Горелое болото находится на окраине г. Краснозаводска, Московской области (города моего детства), недалеко от поместья Петухова (о котором я писала ранее) и рядом со старыми захоронениями — курганами. Настолько старыми, что они представляют историческую ценность, и раскопки в этой зоне строго запрещены. Неизвестно, что там сокрыто, но только любопытных регулярно отлавливают. Место нелюдимое, лес глухой и болото. А еще рядом воинская часть и свалка.
Даже я, будучи маленьким ребенком, ощущала в полной мере всю необычность выбранного под посадки места. Эту зловещую тишину и напряженность. А пруд меня вообще завораживал. Он был окружен густыми зарослями камыша, от него веяло холодом и сыростью даже в знойный день. Людей на горелом болоте днем с огнем не сыщешь; мы — дети — почти всегда были с родителями там одни. И я уходила в лес гулять с братом. В лесу мы часто находили черепа животных, вывешенные на старых, корявых дубах, а также кукол, сплетенных из соломы. Все они были разные. Когда мы приносили найденных кукол родителям, те их выкидывали либо сжигали в костре, не объясняя нам, почему. А пруд вообще отдельная тема! Возле него было некошеное поле, а посреди поля одинокий старый дуб. Так вот, травы вокруг дуба не было, она была вытоптана как тропинка. На самом дереве мы находили разные ленточки, привязанные к веткам довольно высоко, а от дуба простиралась вытоптанная тропа прямиком до пруда.
И вот однажды собрались мы всей семьей домой после окучивания картошки — собрали вещи, потушили костер (уже темнело), как вдруг «Москвич» не заводится! Папка и так и сяк его пробует завести — ни в какую! Что делать? Надо за запчастью какой-то идти в гараж, менять ее здесь на месте. До гаража где то час пешком. Решили, что мой старший брат разожжет заново костер и останется присматривать за машиной на горелом болоте, а я с мамой и папой пойду до гаража. Я, мелкая, в пути вымоталась, устала и отец оставил нас с мамой в гараже, а сам пошел на горелое. Дальше рассказываю с его слов.
«Подхожу к участку и вижу наш москвич. Рядом костер горит вовсю, а Лешки (моего брата) не видно. Смотрю — двери машины открыты настежь, и капот, и багажник… Что за чертовщина. Зову Лешку — не отвечает! И тут слышу всплеск, как будто купается кто в пруду. Подхожу к пруду и снова зову Лешку. Думаю, совсем парень с ума сошел, в такой болотине купаться — там ведь на дне может быть все что угодно! Вот попадется он мне! — машину бросил, а сам купается!» Раздвигает папа заросли камыша и прислушивается к шуму воды, слышит смех детский! Но не Лешкин смех, а будто несколько детей резвятся в воде, плещутся. Смотрит, а там и нет никого, только круги на воде и тень мелькнула, камыш зашевелился, зашуршал на другом берегу пруда. Тут отец попятился назад в испуге, все же ночь, темно, лес… Какие дети ночью в лесу? И споткнулся в темноте о какую-то корягу, ботинок с ноги слетел. Ищет он ботинок в темноте в траве и рукой натыкается на пучок соломы, туго смотанный. Он его откинул в сторону, а потом присмотрелся, а это кукла соломенная. В камышах на другой стороне пруда снова зашуршало и послышался уже не смех, а звук, похожий на урчание. Папку страх обуял и он, как был в одном ботинке, так и рванул в сторону воинской части за помощью.
Фонари ВЧ как раз освещали дорогу, проходящую невдалеке от нашего участка. Когда отец добрался до КПП, то и Лешку там обнаружил. Оказалось, что он тоже туда свинтил, услышав детский смех и чье-то пение. Когда папа с Лешкой и двумя солдатами вернулись к машине, то не обнаружили ничего необычного. Машина была закрыта, костер давно потух, вокруг тишина. Папа заменил какую-то деталь, солдаты ему помогли, и поехал с Лешей в гараж, за мамой и мной. Лешка, пережив нелегкую ночь, задремал на заднем сидении «москвича». Когда он проснулся у гаража и стал выходить из машины, то на что-то наткнулся ногой. Нагнулся и достал папкин ботинок! Тот самый, который отец потерял на горелом болоте.