Скованные одной цепью

А что касается ключа… Дрейк мучительно вспоминал, где же он может быть. Антиплащ, разумеется, уже обыскал его с головы до ног — и ничего не нашел? Странно… Черный Плащ запустил правую руку в карман куртки и пошарил там… Ничего! Только дыра в подкладке, в которой застряла початая пачка одноразовых салфеток. В левом кармане — какая-то мелочь, зажигалка, перочинный нож, заскорузлый носовой платок, блокнотик и толстая сувенирная ручка… А где же этот разнесчастный ключ? В памяти Дрейка зиял провал, он никак не мог вспомнить, куда же он его дел. В карман? Или… Кажется, у него ещё была барсетка, в которой лежал полицейский жетон, пропуск и кредитные карты, и которая висела у Дрейка на поясе… н-да… и которая сейчас… где?

Видимо, её, как и кобуру, как и половину пуговиц с куртки, сорвало при падении и отбросило… куда-то. Она, несомненно, где-то была — где-то там, в измятой траве, в груде дымящихся обломков. А может… Черный Плащ поднял голову, словно надеялся увидеть кожаную сумку висящей на ветке над его головой, но, увы, там ровным счётом ничего не висело, кроме каких-то порыжевших сломанных сучьев…  

— Помоги мне встать…  — пробормотал Дрейк. И, чуть помолчав, хрипло добавил: — Пожалуйста.

Антиплащ смотрел на него исподлобья.

— Можно подумать, у меня есть выбор. Похоже, я обречен таскать тебя за собой, как куль муки, если мы не найдем способа друг от друга освободиться… Что с твоей ногой?

— Не знаю…  — Дрейк втянул воздух сквозь зубы. — Очень… больно.

— Её какой-то железкой придавило… Ладно, сейчас.

Дрейк и сам видел, что его злосчастную ногу прижало к земле металлическим куском обшивки — и прикусил губу, когда Антиплащ взялся за этот кусок, намереваясь его приподнять. Дрейк внутренне напрягся, ожидая боли: что ж, он примерно представлял, что его ждет… ах, нет, черт побери, он совсем, совсем этого не представлял! Антиплащ рывком, совершенно безжалостно дернул лист железа на себя, пытаясь его поднять, и Дрейк отчаянно взвыл — ему показалось, будто двойник пытается выдернуть из него по меньшей мере кусок сломанной кости…

— Дьявол! Не поддается! — яростно прошипел Антиплащ. Он вытер лоб тыльной стороной ладони, размазывая по и без того грязному лицу пот и сажу. — Нужен рычаг…  — Он бросил упрямящуюся тяжесть обратно и огляделся. — Вон та железка вполне подойдет… Но я до неё не дотянусь. — Он оценил взглядом расстояние до «железки» и, скептически морщась, потряс закованной в наручник рукой. — Ты можешь приподняться, чтобы я мог до неё достать?

— Я…  — Дрейк глотнул, едва переводя дух. — Погоди…

— Ну? Что такое?

— Я… сейчас… Дай мне… прийти в себя. — Дрейк судорожно дышал, справляясь с приступом боли и с прыгающим, как каучуковый мячик, сердцем, которое трепыхалось где-то в горле. Он буквально взмок от боли — так, что к спине прилипла пропитавшаяся потом футболка. — Сейчас.

Он наконец нашел в себе силы чуть приподняться и податься вперед — и Антиплащ, шипя ругательства, каким-то немыслимым образом изогнувшись, дотянулся-таки до нужного «рычага». Обхватил его, грязный и выскальзывающий, кончиками пальцев… потом — пальцами… ладонью… потянул на себя.

Дрейк понял, что теперь он определенно знает, как выглядит небо в алмазах.

— Ну, готов? — спросил Антиплащ, держа в руках железный штырь — и вид у него был такой, точно он собирался этим штырем проломить Дрейку голову. Во всяком случае, в затуманенном страданием мозгу Черного Плаща мелькнула именно такая мысль. Впрочем, в следующую секунду тяжесть, придавливающая его ногу к земле, исчезла, и боль слегка отступила — не то, чтобы полностью пропала, но словно бы притухла, как угасающий костер… Антиплащ подсунул «железку» под пленивший Дрейка кусок обшивки и, действуя ею, как рычагом, немного приподнял край тяжелого железного листа. Как раз настолько, чтобы вытянуть из-под него размозженную дрейкову ступню…

— Ну, что там такое? — в изнеможении привалившись спиной к теплому стволу сосны, пробормотал Черный Плащ. Сам осмотреть собственную ногу он был не в силах.

— Понятия не имею, — пробормотал Антиплащ. — Надо снять кроссовку. Перелом, наверно, как пить дать… Впрочем, крови не видно.

Ну, спасибо и на этом.

— Помоги мне встать, — сказал Дрейк сквозь зубы. Зависеть от Антиплаща было поистине унизительно, но ничего другого ему сейчас не оставалось. Увы.

Антиплащ медлил. По-прежнему смотрел на него косо, исподлобья — и в глазах его тлела какая-то очень враждебная, очень неприятная, очень опасная искра. Возиться с калекой ему совершенно не хотелось.

— В чем дело? — спросил Дрейк, глядя ему прямо в глаза. Он старался говорить как можно более спокойно, невозмутимо и твердо — тоном уверенным и категоричным, не терпящим возражений. Он, кажется, понимал, о чем сейчас думает его двойник… вернее — арестант. И эти мысли Дрейку абсолютно не нравились.

— Ни в чем. — Антиплащ ухмыльнулся, по-видимому, наконец приняв какое-то решение. Отвел взгляд. Яростно сплюнул — и протянул Дрейку свободную ладонь.