Скифские бабы

Ну, а дальше мы пили, так что я лишь помню отдельные вспышки. Как смотрел на фонарь во дворе близнецов, и как мы по темени куда-то шли, а затем утро. Помню как открыв глаза увидел Витька, смотрящего на меня широко раскрытыми глазами. На его лице была темная, слегка зеленоватая щетина. Плесень. Она покрывала его лицо равномерно, уходя от шеи вниз под одежду. Спасающийся от сушняка на кухне Славон, также был в плесени, она покрывала его уши и шею за головой. А вот на себе ничего подобного я не нашел, и даже с облегчением выдохнул. Это настолько привело их в ужас, что после того как они отмылись в летнем душе, мы в тот же день уехали из моего поселка. За время пока мы ждали автобус я допытывался у них, что они помнят про вчерашний поход. Помнят ли они как валялись в эпилептическом припадке, помнят про нутро живота, но последнее что они помнили, это то, как мы встретили Паху и купили самогон у бати близнецов. После этого оба ничего не могли вспомнить. В такие моменты вроде как можно думать мол «Фух, пронесло». Мы сели в автобус, приехали в город, и разошлись. Я бы тоже хотел на этом закончить свою историю, но к сожалению тут она только начинается.

Далее я попытаюсь быть более лаконичным, и буду пропускать целые года своей жизни. С Славоном и Витьком мы еще общались в школе, но после выпуска наши пути разошлись. Славон уехал, и после выпуска я его больше никогда не видел, а вот Витек остался в нашем городе, он дальше всплывет в моей истории. В посёлок я больше не ездил, мой дед умер через два года, и дом тот пустовал. За это время мои родители развелись, ну а я стал идти по наклонной, и после одиннадцатого класса вместо института, пошел в училище. Так я и продолжал жить, бухая, работая на тяжелой мало оплачиваемой работе, и медленно скатываясь всё дальше в никуда. Витек к слову, за это время успел жениться, на маленькой толстой девушке. Сам он стал миниатюрным мужичком, с небольшим пузом, проплешиной и очень рыжими усами. Он словно косплеил мужика, в очень юном возрасте, соблюдая только гипертрофированные черты. Всё и шло своим чередом, до две тысячи девятнадцатого года. Уверен, именно Витек запустил то, что начало рушить наши жизни. Он завел ребенка. То что я вам расскажу дальше — хотите верьте, хотите нет, но это со слов нашего общего знакомого. Жене Витька еще до родов сказали что ребенок будет нездоров, ей сделали кесарево, ребенка положили на сохранение, он там полежал не больше пары часов, а когда медсестра открыла камеру и дотронулась до дитя, «Пфффффф» при первом же касании на неё полетело облачко зеленой пыли. Ребенок просто заплесневел в усмерть, внутри пеленки осталась только кожа. Жена Витька от увиденного там же выпрыгнула в окно, медсестру оттуда забрали в дурку. Менты написали что ребенка украли и завели дело, медсестру понятное дело никто слушать не стал. Но самое интересное, что было с Витьком. Сначала он пропал, и никто кроме его матери не суетился, она всё пыталась найти слесарей чтоб вскрыть его квартиру, и спустя месяц у неё получилось. Витек жил на первом этаже в захудалой хрущевке, так что когда его мать, вошла внутрь она не сразу поняла откуда такой сильный запах сырости, а когда обнаружила нору в центре зала ей и сказать было нечего. Двадцать метров вглубь земли, а на дне, ничего и никого. Ни Витька, ни даже примерного объекта поиска.

Как это повлияло на меня? Вот тогда всё и началось. Сначала я начал слышать вибрацию за стеной, за тем словно гул, похожий на мычание хора. Этот звук не давал мне нормально спать, и преследовать он меня начал не только дома. А затем одним утром, когда я выходил на работу, моя дверь во что-то уперлась, протиснувшись за нее, я обнаружил труп старой бродячей собаки. Соседи, как и я были слегка шокированы, мы вместе вынесли её на улицу, после чего коммунальщики выкинули труп.

Вернувшись с работы, я вновь встретил на пролете соседей. Теперь у порога моей двери лежало уже три трупа, две кошки и одна собака. Мы вновь их вынесли, и в полном ужасе я пошел домой. В тот день я не мог заснуть, постоянно слышал гул за стенами, и непонятную возню за дверью, будто кто-то обессилено скребет.