«Главные Соки и Соли (сиречь Зола) животных таким Способом приготовляемы и сохраняемы быть могут, что Муж Знающий в силах будет собрать в доме своем весь Ноев Ковчег, вызвав к жизни из праха форму любого Животного по Желанию своему, подобным же методом из основных Солей, содержащихся в человеческом прахе, Философ сможет, не прибегая к запретной Некромантии, воссоздать тело любого Усопшего из Предков наших где бы сие тело погребено ни было». Бореллий.
219 мин, 23 сек 9079
Ящики были адресованы Чарльзу Варду в Потуксет, и представители как местной, так и федеральной полиции, доставив в участок всех обитателей коттеджа, подвергли их строгому допросу. Чарльз и его спутники были бледны и обеспокоены, но полиция получила от хозяина дома объяснения, которые, казалось, полностью оправдывали его. Ему были нужны некоторые анатомические образцы для выполнения программы научных исследований, глубину и важность которых могут подтвердить все, знавшие его последние десять лет, и он заказал необходимые объекты в нужном ему количестве в агентствах, которые, как он полагал, занимались совершенно законной деятельностью. Откуда взяты эти образцы, ему абсолютно неизвестно. Вард, по всей видимости, был совершенно потрясен, когда инспектор намекнул на то, какое чудовищное впечатление произведет на публику известие о находках и насколько все это повредит национальному престижу. Показания Чарльза были полностью подтверждены его коллегой, доктором Алленом, чей странный гулкий голос звучал гораздо более убедительно, чем нервный, срывающийся голос Варда; в конце концов полиция оставила дело без последствий; но ее сотрудники тщательно записали нью-йоркский адрес агентства и его владельца.
Расследование ни к чему не привело. Следует лишь добавить, что «образцы» были поспешно и в полной тайне возвращены на прежнее место, и никто так и не узнал об этом богопротивном осквернении памяти усопших.
Десятого февраля 1928 года доктор Виллетт получил от Чарльза Варда письмо, которое считает исключительно важным и относительно которого он часто спорил с доктором Лайманом. Последний полагал, что письмо содержит убедительное доказательство того, что перед нами далеко зашедший случай «деменции прекокс» — быстро протекающей острой душевной болезни. Виллетт же считает, что это последние слова несчастного юноши, написанные им в здравом уме. Он обращает особое внимание на характер почерка, неровного, но несомненно принадлежащего Варду. Вот полный текст этого письма:
«100 Проспект-стрит,.»
Провиденс, Р. И.
8 марта 192б г.
Дорогой доктор Виллетт!
Я чувствую, что наконец пришло время сделать признание, с которым я медлил, несмотря на Ваши просьбы. Я никогда не перестану ценить терпение, с которым Вы его ожидали, и доверие, с которым Вы отнеслись ко мне как к человеку и пациенту.
Я должен, к сожалению, признать, что никогда не дождусь триумфа, о котором мечтал. Вместо него я добился лишь встречи с дичайшим ужасом, и мои слова, обращенные к Вам, будут не победным кличем, а мольбой о помощи; посоветуйте, как спасти не только меня, но и весь мир от чудовищной опасности, которую не может себе представить человеческий разум. Вы помните, что говорится в письмах Феннера относительно набега на ферму в Потуксете.
Это нужно сделать снова, и как можно скорее. От нас зависит больше, чем можно выразить словами, — вся цивилизация, все законы природы, может быть, даже судьба всей Солнечной системы и космического пространства. Я вызвал к жизни страшного монстра, но сделал это лишь во имя науки. А сейчас во имя жизни человечества и всей Земли Вы должны помочь мне загнать чудовище в те черные бездны, откуда оно явилось.
Я навсегда оставил это место в Потуксете, и мы должны извлечь оттуда все, что в нем находится, — живым или мертвым. Я никогда не вернусь туда, и Вы не должны верить, если когда-нибудь услышите, что я нахожусь там. Я объясню Вам, почему я это говорю, когда мы увидимся. Я вернулся домой навсегда и хотел бы, чтобы Вы посетили меня сразу же, как только у Вас появится пять-шесть часов свободного времени, чтобы Вы смогли выслушать все, что я должен сообщить. Это займет довольно много времени — и поверьте мне, никогда еще Ваш профессиональный долг не призывал Вас с такой настоятельной необходимостью, как сейчас. На карту поставлено значительно больше, чем рассудок или даже моя жизнь.
