Shut Up and Dance

— Можешь сделать мне одолжение? — спросила она. Я одарил ее взглядом, но пожал плечами.

— Конечно, Грейнджер. Хочешь, чтобы я надрал ему задницу?

Она хихикнула и вместо ответа подошла ближе и взяла меня за руку.

Я не знаю, как это произошло, но прежде, чем я понял, Гермиона Грейнджер вытащила меня на танцпол. Я начал, запинаясь, сбитый с толку таким поворотом событий.

Прежде, чем я смог произнести хоть слово, она прижалась ко мне.

— Не смей оборачиваться, — прошептала она, обвивая мою шею руками и начиная тереться об меня в такт музыке. Внезапный прилив тепла, вызванный этим движением, удивил, но я ответил самым решительным образом. Поймал ее талию в кольцо рук, и мы начали танцевать.

Над нашими головами пульсировали огни, а под ногами — басы. Она наклонилась и поднесла губы прямо к моему уху.

— Он не увидит меня, если мы будем в толпе, — пробормотала она, посылая разряд тока по моему телу. Ее голос, ее тело — это все было слишком интимно. Слишком интимно для меня и Гермионы мать ее Грейнджер.

— Уверена насчет этого? — пробормотал я, мои глаза метнулись над ее головой, чтобы увидеть рыжеголового, слоняющегося у бара в поисках бывшей.

Грейнджер подцепила мой подбородок, возвращая взгляд обратно на себя.

— Просто не отрывай от меня глаз.

Так я и поступил.

Толпа поглотила нас целиком, пока мы не оказались в самом ее центре. Мы двигались в такт музыке. Она проносилась через мои вены, вдыхая новую жизнь.

Ни с того ни с сего Гриффиндорская Принцесса теснее прижалась ко мне своим телом. Шок взбудоражил. Это было похоже на криптонит. На химическую и физическую атаку чувствами.

Так же неожиданно она отстранилась.

Я вздохнул от потери этого ощущения. Наклонился и усмехнулся маленькой ведьме в моих руках:

— Ты скованна, Грейнджер, — пробормотал я в ее ухо.

Она запрокинула голову в смехе, крепче обнимая меня за шею.

— Заткнись и танцуй со мной, Малфой.

Мои ладони бродили по ее спине, а ее, каким-то образом, запутались у меня в волосах. Платье с открытой спиной, что было на ней надето, покачивалось и сияло в техно-свете. Ее стоптанные магловские кроссовки продолжали двигаться, пока мы и дальше падали в это безумие.

Единственное слово, которым можно описать происходящее — безумие. Прекрасное, напряженное безумие. Я чувствовал его в своей груди, когда она смотрела на меня.

Линия была пересечена. Что-то изменилось.

Ее карие глаза смотрели на меня сквозь ресницы. Пронзительные. На мгновение мне показалось, что я видел что-то большее, чем содержащийся в них теплый шоколад.

Мне показалось, в них — будущее.

В энергии танцпола я наконец понял, как маглы становились жертвами этой атмосферы. Это было похоже на магию. Глядя вниз на Гермиону, я осознал, что этот момент, возможно, никогда не повторится. Это был особый случай.

Это был мой последний и единственный шанс.

Я почувствовал, как на краешке моих губ заиграла усмешка, пока глаза сузились, как у хищника, преследующего добычу. Она взглянула на меня.

— Драко, что ты…

Ее слова потерялись у меня на губах.

На вкус она напоминала сладость, и энергию, и магию. Момент удивления прошел, и я почувствовал, как руки на моей шее сомкнулись сильнее, пока она отдавалась поцелую. Проклятье. Кто же знал, что Гриффиндорская Принцесса на вкус само совершенство?

«Моя дискотечная Джульетта, юношеская мечта», — размышлял я, пока ее губы сражались с моими. Я мысленно вернулся к подростковой версии себя, которая фантазировала о том, чтобы увидеть, как на самом деле невинен этот книжный червячок.

Фантазия, длившаяся полдесятилетия, наконец начала осуществляться.

На мой взгляд, момент закончился слишком быстро. Гермиону отстранила от меня Джинни, которая нашла нас в толпе. Блейз стоял позади нее. Мой итальянский друг был сплошь покрыт засосами.

— Гермиона, — прошипела Джинни. — Рон на танцполе.

Голова моей маленькой шалуньи крутилась по сторонам, в попытке обнаружить бывшего парня.

— Вот дерьмо. Мы должны уйти?

Джинни решительно кивнула. Глаза Гермионы метнулись к моим. Спустя мгновение на ее губах появилась усмешка.

— Еще увидимся, мистер Малфой, — сказала она застенчиво, пока подруга не потащила ее к выходу.

— До скорого, мисс Грейнджер, — пробормотал я в ответ. Мое сердце грохотало в груди.

Мерлин милостивый.

Блейз подошел ко мне и похлопал по спине.

— Грейнджер? Отличный выбор.

— Будь проклят, Блейз, — вздохнул я.

— Настолько хороша? — спросил он, посмеиваясь.

Я выпрямился.

— Решено. Эта женщина — моя судьба, — я уставился на то место в толпе, откуда исчезли две девушки.

— Неужели? — усмехнулся Блейз, его усмешка переросла в раскатистый смех. — Ну, тогда как ты собираешься следовать своей судьбе, когда она только что вышла за дверь?

Я повернулся к своему лучшему другу и улыбнулся.

— У меня такое чувство, что это не последняя наша встреча с прекрасными дамами.

И в следующий пятничный вечер на магловской дискотеке я оказался прав.