдой! Это не может быть правдой! Это какая-то ошибка! Ошибка! Ошибка!»
Её снова начало пошатывать, и она опёрлась о постамент, а взгляд снова упал внутрь жуткой книги, которая уже была ей перелистана почти до конца. Она не хотела больше ничего видеть оттуда! Ни одной строки, ни одного слова, ни одной буквы! Она понимала, что ещё чуть-чуть и она признает правду, соединит в голове все фрагменты головоломки, и тогда открывшаяся страшная истина уничтожит её изнутри. Она бы захлопнула переплёт, но, кажется, у неё уже не было сил, а знакомые символы слишком привлекали её внимание. Она стала читать и одновременно чувствовала, как снизу из живота поднимается волна тошноты, и желудочный сок стал капать из уголка её рта.
Напротив красного символа, напоминающего львиный оскал, стояло:
Книга оказалась написанной на варварской латыни, в кое-каких местах текста язык был искажен до неузнаваемости, а обычные словосочетания перемежались с абсолютной тарабарщиной. Но первое предложение читалось совершенно осмысленно:
«Писание сие проклято. Не владеющий формулами, тот, чья душа не чернее пепла, не уразумеет».
«Не слишком обнадёживающее начало».
Но разве могло это её остановить в такой ситуации?
Очевидно, что книга была посвящена магии. Слова «Заклинатель» и«Колдун» встречались в ней сплошь и рядом. В самом начале шли описания потребных для заклинателей инструментов, с подробными рисунками, на одном из которых она с удивлением обнаружила знакомый кинжал, переправивший её сюда. Она присмотрелась к тексту:
«Faynzeh, или Кинжал, используют для убийства жертв и изъятия внутренностей»…
Она не дочитала и отшатнулась. Кинжал, который она до сих пор продолжала сжимать в левой руке, как-то сам собой вывалился и громко зазвенел, ударившись о каменный пол.
«… изъятия внутренностей»…
Она сглотнула и стала медленно перелистывать страницы, её рот постепенно приоткрывался, а глаза расширялись всё больше, когда она пробегала, выхватывала, выдергивала фразы из жуткого текста, переполненного странными символами, схемами и рисунками.
«… так надлежит молиться Червям, ибо Они есть Владыки»…
«… каждый, кто смотрит глазами мертвых, увидит и поймет»…
«… возмужав, колдун убьет свою мать»…
«… всякий, кто сделает хотя бы попытку увидеть Его, вмиг утратит рассудок»…
«… нет на земле места, где не был бы захоронен колдун»…
«… к последнему способу прибегают, чтобы вести беседу с самой страшной разновидностью Колдунов не из рода людей, коих мир земной не вместит»…
«… живот младенца вспарывают одним сильным точным ударом, затем раздирают грудину»…
«… поставь женщину на колени перед ним, и взяв в левую руку кинжал»…
«… пролитие при этом живой крови оживит участников действа»…
«… в нижний квадрат кладут кишечник — вместилище гниения»…
«… Алтарь необходимо вырубить из цельного куска скалы… должен стоять на костях овец и людей»…
ЧТО ЭТО ТАКОЕ?!
Она вытерла внезапно возникшую испарину. Переведя взгляд на длинные плиты с углублениями, стоящие рядом с креслами, она только сейчас начала догадываться об их предназначении. Это были чудовищные алтари для принесения человеческих жертвоприношений. На одной из картинок даже был грубо нарисован такой алтарь, и рядом с ним человек в покрывающей его целиком мантии с кинжалом в руке, занесший его над бедной жертвой, голова которой свешивалась с одного конца алтаря.
Здесь убивали людей, а их части бросали… куда?… их кровь? текущая по выбитым желобам… Она почувствовала, как её начинает потихоньку пошатывать. Только сейчас она умудрилась посмотреть вниз в яму, которая оказалась вовсе не ямой, а огромным глубоким колодцем, при взгляде на который тут же начала кружиться голова. Она не ведала, каков он в глубину, потому что он весь был забит костями. Шести футов не хватало, чтобы они достигли края. Они лежали там плотной слежавшейся массой, им было бог его знает сколько лет, и их количество поражало всякое воображение. У неё перестало хватать фантазии, чтобы представить, что здесь происходило на протяжении… неизвестно какого времени… на краткий миг она вообразила, что заседающие на этих креслах могут вернуться в любой момент, и едва не закричала от ужаса. Потом всё-таки остатки благоразумия прошептали ей, что костям в колодце очевидно многие и многие сотни лет.
Но и увиденного оказалось вполне достаточно, чтобы просто стоять с совершенно ошалелым ощущением, что она уплывает куда-то и сейчас вовсе уплывёт. В голове крутились символы и слова вперемешку «Йайн! Нгхэ! Ненасытный Эггалахамош! Повелитель Змей Йхэг, Рланг»…
Хуже всего, что каким-то совершенно непостижимым образом они отдавались внутри неё, будоражили что-то, какие-то тайные, ей самой неизвестные струны, словно бы сама магия в ней отзывалась на них, словно она была каким-то образом сопричастна.
«Это же не может быть правдой! Это не может быть правдой! Это какая-то ошибка! Ошибка! Ошибка!»
Её снова начало пошатывать, и она опёрлась о постамент, а взгляд снова упал внутрь жуткой книги, которая уже была ей перелистана почти до конца. Она не хотела больше ничего видеть оттуда! Ни одной строки, ни одного слова, ни одной буквы! Она понимала, что ещё чуть-чуть и она признает правду, соединит в голове все фрагменты головоломки, и тогда открывшаяся страшная истина уничтожит её изнутри. Она бы захлопнула переплёт, но, кажется, у неё уже не было сил, а знакомые символы слишком привлекали её внимание. Она стала читать и одновременно чувствовала, как снизу из живота поднимается волна тошноты, и желудочный сок стал капать из уголка её рта.
Напротив красного символа, напоминающего львиный оскал, стояло:
Страница 24 из 52