Я не рискую рассказать обо всем отцу; вряд ли он поймет, о чем идет речь. Но я признался ему, что мне угрожает опасность, и он нанял четырех детективов, которые следят за нашим домом… Не могу сказать, насколько они могут оказаться полезны, потому что им придется встретиться с силами, которым даже Вы вряд ли сможете противостоять. Итак, приходите скорее, если хотите застать меня в живых и услышать, как избавить все мироздание от адского заговора.
Приходите в любое время: я не буду выходить из дома.
Заранее не звоните, потому что трудно сказать, кто или что попытается перехватить Вас, И будем молиться всем богам, чтобы ничто не помешало нашей встрече.
Я в полном отчаянии.
Чарльз Декстер Вард.
Р. Б. Застрелите доктора Аллена, как только увидите его, и бросьте тело в кислоту, чтобы от него ничего не осталось. Не сжигайте его«.»
Расследование ни к чему не привело. Следует лишь добавить, что «образцы» были поспешно и в полной тайне возвращены на прежнее место, и никто так и не узнал об этом богопротивном осквернении памяти усопших.
Десятого февраля 1928 года доктор Виллетт получил от Чарльза Варда письмо, которое считает исключительно важным и относительно которого он часто спорил с доктором Лайманом. Последний полагал, что письмо содержит убедительное доказательство того, что перед нами далеко зашедший случай «деменции прекокс» — быстро протекающей острой душевной болезни. Виллетт же считает, что это последние слова несчастного юноши, написанные им в здравом уме. Он обращает особое внимание на характер почерка, неровного, но несомненно принадлежащего Варду. Вот полный текст этого письма:
«100 Проспект-стрит,.»
Провиденс, Р. И.
8 марта 192б г.
Дорогой доктор Виллетт!
Я чувствую, что наконец пришло время сделать признание, с которым я медлил, несмотря на Ваши просьбы. Я никогда не перестану ценить терпение, с которым Вы его ожидали, и доверие, с которым Вы отнеслись ко мне как к человеку и пациенту.
Я должен, к сожалению, признать, что никогда не дождусь триумфа, о котором мечтал. Вместо него я добился лишь встречи с дичайшим ужасом, и мои слова, обращенные к Вам, будут не победным кличем, а мольбой о помощи; посоветуйте, как спасти не только меня, но и весь мир от чудовищной опасности, которую не может себе представить человеческий разум. Вы помните, что говорится в письмах Феннера относительно набега на ферму в Потуксете.
Это нужно сделать снова, и как можно скорее. От нас зависит больше, чем можно выразить словами, — вся цивилизация, все законы природы, может быть, даже судьба всей Солнечной системы и космического пространства. Я вызвал к жизни страшного монстра, но сделал это лишь во имя науки. А сейчас во имя жизни человечества и всей Земли Вы должны помочь мне загнать чудовище в те черные бездны, откуда оно явилось.
Я навсегда оставил это место в Потуксете, и мы должны извлечь оттуда все, что в нем находится, — живым или мертвым. Я никогда не вернусь туда, и Вы не должны верить, если когда-нибудь услышите, что я нахожусь там. Я объясню Вам, почему я это говорю, когда мы увидимся. Я вернулся домой навсегда и хотел бы, чтобы Вы посетили меня сразу же, как только у Вас появится пять-шесть часов свободного времени, чтобы Вы смогли выслушать все, что я должен сообщить. Это займет довольно много времени — и поверьте мне, никогда еще Ваш профессиональный долг не призывал Вас с такой настоятельной необходимостью, как сейчас. На карту поставлено значительно больше, чем рассудок или даже моя жизнь.
Я не рискую рассказать обо всем отцу; вряд ли он поймет, о чем идет речь. Но я признался ему, что мне угрожает опасность, и он нанял четырех детективов, которые следят за нашим домом… Не могу сказать, насколько они могут оказаться полезны, потому что им придется встретиться с силами, которым даже Вы вряд ли сможете противостоять. Итак, приходите скорее, если хотите застать меня в живых и услышать, как избавить все мироздание от адского заговора.
Приходите в любое время: я не буду выходить из дома.
Заранее не звоните, потому что трудно сказать, кто или что попытается перехватить Вас, И будем молиться всем богам, чтобы ничто не помешало нашей встрече.
Я в полном отчаянии.
Чарльз Декстер Вард.
Р. Б. Застрелите доктора Аллена, как только увидите его, и бросьте тело в кислоту, чтобы от него ничего не осталось. Не сжигайте его«.»
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 42 из 69
