Фандом: Гарри Поттер. Классический сюжет про то, как найденные на собственную задницу приключения могут привести к пересмотру отношений с тем, кого давно знаешь. И «задница», в данном случае, отнюдь не только фигура речи, а самый настоящий двигатель сюжета. Древние подземелья, жуткие тайны, неведомые опасности. И отважный герой, спешащий на помощь.
191 мин, 14 сек 11436
Последний крик действительно уже напоминал настоящий визг. Она вдруг поняла, что они даже не могут как следуют расслышать, что она им кричит. Даже то, как она изо всех сил барабанит по двери, должно съедаться толстыми дубовыми досками практически начисто. Она съехала спиной вниз по этим доскам, прямо на каменный пол и принялась всхлипывать. Всхлипы постепенно перешли в рыдания, рыдания в настоящий рёв. Обида и унижение просто разрывали её всю изнутри. Как они посмели?! Как они посмели так обращаться с ней?! Кто они такие? Обычные ученицы, такие же, как она, которые просто дорвались до власти. Заперли её тут как нашкодившую собачонку. Она рыдала и рыдала, слезы всё лились и лились, и никак не могли остановиться. Долго, очень долго она не могла справиться с ними, казалось, прошло много часов. Давным-давно уже она не чувствовала себя настолько униженной, и главное, настолько беспомощной при этом. Она понимала, что не может даже отомстить как следует своим обидчицам, потому что Отряд Дамблдора нуждался в ней, а значит, ей придется терпеть. Впрочем, и у всякого терпения есть пределы. Все эти угрозы Панси… Это уже было слишком!
Её пробила дрожь, когда она снова прокрутила последние слова Паркинсон, а особенно тон, с которым они были сказаны. Когда она изо всех сил пыталась удержать дверь, то не особенно прислушивалась, сейчас же, припомнив во всех подробностях, что несла её извечная противница, ей стало сильно не по себе. Неужели та говорила всерьез? И если сейчас её останавливало присутствие Буллстроуд, явно не настроенной слишком усердствовать, то в следующий раз… Да нет! Это всё была обычная дрянь, которая постоянно лилась изо рта этой невыносимой стервы. Просто очередная попытка унизить, напугать, сделать гадость. И всё-таки этот её тон… Какое-то настоящее грязное сладострастие. Вот он по-настоящему пугал. Гермиона даже перестала плакать, когда голос Панси снова и снова звучал в её голове.
Нет! Она просто себя накручивает. Ей надо слегка успокоиться. Вполне возможно, её вообще всего лишь решили напугать, сделать больно, заставить рыдать тут под дверью. Кто знает, быть может, они сейчас сами сидят и слушают с другой стороны, как она тут заливается слезами. Слушают? Да с той стороны ничего же не слышно, как и ей с этой! Значит… Значит они вернутся через два часа, чтобы сообщить, что гадко подшутили над ней, полюбуются на её заплаканную физиономию и наконец выпустят. Ведь у них могут быть неприятности. Какова бы ни была Амбридж, но всё ж таки она не совсем дура, чтобы позволять своим любимчикам делать всё, что угодно. И её мучительницы тоже не совсем дуры, чтобы этого не понимать. Впрочем, на счет Миллисенты в этом смысле одолевали сомнения. Панси, конечно, была поумнее, но вот этот её тон… А вдруг она сейчас вернется одна, без своей подруги, чтобы осуществить свое намерение?! Нет, одна она побоится. Тогда еще хуже — что если она будет не одна, а с кем-то из парней, как и грозилась?!
Воображение живо нарисовала ей продолжение, и Гермиона почувствовала, как внутри живота заворочалось что-то гадливое и сладкое, распространяя своё влияние ниже, отчего бедра и задницу словно охватил липкий холодок.
Она не должна позволять себе бояться! Эта сука только того и хочет — чтобы она испугалась, чтобы она сидела здесь и мучила себя всякими неприятными картинками. Будь что будет. Если они всё-таки вернутся через два часа и выпустят её, она спокойно решит, что они обе просто дуры, раз оставили её тут бездельничать вместо отработки. Если же ей придется провести здесь ночь, что ж, пускай. Завтра она прямиком отправится жаловаться директору. Конечно, ей бы очень не хотелось доставлять Дамблдору дополнительные неприятности, но это уже переходит все границы! К тому же, её друзья обязательно поинтересуются, почему она не вернулась после отбоя, и если она расскажет им правду, Гарри сам первый помчится к Дамблдору, так что тут уж ничего не поделаешь. Её только угнетала неприятная мысль, что она не успела как следует подготовить домашнее задание на следующий день, но самое основное она сделала еще до ужина, а мелочи… Что ж, она надеялась, что её жалоба директору снимет все претензии.
