Сказка

А леший продолжал насыщаться. Первыми проглянули из-под мяса кости пальцев и кистей. Что там происходило с телом Николая, скрытым под одеждой, Сергей не видел и был хотя бы за это благодарен судьбе. Ему вполне хватало того, что прямо на его глазах рубашка, еще недавно плотно облегавшая Николая, становилась всё больше похожа на мешок, повешенный на грабли.

Несколько волосков дотянулись до глаз жертвы. Их поверхность дрогнула, а затем они стали съёживаться, медленно проваливаясь сами в себя. Леший по-медвежьи заурчал. Сергей кинул на него взгляд: чудище, запрокинув голову, улыбалось.

После глаз (Сергей с трудом оторвался от созерцания пустых глазниц, обрамлённых исчезающей плотью, которые казались совершенно зрячими) наступила очередь губ. Из-под плоти показались зубы, уголки рта поползли в стороны, рисуя на остатках лица широкую улыбку. Вот обнажилась кость подбородка, блеснул белым под лунными лучами лоб. Сергей увидел волоски, подбиравшиеся к носу.

Снизу донёсся шорох, и он опустил глаза. По Николаю, скользя по бокам и спине, поднимались корни. Они обвивали корпус того, что ещё недавно было человеком, оплетали ноги — поддерживали тело, которое уже не могло стоять само.

Вскоре на траве распростёрся одетый в одежду Николая скелет. Качнувшись, череп мягко лёг набок в густую траву, и Сергей увидел ухо, оставшееся на своём прежнем месте.

— Ну должны же его как-то опознать. Вдруг документы не прокатят? А может, он и вовсе их не взял, растяпа, — сообщил Олег, словно знал, о чём сейчас может думать его добыча. — Уха для этих их анализов с лихвой хватит, проверяли уже. Ну, а теперь займёмся тобой.

И он подтолкнул Сергея к качелям, заставляя встать на то место, где только что таял Николай.

Ноги не шли.

— Да не ссы, говорю же, всё будет хорошо, — заржал Олег. А затем, кхекнув, обхватил Сергея, приподнял и дотащил до качелей. — Оля, так хорошо?

— В самый раз, — донеслось слева. Сергей повернул голову. Густая тень под деревьями показалась совершенно непроницаемой для взгляда, привыкшего к освещённой луной площадке. Присмотревшись, он сумел заметить неясные контуры метрах в пяти-семи от себя.

Под деревом вспыхнул неяркий свет (фонарик? экран мобильника?), выхватив из темноты лицо девушки. Она сосредоточенно смотрела перед собой, держа что-то в руках.

— Отлично получилось, Олежка. Хорошее здесь место, и погода не подвела. Помнишь, в прошлый раз пришлось одним этим фонарём обходиться?

— Да уж, намучились. А вот если бы свой поставили…

— То получилось бы черт-те что. Всё должно быть естественно.

— Ага-ага. Ладно, забей, не хочу снова. Главное, щас всё в лучшем виде.

— Пока луна светит — да. Так что…

(… видюху посмотрим!)

Камера, вспомнил Сергей.

Леший шагнул к нему, развёл лапищи в стороны и крепко обнял.

— Видишь, какая у вас любовь! Свояк свояка чует издалека. — Поймав взгляд Сергея, Олег широко улыбнулся. — Расширяться пора, понимаешь? Бизнес в гору пошёл, нас в другие города зовут вовсю. А где нам новую нечисть сыскать? Опять по лесам шариться? Нет уж, вы давайте сами размножайтесь… почкованием.