Но что если Панси всё-таки решит осуществить свою угрозу? Нет, об этом она не должна даже и думать! Это полная ерунда, призванная её напугать и заставить воображать всякие мерзости! Она должна просто признать такой вариант, как событие с нулевой вероятностью и не мучить сама себя. А пока… Наверное, ей стоит хотя бы осмотреть помещение, в котором она оказалась, раз уж ей предстоит провести тут некоторое время.
Её пробила дрожь, когда она снова прокрутила последние слова Паркинсон, а особенно тон, с которым они были сказаны. Когда она изо всех сил пыталась удержать дверь, то не особенно прислушивалась, сейчас же, припомнив во всех подробностях, что несла её извечная противница, ей стало сильно не по себе. Неужели та говорила всерьез? И если сейчас её останавливало присутствие Буллстроуд, явно не настроенной слишком усердствовать, то в следующий раз… Да нет! Это всё была обычная дрянь, которая постоянно лилась изо рта этой невыносимой стервы. Просто очередная попытка унизить, напугать, сделать гадость. И всё-таки этот её тон… Какое-то настоящее грязное сладострастие. Вот он по-настоящему пугал. Гермиона даже перестала плакать, когда голос Панси снова и снова звучал в её голове.
Нет! Она просто себя накручивает. Ей надо слегка успокоиться. Вполне возможно, её вообще всего лишь решили напугать, сделать больно, заставить рыдать тут под дверью. Кто знает, быть может, они сейчас сами сидят и слушают с другой стороны, как она тут заливается слезами. Слушают? Да с той стороны ничего же не слышно, как и ей с этой! Значит… Значит они вернутся через два часа, чтобы сообщить, что гадко подшутили над ней, полюбуются на её заплаканную физиономию и наконец выпустят. Ведь у них могут быть неприятности. Какова бы ни была Амбридж, но всё ж таки она не совсем дура, чтобы позволять своим любимчикам делать всё, что угодно. И её мучительницы тоже не совсем дуры, чтобы этого не понимать. Впрочем, на счет Миллисенты в этом смысле одолевали сомнения. Панси, конечно, была поумнее, но вот этот её тон… А вдруг она сейчас вернется одна, без своей подруги, чтобы осуществить свое намерение?! Нет, одна она побоится. Тогда еще хуже — что если она будет не одна, а с кем-то из парней, как и грозилась?!
Воображение живо нарисовала ей продолжение, и Гермиона почувствовала, как внутри живота заворочалось что-то гадливое и сладкое, распространяя своё влияние ниже, отчего бедра и задницу словно охватил липкий холодок.
Она не должна позволять себе бояться! Эта сука только того и хочет — чтобы она испугалась, чтобы она сидела здесь и мучила себя всякими неприятными картинками. Будь что будет. Если они всё-таки вернутся через два часа и выпустят её, она спокойно решит, что они обе просто дуры, раз оставили её тут бездельничать вместо отработки. Если же ей придется провести здесь ночь, что ж, пускай. Завтра она прямиком отправится жаловаться директору. Конечно, ей бы очень не хотелось доставлять Дамблдору дополнительные неприятности, но это уже переходит все границы! К тому же, её друзья обязательно поинтересуются, почему она не вернулась после отбоя, и если она расскажет им правду, Гарри сам первый помчится к Дамблдору, так что тут уж ничего не поделаешь. Её только угнетала неприятная мысль, что она не успела как следует подготовить домашнее задание на следующий день, но самое основное она сделала еще до ужина, а мелочи… Что ж, она надеялась, что её жалоба директору снимет все претензии.
Но что если Панси всё-таки решит осуществить свою угрозу? Нет, об этом она не должна даже и думать! Это полная ерунда, призванная её напугать и заставить воображать всякие мерзости! Она должна просто признать такой вариант, как событие с нулевой вероятностью и не мучить сама себя. А пока… Наверное, ей стоит хотя бы осмотреть помещение, в котором она оказалась, раз уж ей предстоит провести тут некоторое время.
Страница 3 из 52
